Псевдоним:

Пароль:

 
на главную страницу
 
 
 
 
 




No news is good news :)
 
 
Словари русского языка

www.gramota.ru
 
 
Наши друзья
 
грамота.ру
POSIX.ru -
За свободный POSIX'ивизм
 
Сайт КАТОГИ :)
 
литературный блог
 
 
 
 
 
 
сервис по мониторингу, проверке, анализу работоспособности и доступности сайта
 
 
 
 
 
Телепортация
к началу страницы
 
 

Татьяна Ст

 
 
 
Ха-ха-ха!!!
 
 
 
     Жизнь - вообще - штука весёлая! ЮморнАя, прямо-таки, вещь, я вам скажу! Пока живёшь - ну, так нахохочешься! Вот сколько живёшь - столько хохочешь!

   Народ-то у нас, слава Богу, компанейский, зажигательный! Пошутить любит, посмеяться! Опять же - в остроумии не откажешь. Это - большие таланты имеются! Что и говорить - богата страна наша Российская на забавников. Не только Ньютонов и Платонов рождать может! Нерастраченные силы кроются в пластах человеческих! Такое иной раз напридумывают!

   Да чего, собственно, придумывать-то?! Жизнь сама диктует... веселит то и дело! А уж если народ подключается - тут только штанишки держи!

  И ходить далеко незачем! Вот утром глаза открыл - и сразу в смех! Хохоту! Никакой зарядки не надо! Потому как - с потолка на тебя каплет, в сортире трубу прорвало, и дохлую кошку в форточку закинули. Неее! Не живёт народ без шутки!

   Ты - может, не оценив, может, спросонья, с дурного сна там, не разобравшись - наверх бежишь, в дверь колотишь, мол, караул, люди добрые! Вы чего ж это творите-то!? А за дверью вдруг примолкнут, пошушукаются - да вдруг, распахнув, псину клыкастую на тебя спустят: «Ату! его, Жучка!». Та бежит за тобой, в пятки вцепляется, ты от неё - кубарем с лестницы... руки-ноги - пополам! - а народ хохочет-покатывается, животики надрывает! Или вот ещё - из самопала какого в тебя пальнут! Там уж сам за животик схватишься!

   А то, бывает, по неразУмию - звонить вздумаешь. В этот... как его... Еб... Ец...Ер... в общем, вы меня поняли!

Ну, дозвониться - это особая тема для шутки. Не бось! Не затоскуешь! Хоть неделю звони! Но ведь бывает - ещё интересней! Вот звонишь ты, звонишь - а оно возьмёт - да соединится! Вот людей-то насмешишь! Да ещё ежели вякнешь там чего дурацким голосом... ну, там, каким-нибудь раздражённым таким! Мол, фу ты, ну ты, залили меня, лопуха! Или наоборот, вежливым таким, дрожащим, точно козёл блеющий... жааалобным! Помогите! Пропал совсем! Под ногами дерьмо хлюпает! Вот тут ты и попался, хохмач! Вся контора со смеху со стульев попадает! Но - чтоб ещё забавней было - никогда они тебе виду не покажут, как смех их душит. А зажмут весь смех в кулак и нежным приятным сопранистым таким голоском вежливо - тебя пошлют... нет, нет! Без грубостей! По-настоящему пошлют! Всерьёз! В какую-нибудь тьмутаракань. А где та тьматаракань, будешь ты искать до сканчания века. На всю оставшуюся жизнь хватит развлечения. Скучать не придётся! Потому и не знает у нас народ, что значит скука! Живём ярко, насыщенно, в богатых эмоциях!

   Ну - затопления - это ладно, дело обычное. Льют - и льют. Все уж привыкли. Лишь бы потолок не рухнул. А и рухнет - главное, не зевнуть, в сторону отбежать! А  - пронесло - так и это переживём. Может, подопрём чем. Или пусть так остаётся. Дружней с соседями сойдёмся. Все будем, как братья. Как одна большая семья! Удобно это - вместе-то! Кому соль-спички понадобятся - не надо по лестницам бегать, под дверями побираться. И соль, и спички - всё общее. Или там - молоток, стамеска, дрель какая... костюмчик свеженький... курточка кожаная, под дождём пробежаться... монитор-компьютер, поиграться.... Бери, кому чего надо!  Надоест жене кофточка, или там лифчик латаный вконец износится - ни слова ни говоря, хватает соседкин гипюровый фирменный - и красота! Или, скажем, храпит мужик на все этажи, жену доканывает. Так бы ей - куда его девать? Ругаться да о башку тарелки бить? А тут - ногой пнула - к соседям катись! И покатится, сквозь сон не разобравшись. Съедет себе мило-ласково на нижний этаж да спокойненько, не просыпаясь, на соседскую кровать и уляжется. Ну, может, конечно, слегка потолкается, нижних мужа с женой распихивая. Если тесно лежат. Полюбовно, скажем, обнявшись. А если, позабывши друг друга, носами сопят, так и толкать не надо. Укомплектовался промеж них - и спи себе.  Коммунизм, в общем! Извечная мечта порабощённого народа.... Никакой частной собственности. Частное-то - это что? Результат деления? Вот и делим. На всех.

