Псевдоним:

Пароль:

 
на главную страницу
 
 
 
 
 




No news is good news :)
 
 
Словари русского языка

www.gramota.ru
 
 
Наши друзья
 
грамота.ру
POSIX.ru -
За свободный POSIX'ивизм
 
Сайт КАТОГИ :)
 
литературный блог
 
 
 
 
 
 
сервис по мониторингу, проверке, анализу работоспособности и доступности сайта
 
 
 
 
 
Телепортация
к началу страницы
 
 

Михаил Акимов

 
 
 
Фрэнки Ньюмен против Виртуальности. Часть третья. Главы 5-8 (окончание).
 
 
 
  5. Гостья из будущего.

      Хватаю её за руку, втаскиваю внутрь и захлопываю дверь.
        - Поаккуратнее, Фрэнки! – морщится она и разглядывает свою руку. – У меня будет синяк!
      Тут она замечает, как я одет, и переводит взгляд на Клару.
        - Вам бы следовало подобрать ему что-нибудь более консервативное, мисс Доусон, - с изумительной женской проницательностью заявляет Лиззи. – Ведь мистер Ньюмен далеко не юноша, ему уже за сорок… Вы знали об этом?
        - Разумеется, - спокойно отвечает Клара. – Фрэнк говорил мне, что вы с ним ровесники.
      Один-ноль в её пользу! Вообще-то женские колкости – увлекательнейшее зрелище; оно захватывает с самого начала и не отпускает до конца, но сейчас явно не до этого, и я решаю вмешаться.
        - Вряд ли ты пришла для того, чтобы сделать замечание по поводу моей одежды, Лиззи, - говорю я. – Давай перейдём сразу к делу.
        - Мы будем разговаривать у порога, или мне можно войти?
      Поскольку хозяйка квартиры – Клара, я вопросительно смотрю на неё, но она, похоже, не собирается выходить из состояния войны с Лиззи.
        - В самом деле, Фрэнк, - укоризненно говорит она, - что же ты не приглашаешь нашу гостью в комнату?
      На слове «нашу» она делает довольно сильный нажим. Мне ничего не остаётся, как жестом предложить Лиззи войти. Однако, если они и дальше будут пикироваться, мы все рискуем так и не добраться до сути. Нужно перехватывать инициативу.
        - Как добралась? – интересуюсь я, когда мы все вместе усаживаемся за стол.  – В смысле, в какой игре и с кем приехала?
        - «Приключения червячков», - говорит Лиззи, и мы с Кларой весело хохочем, совсем забыв, что весёлого в нашей нынешней ситуации мало.
      Лиззи, конечно, обижается и смотрит на нас с откровенной злостью.
        - Вообще-то, я могу уйти, чтобы не мешать вашему веселью. Но вы пожалеете об этом сразу же, как только я выйду за дверь.
         - Не хитри, Лиззи, - прошу я, – никуда ты не уйдёшь. Ты ведь пришла сама по себе, а вовсе не от имени того, кто с тобой прибыл. Он тебе велел лишь узнать, здесь ли мы, и сказать об этом ему. Что, я не прав?
        - Прав, - признаёт она.
        - Так кто же это? Бист? Смайли?
      Она смотрит на меня удивлёнными глазами, и я чувствую, как меня окатывает холодная волна. Чёрт, об этом я почему-то и не подумал, а ведь всё было очевидно! И в самом деле, к чему эти гориллы; вовсе не надо быть здоровяком, чтобы в нужный момент нажать на курок. Плохо дело.
        - Где он? – хмуро спрашиваю я.
        - В доме. Сказал, что туда-то вы обязательно придёте. А меня послал проверить, потому что боялся, что вдруг вы уже успели уйти.
        - Она с Джейсоном, - поясняю я Кларе, но та уже и сама догадалась.
        - Что-то вы оба погрустнели, - замечает Лиззи. – Рассказать вам что-нибудь про червячков?
        - Не сейчас, - говорю я. – Лучше расскажи, что там у вас происходит.
        - Ничего уже не происходит, - вздыхает она. – Нет больше «Джейсон & Доусон». Здание опечатано, на всё имущество наложен арест. Хотели арестовать и счета, да обнаружили, что на них ничего нет. Здорово ты раздобал их, Фрэнки! Голыми оставил! Никогда б не подумала, что ты можешь быть таким…
        - Ладно, - прерываю я её восторги, - говори, зачем пожаловала. О чём хочешь поторговаться?
        - Всё-таки циник ты, Фрэнки, - снова вздыхает Лиззи. – А может, я просто пришла сказать, что ты – молодец, и извиниться кое за что?
        - Не может. Давай говори, что у тебя есть, и если это то, что мне нужно, я готов выслушать твои условия.
      Лиззи в третий раз вздыхает и некоторое время молчит.
        - Хорошо, - наконец говорит она, - слушай. Я прекрасно тебя знаю, поэтому давно поняла, что ты не успокоишься, пока не доведёшь всё до самого конца. Тебе нужна лаборатория Блейна, и я могу тебе в этом помочь.
        - Ты не ошиблась. Как там сейчас?
        - Я уже сказала, что здание опечатано, значит, и лаборатория тоже. Охраны никакой нет, просто установлена сигнализация: на общем входе и на входе в лабораторию. А у меня есть ключи и от той, и от другой. Кроме того, чтобы попасть в аппаратную лаборатории, нужно знать пароль. Я его знаю.
      Я потрясённо покачиваю головой.
        - Подготовилась ты просто великолепно. Как тебе пришло в голову завладеть всем этим?
        - Фрэнки, я вовсе не такая дурочка, какой ты меня всегда считал. Правда, - великодушно признаёт она, - и ты далеко не растяпа, как я раньше думала… Так вот, я сразу сообразила, что на этот товар обязательно будет спрос. Приставы, когда описывали имущество, привлекли к  работе и меня, поскольку я – секретарь и многое знаю. А я этим воспользовалась и сделала слепки ключей от сигнализации. А про пароль мне Блейн сказал, он сейчас в жутчайшем запое. Так что, дорогие мои, нужна я вам. Ничего у вас без меня не получится. А поэтому прошу весьма справедливое вознаграждение: третью часть того, что вы… гм… конфисковали у «Джейсон & Доусон».
        - Так ты полагаешь… - начинаю я, но тут неожиданно вмешивается Клара и перебивает.
