Псевдоним:

Пароль:

 
на главную страницу
 
 
 
 
 




No news is good news :)
 
 
Словари русского языка

www.gramota.ru
 
 
Наши друзья
 
грамота.ру
POSIX.ru -
За свободный POSIX'ивизм
 
Сайт КАТОГИ :)
 
литературный блог
 
 
 
 
 
 
сервис по мониторингу, проверке, анализу работоспособности и доступности сайта
 
 
 
 
 
Телепортация
к началу страницы
 
 

Михаил Акимов

 
 
 
Без названия-2
 
 
 
  (Первая глава новой повести о Фрэнки Ньюмене. Названия пока нет).

                  Фрэнки Ньюмен-2.

                 (фантастический детектив)

   1. Роджер Фостер не хочет говорить правды.

  Нам приятно думать, что сам факт принадлежности к Человеку Разумному делает нас существами независимыми, свободными и самостоятельными. Все наши успехи – это плоды воплощённых наших же умственных и физических усилий (о том, что неудачи – плоды того же самого, думать менее приятно). «Человек – творец собственной судьбы»! – внушают нам с детства, и к зрелому возрасту мы действительно начинаем так думать. «И тогда я решил на ней жениться! – самодовольно говорит мистер Паркер, ловя на себе завистливые взгляды друзей, восхищённых его красавицей-женой. – Ты рада этому, дорогая»? – «Конечно, милый»! – нежно воркует та, одаряя его благодарным поцелуем, возбуждающим у друзей мужа новый приступ зависти и глубокое  убеждение, что на свете нет и не может быть справедливости. Впрочем, если бы им удалось вызвать миссис Паркер на откровенность, она могла бы рассказать много интересного по поводу того, каким образом мистер Паркер принял своё независимое и самостоятельное решение. Подруги-то её об этом знают! «И после этого Джозефу не оставалось ничего кроме, как сделать мне предложение! – со смехом рассказывает она им. – Вот так я и создала нашу семью»!
  Оба, между прочим, ошибаются. Их брак – это целая цепь случайностей, нелепо нагромождённых проказницей-судьбой, которая в своём спектакле отвела будущим Паркерам роль жалких статистов. Судите сами: если бы мистер Паркер, направляясь на футбол, по рассеянности не проехал лишнюю остановку, он не оказался бы на Даун-стрит; если бы ветром с него не сдуло шляпу и не подкатило бы её к дверям офиса, он не заметил бы, что здесь – телефонная компания, с которой он давно хотел разругаться по поводу тарифов; если бы будущая миссис Паркер, работавшая там, перегнулась через стол, чтобы достать из ящика заколку, минутой раньше или позднее, он не обратил бы на неё внимания, и они разошлись бы во времени и пространстве и никогда не познакомились. В конце концов, если бы в тот день на ней была менее короткая юбка, результат мог оказаться тем же самым!  Думаете, всё? Как бы не так! Если бы накануне её поклонник не опоздал на свидание просто по той причине, что его сбило такси, Элен бы на него не обиделась и не стала бы обращать внимание на другого мужчину; если бы… В общем, ещё много-много всяких «если бы» вплоть до того, что если бы в тот день она случайно не вспомнила, что ей уже 26 лет и, следовательно, пора замуж, Паркер мог бы вовсе остаться холостяком. Ну, и где же здесь что-то, хоть отдалённо напоминающее самостоятельные поступки и решения будущих мистера и миссис?
  Да разве только их участь такова? Все мы, живущие на земле, действуем не сами по себе, а успевая лишь хоть как-то реагировать на коварные прихоти госпожи Случайности. Иногда она втягивает нас в свою очередную игру незатейливо и грубо, а иногда столь изощрённо, что, если из цепи обстоятельств исключить все звенья, оставив только первое и последнее, нипочём нельзя сообразить, какая между ними связь. Вот вам свежий пример: если бы Роджер Фостер, уходя из домашнего кабинета, не поленился убрать на место раздвижную лестницу, у него не было бы никаких оснований