  Но всё же дача у меня есть.... Уж так получилось. Потому - хоть крыша там и рухнула - а соседей верхних нету! Одноэтажная она, дача! Там вверху - небушко вольное, да облачка бегут.... Так что - вся моя! Только дача-то - название одно.... Курам на смех! Там, в округе, по причине такой, все куры передохли. Со смеху. Куры, хоть дуры - а тоже не без юмора. Вот и дохнут. Там теперь каждая курица - втридорога! Народ без кур, без яиц - на картошке живёт! Но - не унывает! И там шутку любят! И юмор понимают!

    Самая хохма была - когда все автобусы, какие прежде от станции до посёлка дачного довозили - взяли да сняли. Для спорту. И - для поднятия настроения! А чтоб совсем интересно было - оставили один. Такой, знаете ли... о трёх ногах, то есть колёсах - да спотыкается. Чёрный дым из задницы, напереди фары свёрнуты, окна фанерой забиты, и крышу шлагбаумом снесло. Но - автобус авторитетный. Заслуженный. Он ещё во время войны под артиллерийским обстрелом раненых с поля боя вывозил. Теперь вот на заслуженном отдыхе. На лёгком труде. Дачников возит. Десять километров от станции отвезёт и в поле сбросит. А дальше - сами. И до чего ж дружная компания сбивалась, скажу я вам!  Все так по-военному, твёрдо, солидарно, друг друга подбадривая, шагают. Зубы мужественно стиснуты, лбы сурово насуплены! Никакой болтовни, ни слова лишнего - дыхание экономят, каждое движение точно рассчитано! Это ж как мобилизует! Расслабляться не даёт! Сердца - твёрды, как камень. Никакие катаклизмы с такой закалкой не страшны!
Пять километров пути - и ты понимаешь, что друг познаётся в беде!
Пять километров пути - и ты начинаешь больше любить и ценить жизнь! Пять километров пути - всего-то пять! - но ты чувствуешь, что обошёл планету, покорил Эверест, перекрыл Енисей и вообще - не зря прожил жизнь! И все твои тележки, рюкзаки, котомки, сумки, чемоданы - это не пустяковая обывательская поклажа, а серьёзное оснащение, боевая экипировка!

     Но самое затейливое событие, на радость человечеству - это погрузка на этот единственный автобус. Ходит он два раза в сутки. Утром и вечером. И расписание у него есть. Солидный такой плакатище! На станции висит. Там прямо так тебе, большими буквами, чёрным по белому - указано, мол, автобус, такой-то маршрут (ну, это для фасону, для серьёзности, поскольку -  какая разница, что за маршрут: другого-то нет!) отправляется в 8.00 плюс-минус два часа и в 18.00 - опять же - плюс-минус два часа... а когда три... а то и четыре... а то и вообще не придёт. Водитель там больно забавник. Умористый парень! Душа-человек, люблю таких! Он меня тут недавно - ну, так распотешил!

   Сошёл я, это, значит, утречком на родной на станции, доволок своё барахло до остановки автобусной... ну, остановка автобусная у нас основательная, длинная... с полкилометра.... Мальчишечка где захочет - там и остановится.... И что самое занятное - никогда заранее не угадаешь, где! Говорю же - обожает парнишка сюрпризы!

    Так и в тот раз. Встал я примерно в серёдке остановки. Каждый раз я всё пытаюсь отгадать его примочки - но слабак пока... не тяну. Это вам ни ребус, ни кроссворд.... Тут - тоньше, причудливей! Так что действую я пока, ко стыду своему, грубо, примитивно: занимаю точку в середине дистанции, чтоб в оба конца покороче было бежать.

   Вот и стою. Народишко тут некоторый понабрался. Есть случайные попутчики, а есть и знакомые. Пока ждёшь Харона нашего - со всеми перезнакомишься. Уж про всех всё знаешь. Сколько было рассказано-говорено за прошедшие годы. Какие беседы сердечные велись! Давно ты свой человек, давно прокручен, вычислен и проверен!