        - Подожди-ка, - говорит она. – почему это ты один ведёшь переговоры? Мы с тобой равноправные партнёры, значит, и решать должны вдвоём. Поскольку речь зашла об условиях, - поворачивается она к Лиззи, - нам необходимо кое-что обсудить наедине. Вы не возражаете?
        - Договаривайтесь, - пожимает та плечами. – Могу я закурить?
Вместо ответа Клара приносит ей пепельницу, включает довольно громко музыку, увлекает меня в свою спальню и плотно закрывает дверь.
        - Фрэнк, - тихо говорит она, - что ты собирался ей сказать? Что из тех денег мы не взяли себе ни цента?
        - Ну да, ведь это действительно так. Поэтому я считаю…
        - Ещё слово – и я соглашусь с твоей бывшей женой, что ты действительно растяпа. Я очень ценю твою честность, но сейчас она неуместна. Подумай, ведь речь идёт не только обо мне и тебе. Сам же говорил: лаборатория Блейна – величайшая опасность для всего человечества. Разве это не стоит того, чтобы немного схитрить? Ведь смог же ты обмануть Джейсона и никаких угрызений совести не чувствовал.
        - Его мог, а Лиззи не могу, - признаюсь я. – Всё-таки мы прожили вместе восемь лет…
        - И не надо. Это сделаю я. Ну как, Фрэнк, согласен?
      Я тяжело вздыхаю, непроизвольно корчу гримасы и сокращаюсь всем телом.
        - Ну, Фрэ-э-нк! – Клара прижимается ко мне всем телом и целует в губы.
        - Хорошо, я согласен, - говорю.
        - Ну, и чудесно! Я сама буду с ней договариваться, только постарайся не корчить рожи и не вздыхать, а то она поймёт, что здесь что-то не так!
        - Я попробую, - вздыхаю я.
      Мы выходим обратно в комнату, Лиззи пристально смотрит на меня, пытаясь залезть в мои мысли. Вообще-то, это ей часто удавалось, поэтому изо всех сил стараюсь построить непроницаемое лицо.
        - Так вот, Элизабет, - деловито говорит Клара, - мы с Фрэнком посовещались и решили, что товар ваш действительно хорош и нам он необходим, но треть – это цена несуразная. Первую часть операции Фрэнк вообще проделал один, а чтобы осуществить вторую, мы с ним прошли шесть стадий очень трудной игры. С кем он только не дрался: с арабами, эфиопами, пигмеями, даже с графом Дракулой. А я несколько часов простояла на палубе, привязанная пиратами к мачте, а потом меня без конца похищали… С вами ничего подобного не было, а вы хотите равную долю. Мы считаем так: десять процентов, Элизабет. Соглашайтесь.
        - Кое в чём вы правы, - говорит Лиззи, - я и представления не имела, каково вам пришлось в этой игре. Искренне вами восхищаюсь и согласна на одну пятую.
        - Десять процентов, Элизабет, - убеждает Клара.
        - Я ведь могу предложить свой товар кому-нибудь другому, - с вызовом заявляет та.
        - Кому? Да в целом мире кроме нас троих и двух «Д» с Блейном никто ведь понятия не имеет, что это такое! А начнёте рассказывать – вам попросту никто не поверит.
      Здесь я не выдерживаю и умоляюще смотрю на Клару, кивая в сторону пачки «Моррис». Она видит моё состояние и не возражает.  Прикуриваю и нервно затягиваюсь, так что моментом улетает сразу половина сигареты. К торгу пытаюсь не прислушиваться, полностью положившись на Клару. А та явно начинает одерживать верх, и Лиззи под напором её аргументов уступает. Наконец, они приходят к согласию, Клара берёт лист бумаги и пишет: «Мы, нижеподписавшиеся, Фрэнк Ньюмен и Клара Доусон составили настоящий документ в том, что считаем Элизабет Броуди своим партнёром с вытекающими отсюда её правами на одну десятую часть суммы, полученной нами в результате операции «Виртуальность»; потом ставит дату, и мы оба расписываемся.
        - А почему не указана конкретная сумма? – подозрительно спрашивает Лиззи, внимательно прочитывая содержание.
        - Так мы же не считали! – с искренним простодушием говорит Клара, что и не трудно, поскольку это истинная правда. – Давайте ключи и пароль, Элизабет.
        - Нет! – решительно заявляет моя бывшая жена. – Сначала мы проедем в банк, вы покажете мне, что это за сумма, тогда всё и получите.
      Наверное, пора бы вмешаться и мне, но я давно махнул на всё рукой и просто жду, чем это закончится. Впрочем, Клара блестяще справляется сама.
        - У нас нет на это времени. Мы заняты подготовкой по переходу в реальное время. Кстати, и вам это необходимо, если, конечно, не планируете остаться здесь с Джейсоном.
      Последняя перспектива Лиззи явно пугает, но тем не менее она продолжает упрямо настаивать: сначала банк, а потом всё остальное.
        - Хорошо, - покладисто говорит Клара и забирает у неё документ, - нам доводилось проделывать вещи и потруднее, чем пробираться через две сигнализации и один пароль. Собственно, до вашего прихода мы рассчитывали только на себя. Значит, возвращаемся к первому варианту. Надеюсь, Элизабет, вы не будете на нас в претензии, если мы вас свяжем и оставим здесь? Вы же понимаете, что мы просто вынуждены это сделать. Так что заранее приносим извинения за некоторые неудобства. Мы думаем, Джейсон через какое-то время обязательно придёт сюда и освободит вас, - она поднимается из-за стола. – А сейчас просим извинить – у нас просто уйма дел, и мы уже опаздываем.
      И Лиззи сдаётся. Она достаёт из сумочки два ключа и бумажку, на которой записан пароль, отдаёт Кларе и получает назад наш документ. После этого уже втроём, как и положено партнёрам, обсуждаем детали. Здесь, наконец-то, снова главенствую я.