закладывать свою автомастерскую и, тем более, брать ссуду в банке, так как в этом случае уже ничего бы не помогло. Однако, он не убрал её, и в результате сейчас сидит возле моего стола, а на самом столе лежат 20 тысяч долларов, которые он предложил мне в качестве аванса в счёт гонорара за то, чтобы я разыскал ему одного человека. Фостер – сухощавый высокого роста брюнет примерно одного со мной возраста. И это – не единственное наше сходство. Судя по всему, нам с ним нравится один и тот же тип женщин. Такой вывод я делаю из того, что хотя излагая обстоятельства дела, он то и дело произносит «Представляете, мистер Ньюмен? … Понимаете, мистер Ньюмен?... Как вы считаете, мистер Ньюмен?», но смотрит при этом не на меня, а исключительно на Клару.
  Та и впрямь выглядит чрезвычайно соблазнительно в домашнем приталенном халатике (впрочем, я не знаю одежды, в которой бы она выглядела иначе), что привлекает к ней и мой взгляд. Словом, забавная ситуация: вроде бы мы с ним беседуем, но смотрим не друг на друга, а совсем в другую сторону. Тем не менее, ему удаётся изложить, а мне понять, что побудило Р. Дж. Фостера обратиться к частному детективу.
  По его словам, нынешней ночью он был разбужен страшным грохотом, донёсшимся из кабинета. Он сразу сообразил, что это упала раздвижная лестница, и сначала даже не хотел вставать, но немного погодя сообразил, что та  не упала бы сама по себе, значит, её кто-то уронил. Это было очень странно, так как мистер Фостер не женат и живёт в своём доме один. Вывод напрашивался единственный: кто-то к нему забрался, поэтому он достал из тумбочки пистолет, взял в левую руку фонарь и поспешил в кабинет. Оказалось, что фонарь он взял совершенно напрасно, так как в кабинете был включен свет, и Фостер совершенно ясно и отчётливо увидел странного мужчину, который барахтался под придавившей его лестницей.
    - Тут я ему, мистер Ньюмен, - продолжает наш посетитель, обращаясь к Кларе, - командую: «Встать! Поднять руки!»; он беспрекословно подчиняется и вообще ведёт себя очень смирно и покорно – это-то меня и обмануло. Я отвлёкся всего на пару секунд, чтобы осмотреться, нет ли здесь ещё кого, и в этот момент он схватил со стола книгу и швырнул мне в лицо. Я инстинктивно увернулся, а он прямо с места нырнул в раскрытое окно – да так ловко, будто в бассейне в воду прыгнул. Я подбежал к окну, но уже нигде его не увидел: он, по-видимому, бросился вдоль стены дома и скрылся за угол. Выбежать на улицу и разыскивать его я не решился, а вместо этого стал внимательно осматривать комнату и обнаружил, что исчезла одна вещь, чрезвычайно для меня важная и дорогая. Я непременно должен её вернуть, это едва ли не вопрос жизни и смерти… Вот поэтому я прямо с утра отправился в агентство недвижимости и заложил мастерскую, а потом взял ссуду в банке, и всё это для того, чтобы оплатить ваши услуги и иметь необходимые деньги для поисков негодяя, если тот покинул наш город.
    - И вы хотите, чтобы я вернул вам эту вещь?
  Наконец-то он перестаёт пожирать взглядом мою жену и поворачивается ко мне.
    - Нет, мистер Ньюмен, не вещь. Я хочу, чтобы вы разыскали этого человека, сообщили об этом мне и не спускали с него глаз, пока я не подъеду. Ваша роль на этом заканчивается, дальше – моё дело.
    - Я так понимаю, что вы не хотите говорить, что именно он у вас украл?
    - Вы совершенно верно понимаете. Именно по этой причине я обратился к вам, а не в полицию. Там меня заставили бы это сказать, а частному детективу я вправе умолчать об этом, компенсировав некоторое неудобство более высокой суммой гонорара, не правда ли? Скажем так: в случае успешного исхода дела к этой сумме, - он кивает на стол, - я добавляю ещё 230 тысяч.