    И тогда тоже.... Сперва постояли немного, потом на травку в сторонке присели. Поклажу свою сиденьем пристроили. В картишки перекинулись. Угостились-выпили. Поначалу вроде солнышко светило, потом погромыхало вдали, тучки собрались, дождик закапал. На первых порах легонько так.... Потом посильней.... А дальше подрядил! Льёт и льёт. Дорогу размыло. Народ на пригорке, плащиками-зонтиками прикрывшись, жмётся, а вода подступает. Всё ближе, всё выше. Кочка наша - что твой остров необитаемый.

   И вдруг, в бедствии, можно сказать, таком - он! Вдали, на горизонте - как сокол парящий, как лебедь белый! Светится весь от воды в лучах вдруг выглянувшего при его приближении солнца! Летит стремглав - словно дельфин среди волн! Как  могучий уссурийский тигр - с рыканьем и рёвом несётся! Нет, какие чувства вызывают подобные явления! Какое вдохновение! За всю жизнь я ни одной строчки не сложил - а тут вдруг сами собой полнозвучные стихи выплеснулись!  Ода высокоштильная! Торжественный гимн!

   Я даже, грешным делом, не поленился - в местную редакцию стишки те отнёс. Ну, там что? Посмотрел на меня редактор этак недовольно, губами пожевал, в окно поглядел бесцветно и мне так, знаете ли, без единого матерного слова и говорит: «Что это у Вас, милейший, метафоры всё какие-то потасканные-избитые... и сентиментально уж больно... лебедь...». Я говорю ему: «Гражданин-товарищ дорогой! Так ведь не виноват же лебедь, что его, бедолагу, так истаскали да измутузили! Вы на него в день ясный на воде поглядите! Это ж красота несказанная!».

   Ну, это уж к приключениям моим отношения не имеет.... Да и не особо смешно. Потому как - представьте - напечатали стишки мои! Да. В местной газетёнке! Говорят, кто нам ещё в этой дикой местности, да при одном автобусе, стишки напишет? И гонорар выплатили. Не то, чтобы девиденты какие (у них здесь всё так по-благородному скромно и сдержано) - но на две автобусных поездки хватит. Так что я нашему водиле-крокодиле зубастому, поскольку вечно улыбается широко да гогочет по-нильски, этой публикацией и гонораром полностью обязан. Да я и отдал ему весь гонорар. За две поездки. Туда и обратно.

    Только это - не в тот случай, про который всё рассказать хочу. В тот случай я ему ничего не заплатил. Не успел. То есть - платить-то я собирался. Даже уж в кармане деньги отложил, чтоб внутри, в салоне так называемом, без суеты это всё оформить, поскольку стоишь там, навытяжку, столб столбом, и не шелОхнешься - при дружеском человечьем напоре. Напор этот тем и мил, что на себя и тряску, и дорожные броски принимает. Опёрся о бока ближних, повис на чужих плечах, предался народной воле - и ничего тебя более не колышет. Автобус, может, влево-вправо швыряет, на ухабах подкидывает, шмякает на все лады - тебя не касается. Расслабился - и хочешь, спи, хочешь, дреми, хочешь, мечтай о несбывшемся. А путевые проблемы - эта водителя забота. Он за это твой гонорар получил.

  Бывает, в ином транспорте, который недогруженным отъезжает - ну, по причине чрезмерного количества автобусов, а то и маршрутов - человек должен, чтоб при подскакивании на кочке какой, в окно не вылететь или об выступ нелепый виском не треснуться -  вцепившись в поручень, стоять! Руки у него от напряжения ломит, ноги от усталости корячит, самого дёргает да хлопает обо что ни пОпадя. Вот это мука-испытание! У нас же - и вопроса такого нет! Все вопросы разрешаются непоколебимой человеческой стеной! Глухой непроницаемой обороной! Попал в неё звеном составляющим - и вот уже ты себе не принадлежишь! Теперь ты не Петька-Васька какой-нибудь, а коллектив! А коллектив своих не выдаст и не подведёт! И захочешь из автобуса выброситься - а не отпустит! Монолит сплетённый! И стоит это сплетение тел человеческих грозной силой. И держит автобус всей своей мощной статью. Может, потому он с самой войны и служит ещё....