        - Лиззи, нам с Кларой сейчас действительно нужно уйти, и на всякий случай тебе лучше не знать, куда. У тебя есть мобильник? – она кивает. – Чудесно, запиши нам свой номер и отключи сигнал. Часов в восемь мы пришлём тебе сообщение. Если у нас всё получится, переход состоится сегодня, и тебя мы возьмём с собой. Не выйдет сегодня – значит, завтра или послезавтра, это зависит не только от нас. Ты отправляйся обратно к Джейсону; можешь сказать ему, что мы здесь: ты нас, допустим, видела в окно. Или соседи тебе сказали. Если он решит идти сюда и подкарауливать меня здесь – очень хорошо. Найди возможность и сообщи нам об этом, а сама попробуй остаться в доме.
      Я смотрю на Клару и пожимаю плечами:
        - По-моему, всё.
      Она в ответ кивает. Лиззи записывает номер своего мобильника и просит, чтобы я отключил сигнал. Это у неё от рождения. Из всех операций, связанных с электроникой и электричеством, она умеет выполнять только две: включать чайник и телевизор. После этого Лиззи уходит, и мы с Кларой смотрим друг на друга.
        - Ты ей веришь? – спрашивает она.
        - Да, - отвечаю я. – Лиззи всегда на стороне  победителя. А поскольку таковыми она считает нас, то…
      Я прерываю себя на полуслове и подскакиваю к окну.
        - Села в такси и уехала, - сообщаю Кларе. – Похоже, пока всё без подвоха.
      До прихода Лиззи мы собирались бежать отсюда немедленно, но сейчас решаем, что некоторое время у нас есть, поэтому лучше загримировать меня здесь. Если сделать это в отеле, наверняка привлечёшь к себе внимание. Клара усаживает меня перед зеркалом, и под её ловкими руками я превращаюсь в довольно неприятное существо с чёрными усами и небольшой, совершенно идиотской, бородкой. Довершают картину горбатый нос и большие тёмные очки.
        - Жуткое страшилище, - уныло говорю я. – Если ты пойдёшь со мной рядом, все будут принимать тебя за извращенку.
        - Переживу, - отмахивается она, сотворяя что-то с разрезом моих глаз и губ. – Тем более, что опыт уже есть: пару раз мне пришлось пройтись по улице с Доусоном да ещё под ручку!
        - А куда это вы ходили? – спрашиваю я, изо всех сил стараясь произнести это безразличным тоном.
        - Он вызвался проводить меня до дому, а мне и отказаться было нельзя: как раз в это время по просьбе Роберта сказала ему про полгода. Ну, а он после этого стал считать меня своей невестой.
        - И в квартиру поднимался? – мне уже плевать, звучит в моём голосе ревность или нет.
      Клара внимательно и серьёзно смотрит на меня в зеркало.
        - Фрэнк, не терзай меня вопросами, ответ на которые ты и сам прекрасно знаешь.
      И, видимо, решив, что ответила недостаточно ясно, добавляет:
        - Конечно же, нет.
      Я успокаиваюсь, но не до конца. Не может быть, чтобы у такой красавицы никогда не было интимного друга. Ладно, спрошу об этом как-нибудь потом. А может, и не буду.
      Наконец, экзекуция закончена, и мы покидаем кларину квартиру. Вполне возможно, что Джейсон уже мчится сюда.
      В отеле «Holiday»  под вымышленными именами снимаем две комнаты, что значительно подрезает оставшиеся у Клары финансы.
        - Ничего, - говорю я, - вернёмся в реальность – у меня там кое-что есть. Друг должен мне довольно значительную сумму, поделим пополам.
      Ноутбук и игру я забираю в свой номер, и через полчаса ко мне приходит Клара. Радую её сообщением, что в игре есть сохранение пройденных стадий, следовательно, вся эта морока «до и после полуночи» отменяется. А вот с прохождением первой стадии пока не ладится. Я застрял почти в самом начале – на эпизоде с ливийскими террористами. Никак не успеваю сесть в машину времени: меня прошивают очередями из автоматов.
        - Дай я попробую, - говорит Клара, и я охотно уступаю ей место: наигрался уже.
      У неё получается значительно лучше, этот эпизод она проскакивает с первого раза и спотыкается только в самом конце: никак не может схватить дугой молнию, подскакивает то раньше, то позже. Мне кажется, я понимаю, в чём дело и предлагаю проходить до этого места, а дальше – я. Вдвоём мы первую стадию побеждаем. Клара хочет открыть вторую, но я её останавливаю.
        - Нет, теперь надо в он-лайне.
      Выхожу в игровой раздел Интернета, ввожу серийник и пароль, и в результате получаю игру с уже пройденной первой стадией.
        - Эпизод, который нам нужен, почти в самом начале, - объясняю я. – Дальше проходить не обязательно, а до этого, вроде бы, ничего сложного нет. Но хорошо бы дойти до него с первого раза. Может, ты попробуешь? У тебя лучше получается.
      Клара садится за клавиатуру и включает вторую стадию. Вначале всё идёт действительно просто, но вскоре выясняется, что фильм я немного забыл: после сцены в кафе следует очень трудный эпизод погони. Я начинаю волноваться, но Клара так лихо управляет аэробордом, будто ей и в реале не раз доводилось на нём кататься. С остальным она справляется совсем легко и бросает игру почти сразу после отбытия героев в альтернативный 1985 год.
        - Всё готово, - подвожу я итог. – Если тебе не удастся уговорить Блейна именно сегодня, завтра придётся проходить это заново.
      Мы ещё раз обсуждаем детали её предстоящего разговора с Блейном и приходим к выводу, что если он согласится, других трудностей быть не должно: сопровождать Клару до подвала он не может, так как ему нужно будет идти в лабораторию, чтобы запустить игру.  Решаем, что на всякий случай я тоже буду в кафе и постараюсь сесть так, чтобы слышать их разговор и иметь возможность при необходимости вмешаться.
      Я смотрю на часы – 18.30 – пора. Но тут Клара вносит новое предложение.
        - Пожалуй, лучше я пойду к нему на работу, Фрэнк, - говорит она. – Вдруг у него сейчас творческий запой – тогда он запросто может просидеть там до утра.
      Это несколько опаснее, но мне приходится согласиться, что такой вариант – самый разумный.