  Ого! Что это у него украли, бриллианты, что ли? Размер гонорара меня, конечно, впечатляет, но и сложности этого дела очевидны.
    - Это так, - соглашаюсь я, - но хочу заметить, что знание того, что было похищено, могло бы значительно облегчить и ускорить поиски. Если я знаю, например, что похищена книга, значит, спокойно могу исключить из списка подозреваемых хотя бы всех тех, кто не умеет читать. Вы же предлагаете мне искать непонятно кого и неясно, по какому принципу.
    - Не совсем так, мистер Ньюмен, - он поднимает с пола свой кейс, раскрывает его и протягивает мне лист бумаги. – Я недурно рисую и, хотя довольно-таки торопился, могу ручаться, что он выглядит именно так.
  Я смотрю рисунок. Поскромничал мистер Фостер, рисует он не просто недурно, а вообще замечательно. Это даже не набросок, а самый настоящий карандашный портрет. Ох, не верится что-то, что он «довольно-таки торопился».
    - Ну, ладно, хотя бы это, - с сомнением говорю я. – А вы не слышали шума отъезжающей машины?
    - Нет, - мотает он головой, - никакой машины не было, это совершенно точно.
    - Жаль, - вздыхаю я, - машину искать проще, чем человека. Кстати, а почему вы назвали того человека странным?
    - А вы обратите внимание, как он одет, - кивает он на рисунок.
Одежда действительно какая-то непривычная. Пиджак без воротника, зато у рубашки воротник не простой, а кружевной. Да и причёска очень приметная: прямо посередине головы неглубокий газончик. Пожалуй, здесь есть всё же, за что зацепиться.
  Клара за всё время не произносит ни единого слова, и из этого  заключаю, что она не хочет, чтобы я брался за это дело. Я её понимаю. В самом деле, даже не знаешь, с чего начинать. Не будешь же ходить по улицам и показывать рисунок каждому прохожему: вы случайно такого человека нигде не видели? Решаю не давать прямого согласия, чтобы сначала обсудить всё с ней.
    - Начинать нужно с осмотра вашего кабинета, мистер Фостер, - говорю я. – Если я решу заняться вашим делом, то позвоню и сообщу, в какое время подъеду. Оставьте мне ваш мобильный, а деньги пока заберите. Долго с решением тянуть не буду, дам вам знать об этом … скажем, через час, - успокаиваю я, опережая его вопрос.
  Такой срок его устраивает. Он кладёт на стол свою визитку, складывает деньги обратно в кейс и, кивнув мне и вперившись на прощанье взглядом в Клару, выходит, однако тут же возвращается.
    - Мистер Ньюмен, - спрашивает он меня, а смотрит опять на неё, - а вы приедете один или вдвоём?
    - Миссис Ньюмен, - с нажимом произношу я, чтобы несколько его остудить, - не только моя жена, но и партнёр. Мы работаем вместе.
Но это его не остужает, а радует.
    - Ага! – говорит он с самым довольным видом и, наконец-то, исчезает окончательно.
  После его ухода Клара пересаживается из своего кресла ко мне на колени. Я обнимаю её за талию, а она кладёт свои руки мне на плечи.
    - О чём ты думаешь? – спрашивает она, заглядывая в мои глаза.
    - О том же, о чём и ты: с какой целью Роджер Фостер врал нам, вместо того, чтобы сказать правду.
    - Проницательность никогда не была твоей сильной стороной, - усмехается Клара. – Я думаю вовсе не об этом, а о том, как могло получиться, что такой замечательный детектив, как Фрэнк Ньюмен, не обратил внимания на то, что ему предлагают, по сути дела, стать соучастником убийства?
  Я ошарашенно смотрю на неё и понимаю, что она права. Вообще-то, фраза «…а дальше – моё дело» может подразумевать именно это.
    - Вот так-то! – удовлетворённо констатирует Клара, берёт со стола мобильник и протягивает мне. – Нечего тянуть, звони и отказывайся.
  Я беру мобильник и кладу обратно на стол.