   Да.... Когда ты в стать эту вплёлся - тут тебе сам чёрт не брат.... Только ведь это ещё вплестись нужно! Вплёлся - ты уже пассажир. Автобус будет давиться, но тебя транспортировать. А вот пока не вплёлся - кто ты? А невесть кто! Вот со мной тогда и вышел случай, когда я невесть кем был....

   Приплыл он, наш лебедь белый-сверкающий, и остановился, как он порой любит, даже не в самом начале остановки, а и вовсе за сто метров до неё. И ну бибикать: «Скорей! Опаздываю!». Народ, понятно, с мешками-сундуками, кинулся к нему опрометью. Бегут! Задыхаются! Сердце тренируют! Мышцы пресса накачивают! Публика у нас спортивная, ни толстых, ни пузатых не встретишь. Все - как мастера спорта! Любо-дорого посмотреть! Цвет страны!

  Вот бежит этот цвет стометровку свою, и даже с лишком, поскольку, в основном, подобно мне, весь он в середине остановки на пригорке спасался, а вовсе и ни с краю. Бежит цвет, ногами перебирает, пыхтит, баулы свои тащит. Толщу воды, что твой волнорез, рассекает. Прямо БТР! А вокруг хляби небесные бушуют! Вода повсюду рябью рябит, гребнями всплёскивает и бурунами закручивается! Я, помню, мощно так пошёл против течения, твёрдо, несокрушимо! Плыву себе этаким ледоколом. За спиной у меня рюкзак каркасный, в каждой руке по сумище агромадной запакованной. А впереди меня дамочка - так себе - мелькает. Лет весьма немолодых. Вконец, смотрю, размокла, и, кажись, тонет.... Макнулась пару раз. А там - гляжу - и совсем под воду ушла. Не выныривает....

    И тут что-то - как толкнуло меня. Человеческое чего-то проснулось. И чего проснулась? Казалось бы, какая твоя забота? Спи и спи себе. Так нет! Ведь надо было высунуться ему назойливо, на дамочку тонущую мне пальцем указать, да ещё и в спину толкнуть: выручай, мол! Вспомни, чему тебя в пионерах учили!

  И спровоцировало оно меня! Вынудило! Принялся я эту дамочку из воды вылавливать. А она воды нахлебалась - и вся, как губка морская! Хлюпает да пузыри пускает. И глаза, похожие на пузыри эти, таращит. В катаклизме  не разберёшь, где глаза, где пузыри. Вот пока я разбирался - слышу впереди хрюканье да пшиканье.... И потом вдруг чёрное марево пошло по воде! Автобус чихнул, выхлопнул клуб солярный - да и колёсами заработал!

  Я дамочку уж до самых дверей доволок, теперь уж и бросать жалко.... Вот я её подсадил на ступеньку... она там дальше сама уж из слабых своих женских сил подтянулась да ещё проползла.... А я успел сумищи свои в салон закинуть и даже одну ногу на порожек поставить.... Хотел уж последним рывком в автобус взлететь... орлом этаким...апс... рюкзак-то здоровый корпусной - назад потянул. Я вознамерился было повторно ногой оттолкнуться да попытку посадки повторить, как вдруг - шпок! - ржавые двери с лязгом захлопнулись и по коленке меня и съездили! Зажали мне коленку-то! Сам я с рюкзаком своим наруже, на вольном ветерке! А коленка моя - внутри, в салоне, дверями зажата!

    А шустряк наш весёлый, как увидал, что я попался, ухмылку свою крокодильскую расщерил на всю мочь, отогнул фанеру оконную, весь аж наполовину высунулся, подмигивает, гляжу, мол: «Что, лох?! Сел на крючок?!». И хохочет, и хохочет! А за ним и весь автобус с хохоту покатывается! Это ж случай какой! Это ж когда ещё повторится-то?! Все хохочут! Всем весело! Добродушным таким всепрощающим смехом! Мол, не дрейфь, старик! И не в таких ещё переделках бывали! Выцарапывайся, давай! А мы поглядим, сумеешь-не сумеешь... да чего ты стОишь....

   Ну, чего я стОю, стОя на одной ноге? В следующий же момент усомнился я, было, в своей стоимости.... Попытался нашарить на двери щепку-зацепку какую - нет! шалишь.... Что когда если и было - давно шутники вроде меня ободрали-отшлифовали! И ливень льёт, всякую поверхность гладкой, как конкобежный лёд, делает.... А весь салон, в знак солидарности, кулаки в экспрессии сжимает над головой, орёт, рот перекосимши, как на стадионе: «Давай, кореш! Давааай!». А дамочка размокшая - в себя уже пришла - глазки-пузыри свои закатила, губки сердечком жеманно так сложила, и кокетливо-тоненько выводит: «Хо-хо-хо-хо-хо!».