       6. Назад в будущее (или вперёд в настоящее).

      Я жду Клару на заднем сидении в её «Карине», припаркованной возле «Джейсон & Доусон». Клары нет уже больше получаса, и я, конечно, волнуюсь. Вариант с её появлением на работе никакого беспокойства не вызывает: «Д» ещё не обнаружили меня в Хаммерстоуне, следовательно, пока ещё и не предполагают, что вскорости отправят её вместе со мной в виртуальность. Беспокоит другое: а вдруг Блейн в качестве оплаты  за вояж в игру авансом потребовал от неё  интимной близости? Как в таком случае поступит Клара? А вдруг согласится? Она ведь женщина свободная и вправе распоряжаться собой по своему разумению. Кто ей я? Так, хороший друг, который сумел помочь в истории с её братом и с которым не было сказано ни слова о каких-то возможных близких отношениях. Ревную я, в общем. И хорошо при этом понимаю, что никаких прав на это не имею.
      Из трёх своих жён ревновать мне приходилось только Лиззи: ни Вирджи, ни Дорис поводов для этого не давали и вообще были на редкость порядочными женщинами. Хотя мне трудно было воспринимать их в качестве последних: обе обладали властным характером, гораздо больше меня зарабатывали и на этом основании считали, что всё свободное время я должен стоять на задних лапках и с нетерпением ждать их распоряжений, а главное, неустанно восхищаться ими. Но ревности никогда не было, и я уже успел забыть, что это такое. И вот Клара… Для меня самого-то давно уже не секрет, что влюбился я в неё по самые уши – подумать не мог, что в моём возрасте это возможно! -  и наверняка бы ей в этом признался, кабы не был на столько лет её старше. Боюсь я её насмешливого взгляда: выпрыгнут чёртики и популярно мне объяснят, насколько нелепо такое вот моё поведение. Клара ничего и говорить не будет, они сами всё скажут. И пойду я восвояси, и возьму виски и надерусь до… Стоп. Вот ещё одна причина, по которой не тороплюсь с признанием: нельзя мне сейчас надираться, сначала нужно Клару отсюда вытащить да самому выбраться, чтобы со всей этой историей покончить. И вот только тогда…
      Я не успеваю обдумать, что тогда, потому что из агентства выходит Клара – одна! – и идёт к машине. По её виду понимаю, что всё получилось. Подтверждение этому получаю тут же: она садится за руль, но не заводит машину, а поворачивается ко мне, притягивает рукой мою голову, сдирает камуфляжные усы и бородку, которые так и не понадобились, и целует – своего рода компенсация за мои тягостные переживания и раздумья.
        - Всё в порядке, Фрэнк, - говорит она. – отправляй эсэмэску Элизабет.
      Она трогается с места, а я достаю мобильник и пишу: «Переход сегодня. Где Джейсон»? По-видимому, Лиззи уже глаз с телефона не сводила, потому что ответ получаю буквально сразу: «Поджидает тебя возле дома Клары».
        - Поехали к «дому Гибсона», - говорю Кларе. – Джейсона там нет. Только  к самому дому не подъезжай: остановись там, где мы в виртуальности бросили «вольво».
      Она кивает и сворачивает на Парк-стрит. Через несколько минут мы на месте,  Клара глушит двигатель и собирается выходить. Я трогаю её за плечо.
        - Оставайся здесь, Клара, я пойду один. Если там всё нормально – вернусь за тобой. А если меня не будет… – я прикидываю, - десять минут, заводи машину и уезжай. На переходе, правда, тогда придётся поставить крест, но ведь можно приспособиться и здесь. Уезжай в другой город, устройся на работу… В пятницу, 29-го, та Клара уйдёт в виртуальность, и после этого можешь вообще жить спокойно: никто тебя…
      Закончить я не успеваю, потому что Клара открывает дверцу и выходит наружу.
        - Хватит болтать, Фрэнк, - нетерпеливо говорит она, - пошли уже!
      С полминуты я, раздумывая, смотрю на неё и прихожу к выводу, что и в самом деле можно идти вместе. Ничего Кларе не угрожает: Джейсон желает разделаться со мной и только со мной.
        - Ладно, - говорю, - пойдём.
      В некоторых окнах дома горит свет, и я решаю ещё раз проверить. Набираю номер Лиззи и слышу её голос: «Да? Это ты, Фрэнки»?
        - Я, - отвечаю, - у тебя по-прежнему всё чисто? Мы уже здесь.
        - Заходите, - спокойным голосом говорит она, – он не возвращался.
      В который уже раз мы с Кларой подходим к этому дому и открываем двери. Из гостиной выходит Лиззи.
        - Правда, сегодня переходим? – спрашивает она. – Вы действительно всё успели сделать?
      Вместо ответа я машу рукой, и мы втроём поднимаемся наверх. Перед осточертевшей дверью в подвал спохватываюсь:
        - Чёрт, надо было кувалду захватить, чтобы пошире отверстие сделать! Мы же опять все перемажемся!
      Лиззи смотрит на меня недоумённо, а Клара с сожалением разглядывает  мою куртку и своё платье. Она сегодня одета в… Хотя нет, не буду описывать, мои таланты по этой части вы уже знаете, достаточно сказать, что Лиззи, увидев её, с досадой отвела в сторону взгляд. Ну, и куртку свою мне пачкать не хотелось бы: это же подарок Клары! Оглядываюсь по сторонам и вижу решение: подхожу к окну, хватаю обеими руками штору и с силой дёргаю вниз.
        - Постелем там на кирпичи, - объясняю дамам.