    - А твоей слабой стороной всегда была логика, - мстительно парирую я. – Если я откажусь, он обратится с тем же самым к кому-нибудь другому. А по закону, знать о готовящемся преступлении и не принять никаких мер – это и значит: стать соучастником.
    - Ну, так сообщи в полицию.
    - Что сообщить? Что, по моему мнению, некто Фостер собирается, возможно, прикончить какого-то неизвестного, которого пока ещё не знает, как найти?
    - Ох, - с тревогой говорит Клара, - опять ты, Фрэнк, во что-то опасное ввязываешься!
    - Работа у меня такая, - рассудительно говорю я и, видя, что она больше не возражает, звоню Фостеру и подтверждаю своё согласие.
  Пока мы договариваемся о конкретном часе встречи в его домашнем кабинете, Клара внимательно рассматривает рисунок. Потом качает головой.
    - Интересно, - говорит она, когда я заканчиваю разговор, - он тебе хоть слово правды сказал?
    - Не мне, а тебе, - уточняю я. – Ко мне он обратился только, когда говорил, что не хочет сообщать, что именно у него украли, и это – чистая правда. Всё остальное время смотрел на тебя… А что ты сейчас имеешь в виду?
    - Смотри, - её пальчик начинает гулять по лицу незнакомца, - вот родинка, возле уха малюсенький шрам… Мог он всё это заметить, если видел его меньше минуты?
    - Значит, - размышляю я, - он его знает, или, по крайней мере, видел раньше. Но почему-то счёл необходимым это скрыть.
  Клара поднимается с моих колен – перед этим, конечно, целует: у нас ещё медовый месяц не закончился, - обходит стол и садится напротив меня.
    - Я вообще-то не детектив, - сообщает она, - но и мне очевидно, что ты начал расследование из рук вон плохо: ни о чём не спросил клиента, даже о том, каким образом вор мог проникнуть в дом!
    - Не учите меня жить, миссис Ньюмен, - назидательно заявляю я, - с какой бы стати я стал это делать, не имея представления о планировке дома? Вот приедем на место – там всё и выяснится.
    - Ты действительно хочешь, чтобы я тоже поехала?
    - Безусловно. Я ведь догадываюсь, что вовсе не такой блестящий детектив, каким ты меня расписываешь в рекламе. Возможно, ты сумеешь заметить то, что ускользнёт от меня.
  Начиная с этого момента, мы с Кларой собранны и очень серьёзны.
    - Какие будут указания, шеф? – спрашивает она без всякой иронии.
    - Залезь в Интернет и узнай про этого Фостера всё, что только можно и, желательно, чуть больше. А я поеду на вокзал и автостанцию, покажу там рисунок. Лучше бы, конечно, его там не опознали: иначе это будет означать, что он действительно уехал. В Рочестере-то его найти очень сложно, а уж если уехал…
    - Возьми мою «Карину», - кивает Клара, - не позорься со своим ровером!
    - После ремонта он выглядит вовсе не плохо, - обиженно говорю я. – А то, что старая модель – так, может, я - любитель раритетов!
    - В это не поверит ни один из тех, кто знает, сколько лет твоей жене, - усмехается она.
  Должен признать, Клара нередко сражает меня своими репликами. Но сейчас пикироваться с ней не собираюсь, так как мне в голову приходит одна неожиданная мысль. Я лезу в бумажник, копаюсь в разных справках и счетах и нахожу её: квитанцию за ремонт со штампом «Автомастерская Фостера».
    - Представляешь, - возбуждённо говорю я, - оказывается, мой ровер ремонтировали как раз в его мастерской; в той, которую он сегодня заложил! Вот и предлог туда наведаться! А уж у рабочих наверняка смогу выведать немало про хозяина!
  После долгого, бурного и очень трогательного – опять же, по причине не закончившегося медового месяца – прощания Клара садится за компьютер, а я выхожу на улицу, сажусь в свой ровер, завожу его и трогаюсь с места.
  Моё новое дело самым неприятным образом напоминает мне предыдущее: то ведь тоже началось с визита и безудержного вранья клиента. Что-то мне подсказывает, что и опасностей будет не меньше.
 