      Я уж думал - всё! Придётся мне с автобусом вместе, в такт ему ухитряться поспевать. Наружной ногой отталкиваться, что твоя швейная машинка, и дорогу слякотную этой ногой-то - строчить! Скорость развивать - а какую, кто ж его знает?! Не было до меня такого вида спорта - дорогу одной ногой строчить! Вспомнилось тут ещё, что автобус фронтовой, боевой, виды видавший.... Может, и человека - швейную машинку когда видал.... Совсем я было уже собрался в швейный механизм переквалифицироваться... но сжалился народ. Кричат водиле: «Эй, за рулём! Стооой! Человек за бортом!». А водила - парень заводной, увлекающийся... он уж себя совсем по-морскому почувствовал, бейсболку синенькую как бескозырку заломил, баранку как штурвал накручивает, орёт, преодолевая рёв шторма: «От винта! (тудыть-тудыть)». Народ тогда, перешептавшись, стал по-другому вопить: «Круг! Круг бросай спасательный!». Водила приоткрыл тогда дверные створки. Сограждане кричат: «На! Забирай свою коленку!»,- и я, счастью своему не веря, вдруг на двух ногах очутился. Обрадовался так, что в первый момент и про багаж свой погруженный позабыл.

     А дамочка всё: «Ха-ха-ха!» да «Хо-хо-хо!»,- сообразно, значит, природе женской. Водила же - лязгнул дверями - да как газанёт со всем вдохновением! Тут я опомнился, кричу: «Стой!». Кричу: «Вещи отдай!».

      Автобус лязгнул дверями - одна сумища моя с плеском вывалилась и закачалась средь морских стихий, как пароход. Я опять кричу: «Стой! Другая-то!».

      Автобус - лязг дверями!- вторая сумища плюхнулась в волны. Я тогда - радостный-то! - как завоплю: «Спа-си-бо!». Только водила - видать, издалека уже, не разобрал - и по привычке - лязг дверями!

      И с ужасом вижу - дамочка моя в бурные волны валится.... Валится - и сама ещё по инерции - всё: «Ха-ха-ха!» да «Хо-хо-хо!». Только когда с головой под воду ушла - тогда хохотать перестала. И понеслось из воды: «Буль-буль-буль! Спаси...буль-буль-буль!». Вот тебе и «спасибо»!

      Ну, что.... Пришлось опять дамочку вылавливать да сумищи свои подбирать, да всё это буксировать опять на спасительную кочку.

      Дамочка то хохочет, то рыдает. И пальцами синими скрюченными за меня цепляется. А сама зелёная. Повисла, как водоросли. И замогильным голосом воет: «Не бросай меня! Родной! Не бросай!». И глаза-пузыри по-мертвецки закатывает.

     Тут я не выдержал и скверно ругнулся. Знаете ли, как-то эдак: «Заткнись, тра-та-та, кикимора, тра-та-та, и так, тра-та-та, не брошу, тра-та-та!». Кошмар! При даме! Но, а что прикажешь делать, когда дама не дама, а могила разверстая! Да... но всё же стыдно... не по-джентельменски....

           В общем, с дамочкой этой пришлось нам под проливным дождём на кочке ночевать. Накрылись плащиком, привалились к корпусному рюкзаку, прижались друг к дружке - и ничего! Доночевали до утра.

           А утром и солнышко выглянуло. И вода спала. И дорога оформилась. И гляжу - мокрая дамочка вдруг подсохла и из лягушечки-жабочки  в принцессу превратилась. Ну... принцесса - не принцесса, но уж не та мымра! Из склизской-зелёной стала, может, не розовой и пушистой... но где-то близко к этому. И глазки оказались не пузырями, а очень даже кругленькими, зелёненькими, весёленькими такими.... А когда ещё ресницы накрасила да мигнула задорно - тут уж я без дождя поплыл!

           Короче... чего говорить... судьбу встретил!

           И дождались мы - душа в душу - автобуса. И - глаза в глаза - до конечного пункта доехали. И пять километров - нога в ногу - до дачи дошли.

           И гостей позвали. И был пир на весь мир. И можно бы такой фразой закончить: «И жили они долго и счастливо!». Вот так вот!  Потому как жизнь - она вообще-то ничего... штука весёлая....
 
 
 
 

Страница сгенерирована за   0,022  секунд