      Кое-как сворачиваю её и у двери снова испытываю затруднение: в прошлый раз, спускаясь по лестнице, я держал Клару за руку и обнимал за талию, но делать это при жене – пусть и бывшей - смущаюсь. Клара всё понимает, решительно открывает дверь и начинает спускаться первой. Я шарю в кармане.
        - Подожди, - говорю, - у меня зажигалка с фонариком.
      Иду следом за ней и стараюсь светить так, чтобы ступени было видно всем троим. Мы благополучно минуем опасное место и подходим к пролому. Здесь я постилаю штору и благодаря этому перебираемся на другую сторону практически чистыми. От меня не укрылось, что во время всей этой операции Лиззи была в недоумении и посматривала на дверь, однако, говорить ничего не стала.
      Подвал сегодня выглядит очень непривычно. Это место я привык видеть в форме канализационной траншеи и один раз как территорию морского порта, а сейчас здесь огромное пространство: площадь города Хилл Вэлли 2015 года. Поскольку мы живём в этом самом 2015 году, то у нас вызывают усмешку все эти воздушные такси и аэроборды: слишком уж ускорили создатели фильма технический прогресс, ничего похожего в действительности пока нет.
        - Немного рановато подошли, - говорю я, - но ничего, лучше уж так. Подождём.
      Поскольку мы все трое прошли мимо виртуализатора, действие спокойно разворачивается без нас. Марти с профессором уже прибыли, профессор тут же куда-то улетел на своей машине, а Марти пошёл в кафе.
        - Скоро уже, - поясняю женщинам. – Остался разговор с Грифом, погоня на аэробордах, и действие переместится туда, куда нам нужно: в квартал Хилл Дэйл.
      Но всё происходит ещё быстрее, а заканчивается совсем неожиданно. Гриф вытаскивает из кафе своего деда – помню эту сцену, он заставляет деда отполировать ему машину – но вместо того, чтобы исчезнуть, они идут к нам, и я вижу, что Гриф – это Джейсон, а дед – Уильям Блейн. У Джейсона в руках пистолет. По-моему, это называется финиш. Оглядываюсь назад. Клара, как и я, в полном шоке, а вот Лиззи… По её злорадной ухмылке нетрудно понять, что всё это было спланировано. Ловко она нас с Кларой провела. Никогда не подозревал, что у моей бывшей жены выдающиеся актёрские способности. Чтобы у меня не оставалось никаких сомнений в её причастности к происходящему, Лиззи достаёт из сумочки наше, так сказать, партнёрское соглашение и, глядя мне в глаза, медленно рвёт его на мелкие клочочки.
        - Ну, что же, Ньюмен, - говорит Джейсон, - ты не можешь меня упрекнуть в поспешности: я долго надеялся, что ты образумишься и сделаешь всё, как надо. И в итоге будешь моим и Боба партнёром. Но ты себе выбрал не нашу фирму, а кладбище.  Что ж, тебе виднее.
      Поднимать пистолет он, однако, не торопится. Надо же! Я думал, такое бывает только в фильмах: прежде, чем нажать на курок, отрицательный герой долго объясняет положительному, как именно он с ним сейчас разделается, и из-за этого стремления к красноречию упускает нужный момент и оказывается прихлопнутым сам. Вот и Джейсон желает сначала высказать мне свои претензии и только после этого пристрелить. Очевидно, он не любит произносить монологи над трупом, ему надо, чтобы его слушали. Блейн стоит рядом, и по его лицу непонятно, как он ко всему этому относится. И вообще непонятно, какой это Блейн: тот, что час назад пообещал Кларе запустить в подвал игру, или какой-то другой, который тоже прибыл сюда вместе с Джейсоном из будущего. Неразбериха. Эх, до чего же мне жаль, что я так и не успел разобраться с аппаратурой Блейна, тогда бы подобные появления чёрт знает откуда снова стали бы в принципе невозможны.
        - Что, Ньюмен, удивляешься, чего это я так долго болтаю и до сих пор тебя не пристрелил? – Джейсон как будто читает мои мысли. – Объясню. Очень мне не хочется, чтобы ты умер с чувством исполненного долга. Дескать, я победил и отвратил от всего мира страшную опасность. Ни черта у тебя не вышло, Ньюмен, так и знай, что напрасно ты принёс себя в жертву! Единственное, что ты сделал – на некоторое время нас задержал. Аппаратура Уильяма осталась в целости и сохранности и в рабочем состоянии, скоро наше здание назначат к торгам, и я его куплю, потому что у меня ещё достаточно денег на счетах, про которые ты не знаешь и поэтому не тронул. Виртуальный Рочестер существует, так что нам даже не придётся начинать всё сначала – продолжим с того места, на котором ты нас немного притормозил. Что ещё рассказать, чтобы тебе совсем паршиво стало? Как только тебя прикончу, все мы вернёмся обратно и заживём своей жизнью: Элизабет выйдет за меня замуж, Клару тоже жених заждался – пора и им своё счастье налаживать. В общем, Ньюмен, один ты в проигрыше, как, собственно, и предполагалось с самого начала.
      Честно признаюсь, пару минут назад я вполне смирился с неизбежным и стал потихоньку готовиться к очередному переходу – на сей раз, правда, в мир иной в самом древнем значении этого слова. Ничего виртуального. Но на середине его речи я заметил такое, отчего во мне вспыхнула надежда и довольно-таки сильная. Мы трое – я, Клара и Лиззи – стоим лицом к игре, а Джейсон с Блейном – спиной; поэтому она не заметили, что игра остановилась! Я тут же понял, почему: действие подошло к сцене погони, а Гриф-Джейсон расслабился и из участия в игре выпал. Я сам не раз такое проделывал, и знаю, что за этим следует. Надо как-то потянуть время! Лишь бы Лиззи не обратила на это их внимание! Сама-то она наверняка не понимает, чем это грозит. Джейсон уже поднимает пистолет, поэтому срочно нужно его о чём-то спросить… Ага!