 
 
 
Отзывы на это произведение:
Татьяна Ст
 
26-01-2009
13:17
 
Начало впечатляет. Очень хочется продолжения. Завязка яркая, непринуждённая, остроумная. Всё это тем интереснее рисуется - по впечатлениям уже известных характеров и отношений.
 
Татьяна Ст
 
26-12-2011
21:52
 
Я, как 30-титысячный читатель твой, Миша (кстати, не забудь переслать мне мой контейнер со счастьем - мы ж договаривались, что ты его туда уже сложил)- назидательно уверяю тебя, что время для брожений и переживайний уже вышло - и тебе следует попробовать опять залезть в кротовую нору. Ну, чем же там всё кончится?! Ну, поведай, не мучай своего 30-титысячного!
Михаил Акимов
 
27-12-2011
22:03
 
А Наташка мне про эту вещь сказала: "Читала ночью. Эта твоя вещь - снотворное никакое"!(Цитирую по памяти)
Приятно автору.
Но ты - по сути. Отвечаю серьёзно.
Я Наташку из-за этого просил прочитать,чтобы решить, продолжать ли эту свою "Фрэнки Ньюмен и "кротовая нора". Она написала - воодушевился.
А ща снова.
Сам считаю так. Лучшее, что написал, это "Фрэнки Ньюмен против Виртуальности". Потому что закончена. По классу вторая часть ("и кротовая нора") сильнее. Зато брошена мною. Ты помнишь: ЭКСМО вроде бы взяло, потом отказалось. Ну, и бросил "кротовую нору": глупо писать вторую часть, если не опубликовали первую. И даже наташкин одобрительный отзыв не смог меня вдохновить на продолжение.
Скорее всего, я бросил это окончательно.
Твоя последняя фраза - обычное женское кокетство. Я же тебе засылал почти последнюю главу, где все Клары и Фрэнки вместе.
 
dаlilа
 
28-12-2011
08:46
 
Значит, ты решил не дописывать. По-моему, напрасно. Мне твои резоны убедительными не кажутся - не для издателей ведь стараемся. И потом, неизвестно, как оно все в будующем повернется.
Редактировалось 1 раз(а), редакция 28-12-2011 09:34 (dаlilа)
 
Михаил Акимов
 
28-12-2011
11:13
 
Так в том и дело, Наташ. Я перестал получать удовольствие от того, что пишу. После твоего отзыва перечитал написанные 10 глав и стал прислушиваться: хочу или не хочу. Потом на что-то отвлёкся и вспомнил через некоторое время. Сделал вывод, что не хочу, оказывается. А заканчивать на чистой технике, без вдохновения - тоже не хочу.
Самому от всего этого грустно. А ещё у меня есть незаконченная (вернее, едва начатая) "Воскресение Нэдда Лудда". Незаконченных, брошенных и т.п. полно, но эти две по-настоящему жалко.
 
Rоmаn
 
28-12-2011
22:25
 
Нас не издают и не печатают, но надо стараться писать хорошо и дописывать начатое. В противном случае, получится, что мы поступаем по-свинство в отношении тех, кто выражает интерес и читает. Я так думаю.

А пишешь ты хорошо, мастерски.
 
Михаил Акимов
 
29-12-2011
22:12
 
Спасибо, Рома!
 
 

Страница сгенерирована за   0,019  секунд