        - Мне кажется, - я стараюсь говорить спокойно, - кое-чего ты всё-таки не учёл.
      Это срабатывает: Джейсон опускает руку с пистолетом. Он чувствует себя очень уверенно и думает, что времени у него – не меряно.
        - Ну, и чего же? – насмешливо спрашивает он.
        - Когда вы там, в своём настоящем, входили в дом, стекло рядом с входной дверью было разбито? – я наобум несу первое, что придёт в голову, и очень важно втянуть в разговор Блейна: он самый опасный, он может сообразить. – Вы что, не обратили на это внимания?
        - Уильям, ты не помнишь? – спрашивает Джейсон, тот пожимает плечами и недоумённо смотрит на меня.
        - Так я и думал, - злорадно заявляю я. – Дело в том, что когда мы с Кларой вернулись в виртуальный Рочестер после победы в «Поисках сокровищ»…
      И я начинаю подробно, - а главное, абсолютно честно! - пересказывать то, что с нами произошло. Особый упор делаю на эпизоде в их фирме и говорю о подставной Кларе, чтобы у них не возникло сомнений, что мой рассказ – истинная правда, и сейчас я скажу им о чём-то важном, чего они не предусмотрели. Дойдя до эпизода с разбитым стеклом, делаю многозначительную паузу и торжествующе смотрю на них: ну что, мол, до сих пор не поняли?
        - Ни черта не пойму, - раздражённо говорит Джейсон, - при чём здесь это? Мы-то пришли из совсем другого времени! Не тяни, говори толком!
      Я и представления не имею, о чём нести дальше, ведь про стекло я уже рассказал… Решаю, что сцена с Бистом и Смайли их тоже заинтересует и уже готовлюсь поведать о ней, но тут, на моё счастье, наконец-то, происходит то, из-за чего я всё это и затеял!  Мгновенно потемнело, и через несколько секунд снова стало светло. Та же игра, та же стадия, только перед нами не площадь Хилл Вэлли, а двор дома Марти Мак-Флая; кроме нас троих здесь Марти и Джениффер, а Джейсона с Блейном, разумеется, нет и в помине: их выход значительно позже.   Клара радостно взвизгивает и бросается мне шею.
        - Фрэнк, - тормошит она меня, - что произошло? Когда ты начал нести эту чушь, я так и подумала, что ты что-то задумал! Куда они делись?
        - Их бросило на начало стадии. Они же прошли через виртуализатор, значит, должны были участвовать в игре… Ладно, сейчас не до этого, времени у нас мало. Меняем план. До того эпизода тянуть нельзя, а то они снова появятся. Придётся угонять машину прямо из-под носа у этих ребят, - я киваю на обнимающуюся парочку.
        - Поняла, - говорит Клара. – Ты имеешь в виду момент…
      Договорить она не успевает, потому что раздаётся рёв и свист, и сверху  спускается профессор Браун на машине времени, которая на этой стадии может летать. Клара делает мне жест рукой: мол, ясно, Фрэнк, и мы выжидаем нужный нам момент.
      Эмеретт Браун, как всегда, суетлив и заполошен. Он кричит Марти и Джениффер о их проблемах и убегает назад, чтобы заправить машину топливом для перехода во времени, те, естественно, следуют за ним. Вот оно.
        - Ты – за руль, - коротко бросаю я Кларе, и мы несёмся к машине.
      Запрыгиваю на пассажирское сидение – именно с этой стороны находится табло времени – и лихорадочно набираю «29 ноября 2015 года 11 часов 00 минут».
        - Готово! – кричу Кларе и, увидев, что она собирается стартовать, останавливаю её. – Подожди!
      Времени у нас нет, сейчас подскочат ребята, - а ой как не хочется драться с положительными героями! – но я смотрю на стоящую в растерянности Лиззи.
        - Лиззи! – ору я. – Беги быстрей сюда! Тебе надо быть с нами!
      И тут моя бывшая  жена закатывает одну из тех истерик, что были обыденной частью нашей с ней семейной жизни. Это настолько впечатляюще, что даже профессор с ребятами застывают на месте и слушают её.
        - Пошёл к чёрту, Ньюмен! – верещит она. – Ты испоганил мне всю жизнь! Те восемь лет, что мы жили вместе – сплошной кошмар! А когда мне, наконец, повезло, опять явился ты и всё уничтожил! Будь ты проклят!
        - Лиззи, ты не понимаешь, - увещеваю я. – Ты не проходила через виртуализатор, ты не сможешь вернуться с Блейном и Джейсоном, останешься здесь одна! Ну, давай, иди сюда!
        - Исчезни, Ньюмен! – визжит она. – Плевать мне на твои заботы! Ты ничего мне не приносишь, кроме несчастья!
        - Закрой дверь, Фрэнк! – резко говорит Клара. – Мы не можем ждать.
        - Но ведь Лиззи…
        - Закрой.
      Я в последний раз смотрю на Лиззи и в сердцах захлопываю дверцу. Клара выворачивает на себя руль, давит на газ, и машина резко взмывает вверх. Я вздыхаю. Клара это слышит, но ничего не говорит, а только увеличивает скорость. Вот и 88 миль в час. По корпусу машины пробегают синие молнии, и мы выныриваем совсем в другой пейзаж: это канализационная траншея в подвале «дома Гибсона». «Из дальних странствий возвратясь…» - вспоминается мне. А ведь и в самом деле – мы, наконец-то, дома.

     7. Конец лаборатории Блейна.

      Клара резко гасит скорость,  машина зависает в воздухе и медленно опускается на пол.
        - Времени у нас очень мало, - поспешно говорю я, и мы выскакиваем наружу.
      Машина тут же исчезает.
        - Сейчас там у них заново стадия начнётся, - я обнимаю Клару за плечо и увлекаю к лестнице наверх. – Правда, они оба виртуализированные, значит, кроме этой им придётся и последнюю стадию проходить, если, конечно, Блейн ничего тут не придумал. В общем, надо полагать, что они скоро будут здесь и, безусловно, сразу же бросятся в лабораторию. Мы должны за это время успеть с ней покончить.
Перед лестницей я пропускаю Клару вперёд, но тут же соображаю, что платье у неё не очень длинное, и лезу первым. Мы вновь выбираемся в комнату первого этажа и, не задерживаясь в доме, выбегаем на улицу.  Возле дома стоит синий «вольво».
        - Это на нём Джейсон с Блейном приехали, - говорю Кларе, - вот и хорошо, тебе он знаком, садись за руль.
      Пока мы мчимся по, наконец-то, настоящему Рочестеру с максимально допустимой скоростью, я залезаю в карман куртки и достаю ключи, которые отдала нам Лиззи в обмен на договор.
        - Как ты думаешь, они могут всё-таки оказаться настоящими? – уныло спрашиваю я.
      Клара бросает на ключи беглый взгляд.
        - Вообще, похожи, - неуверенно говорит она. – мне доводилось иметь дело с нашей сигнализацией, как раз когда с Блейном проект делали. Приходилось засиживаться допоздна, но на сигнализацию ставил всегда он. И всё же не думаю, что они настоящие: с какой бы стати нам их отдали?
        - А Джейсон в курсе? Ну, что ты их видела?
      Она задумывается.
        - Вряд ли. А вот Доусон знал, потому что каждый раз меня поджидал и провожал до дому. – она усмехается. – На моей машине, и я же была за рулём.
        - Значит, ключи могут быть настоящими, - упрямо заявляю я. – План с визитом Лиззи слишком продуман, чтобы быть сочинённым на ходу. Наверняка они придумали его заранее, значит, Джейсон от Доусона знает, что ты эти ключи видела. Ну, и не рискнули бы подсовывать фальшивые: вдруг ты это обнаружишь, и тогда весь их план летит к чёрту. А если ключи всё же настоящие, то никакого риска здесь не было: Джейсон спокойно мог забрать их после того, как меня прикончит.
Клара резко тормозит, машину заносит, и серый «бьюик» едва успевает от нас увернуться. Ещё секунд пять Клара борется с «вольво» и всё-таки останавливает.
        - Ты чего? – удивляюсь я, с трудом переводя дыхание.
        - Как ты легко об этом говоришь! – нервно выпаливает она. – Прикончит! А я, когда Джейсон на тебя пистолет навёл, готова была кричать, плакать умолять… а, как дура, застыла на месте и пошевелиться не могла…
       Она обнимает меня, утыкается лицом в мою грудь и сотрясается в рыданиях. Понятное дело: женская реакция. Они ведь более эмоциональны, чем мы, мужчины, вот и переживают всё гораздо острее.
        - Я первый раз по-настоящему испугалась, - сквозь рыдания говорит Клара. – Бывало страшно и до этого, но всегда была уверенность, что ты придёшь, и всё будет хорошо. А тут тебя самого собираются убить…
      Она снова плачет. Это бы ни к чему, так как нам действительно нужно торопиться, но я просто крепко обнимаю её и поглаживаю по волосам. Ведь в самом деле, сколько ей пришлось перенести! Поразительно, с каким самообладанием она держалась. Я понимаю, что ей необходимо выплакаться и терпеливо жду, но тут происходит событие, которое всё же вынуждает Клару успокоиться.
        - Нами интересуется полицейский, - встревоженно говорю я. – Это может нас серьёзно задержать.
      Интерес его, конечно, не случаен: наша машина стоит поперёк улицы, уткнувшись передними колёсами в поребрик.
      Клара тут же приходит в себя.
        - У тебя в кармане есть платок, - всё ещё глухим голосом говорит она. – Дай.
      Я достаю платок, она вытирает слёзы, надевает на лицо смущённо-приветливую улыбку и выходит из машины. Её внешность производит на мужчину-полицейского своё обычное действие, и вот он, минуту назад готовый карать  и назидательно поучать, уже глупо улыбается и принимает картинные позы. Клара что-то нежно лопочет про дурацкий руль, который крутится не туда, куда надо, и про педали газа и тормоза, которые наверняка стоят не на своих местах и к тому же покрашены одним цветом и даже не подписаны. Чтобы не рассмеяться, я отворачиваюсь в сторону и стараюсь не слушать. Минуты через три она садится за руль и, якобы прислушиваясь к указаниям полицейского, сдаёт задом, разворачивается и медленно едет. За поворотом, конечно, бросает своё притворство, и мы снова мчимся вперёд.
        - Всё-таки потребовал удостоверение и записал мои данные, - с неудовольствием говорит она. – Наверное, штраф пришлют.
        - Ну, уж нет! – не соглашаюсь я. – Данные он записал для себя: вот увидишь, после работы к тебе в штатском припрётся.
        - Думаешь, для этого? – с сомнением спрашивает Клара.
        - Со мной-то не хитри! – предлагаю я. – Ведь мужчины тебе прохода не дают – как будто для тебя это новость! Любой посчитает за счастье хотя бы просто вечерок с тобой провести.
        - Любой? И ты?
        - А что я? – пожимаю плечами. – Я какой-то особенный что ли? Или у меня с ориентацией не так?
        - А можно с этого места поподробнее? – она произносит это вроде бы шутливым тоном, но я-то уже разбираюсь в её интонациях и чувствую нечто большее, чем праздный интерес.
        - Длинный это разговор, а мы уже приехали… Подъезжай к самому крыльцу. Будем делать всё открыто и у всех на глазах, как будто имеем на это право.
      Заглядываю в перчаточный ящик, потом поворачиваюсь назад и вижу то, что мне нужно: картонную папку для бумаг. Похоже, у Джейсона это пунктик. Беру её себе.
        - Ну, выходим с деловым видом, - говорю Кларе. – Мы – судебные приставы или кто-то вроде этого.
      Возле здания никого нет, но на улице довольно много прохожих, и нам приходится-таки разыграть небольшой спектакль. Я, с папкой под мышкой, и рядом со мной Клара – сразу к двери не идём, а прохаживаемся возле здания, внимательно его осматривая и обмениваясь друг с другом глубокомысленными замечаниями вроде: «Решётки на первом этаже целы… Ага, на втором этаже окна все закрыты… Надо осмотреть, все ли заперты…» и только после этого направляемся ко входу. Клара срывает бумажку с печатью, а я, раскрыв папку, с озабоченным видом смотрю на часы и якобы фиксирую в ней время вскрытия. Ну, что ж, надо приступать.
        - Пробуем ключи? – спрашиваю Клару, и она согласно кивает.
        - Эх, до чего же здорово было в виртуальности: одним ключом все двери открываешь! – мечтательно вздыхаю я, внимательно рассматривая те два, которые дала нам Лиззи.
      С первого взгляда видно, который из них по конфигурации подходит к этой двери. Вставляю, поворачиваю на один оборот и инстинктивно зажмуриваю правый глаз: вдруг сейчас раздастся вой сирены? Но слышу только лёгкий щелчок: всё нормально! Поворачиваю ещё на один оборот и снова щелчок. Нажимаю на ручку – дверь открывается!
        - Проходи и не оборачивайся, - негромко говорю Кларе и вхожу следом за ней.
      Прикрываю за собой дверь, запираю на защёлку, и всю нашу неторопливость как рукой снимает.
        - Куда? – лихорадочно спрашиваю я.
        - Иди за мной, - Клара уверенно бросается по коридору первого этажа налево и распахивает третью по счёту дверь. – Здесь!
      Боже! Опять подвал! Хорошо, хоть свет горит. Но как раз это настораживает Клару.
        - Странно, - говорит она. – Раз здание опечатано, значит, должно быть и обесточено.
        - Я знаю, в чём дело, - я придерживаю Клару за плечо и пробегаю первым. – Если так, как думаю, это вообще замечательно! Только бы успеть!
      Спускаемся по двум лестничным пролётам и оказываемся перед дверью в лабораторию. Достаю второй ключ и уже уверенно вставляю его и поворачиваю. И здесь всё происходит без проблем, и вот, наконец, мы в святая святых не только Блейна, но и всей фирмы двух «Д». Никакой аппаратуры тут нет, а только лишь два письменных стола, заваленные кучей бумаг. И у стены ещё один большой стол с установленным на нём – включённым! – компьютером и мощным многоканальным пультом. Над вторым каналом горит зелёный огонёк, и несколько тумблеров находятся в положении «Включено». Сразу бросаюсь к пульту, выключаю тумблеры, огонёк тут же гаснет. Для верности выключаю и компьютер – просто выдёргиваю из сети шнур.
        - Всё, - объявляю Кларе,  - если Джейсон и Блейн не успели пройти стадию, теперь им оттуда не выбраться! Хотя, конечно, могли и успеть…
      Теперь главное: подходим к двери в аппаратную. На ней цифровой замок, я достаю бумажку с паролем и набираю код. Сигнализация и сейчас не срабатывает, но это единственный положительный результат: дверь не открывается.
        - С паролем они подстраховались, - хмуро объявляю я. – Дали неправильный.
      Мы уныло рассматриваем дверь, я даже проверяю насколько плотно она подогнана, как будто такое чудовище можно выворотить ломиком.
        - Только автогеном или взрывчаткой, - прихожу к неутешительному выводу.
       Ни того, ни другого у нас, естественно, нет.
        - Пароль наверняка устанавливал сам Блейн. Что он мог в него забить? Номер телефона? Дату рождения? Ты их знаешь?
        - Откуда? – пожимает плечами Клара, но тут же в её глазах вспыхивает мысль. – Подожди-ка, есть идея!
      Она быстро подходит к одному из столов, садится, берёт ручку и первый попавшийся лист бумаги.
        - Фрэнк, иди сюда, будешь помогать! – она коротко всхохатывает. – Нужно алфавит вспомнить!
      Вертикальным столбцом она пишет цифры от одного до двадцати шести, а рядом с ними по порядку буквы алфавита: сначала легко, а потом советуясь и споря со мной. Всё же мы доходим до конца.
        - Скорее всего, пароль – это какое-то слово. Вряд ли «Блейн», но давай проверим и его.
      Заменяем буквы соответствующими им цифрами и получаем 2,12,1,14,5. Ввожу число 2121145 – безрезультатно. Пробуем 2391212913 (Уильям) – то же самое.
        - Слишком просто, - признаю я. – Нужно копать глубже. Здесь только ты можешь до чего-то додуматься. Словечко его какое-то любимое или заветная мечта… Может, «Клара»? Или навязчивая идея…
Хотя Клара категорически утверждает, что она никак не может быть паролем, я на всякий случай проверяю. Действительно, не она.
      После этого поочерёдно пробуем «Виртуальность», «Успех», «Победа» и ещё много чего. Я уже готов сдаться.
        - Нужен другой подход, - объявляю я. – Что-нибудь из области физического воздействия. Не перебирать же все слова языка! Тем более, что это может быть даже не слово, а вообще фраза.
        - Фраза? – задумывается Клара.
      Она снова сверяется с цифрами, что-то записывает и подаёт мне.
        - Попробуй это, - говорит она, и в её глазах я снова вижу чёртиков.
      Это уже интересно, и я, заинтригованный, набираю длинное число 91131751492119. Раздаётся щелчок – и дверь открывается!
        - Умница! – искренне воплю я и торопливо целую её глаза – пока не спрятались чёртики. – А что за фраза?
        - «Я – гений»! Говорят, он всегда кричит это после второго стакана и до самого конца!
        - Что самое интересное – вообще-то, он прав!
      Мы заходим в аппаратную. Мощно. В два ряда стоят железные шкафы, наверняка буквально напичканные электроникой. Не поскупились два «Д», очень много денег сюда вбухали. Ну, так и цель у них была немаленькая. Пожалуй, только сейчас понимаю, какую махину мне удалось остановить. Вспомнив масштабы проделанной работы, скромно думаю, что я - молодец.
      Пытаюсь сообразить, каким образом проще превратить это торжество технической мысли в кучу хлама. Поскольку ко всем шкафам подведено электропитание, то, наверное, их можно спалить, если сделать что-то не так. Вообще, в этом плане опыт у меня богатый, но непреднамеренный: утюг, кофеварка, пылесос и кухонный комбайн сгорели не потому, что это я и хотел сделать, а совсем наоборот, всеми силами пытался такого не допустить. Может, этот вариант и попробовать? Хотя, наверняка здесь есть защита от дурака. Нужно что-то другое.
      Открываю первый по порядку шкаф, вижу, что он весь уставлен платами с какими-то деталями, и у меня возникает идея, а когда замечаю лежащий на столе довольно большой молоток, мысль оформляется окончательно. У русских, говорят, это вообще самый главный и чуть ли не единственный инструмент, и владеют они им просто виртуозно: ремонтируют им и подводные лодки, и наручные часы. У меня задача попроще. Вытаскиваю первую плату, кладу для жёсткости на стол – десять ударов молотком, и можно браться за следующую. На той плате, которую я обработал, нипочём не различить, какие детали здесь были. Принимаюсь за вторую и думаю: как удачно, что лаборатория в подвале! На улице наверняка ничего не слышно.
        - Чтобы тебе не скучать, - говорю Кларе, - проверь все бумаги. Вдруг проект Блейна  где-то в них оформлен. И жёсткий диск из компьютера вытащи и сюда принеси.
      Через сорок минут по моим часам разбивать больше нечего. Я с гордостью оглядываю результаты проделанной мною работы: может, специалисты и могут по каким-то признакам определить состав присутствовавших на платах деталей, только для этого им понадобятся десятилетия. Клара утверждает, что в бумагах Блейна никаких деталей проекта нет, и подаёт мне жёсткий диск. Разбиваю и его и для верности кладу обломки в карман, чтобы унести с собой. Тряпкой протираю молоток, ручки дверей и вообще всё, к чему мы с Кларой прикасались: не прошёл  даром просмотр детективных сериалов под руководством Лиззи, в них всегда так делали.
      Мы выходим из подвала, поднимаемся по лестнице и идём к выходу: два усталых человека в конце долгого и трудного пути.
      Через стекло подъезда вижу, что на улице возле здания никого нет, и очень этому радуюсь: надоели мне бесчисленные неприятные сюрпризы.
      Быстро выходим и садимся в «вольво». Клара аккуратно трогается с места, чтобы не привлекать рёвом мотора ненужное внимание, и не спеша едет по улице.
        - Куда теперь? – спрашивает она.
      Я морщу лоб, усиленно думаю, и тут до меня доходит, что никуда!
        - Останови машину, - говорю.
      Клара прижимается к тротуару, глушит двигатель и вопросительно смотрит на меня.
        - Всё, малышка, - торжественно объявляю я. – Ты понимаешь: ВСЁ! Мы сделали это!
      Она понимает и приваливается ко мне плечом, обняв мою левую руку. Я тоже приваливаюсь к ней и правой рукой обнимаю за талию.
        - Не верится, - говорит она. – Ох, как же я устала! И есть хочу.
        - Слушай, поехали в «Дилайт», - предлагаю я. – Отпразднуем нашу победу!
        - Хорошо бы, - соглашается она, - только вот денег у меня…
        - Ерунда, - успокаиваю я. – Деньги у нас сейчас будут.
      Достаю мобильник и набираю номер Дэйва, того самого агента по операциям с недвижимостью.
        - Привет, старик, - говорю. – Там мне ещё что-то причитается? Я имею в виду сделку с продажей и выкупом моей квартиры?
      Оказывается, да – и немало: почти сто тысяч долларов.
        - Готовь чек, - радостно восклицаю я. – Сейчас подъеду!
      Сообщаю Кларе адрес агентства Дэйва, и мы едем туда, а потом в банк, чтобы обналичить чек. Отдаю половину Кларе, она категорически отказывается, но я настаиваю.
        - Это наши общие деньги, - убеждаю её, - гонорар от двух «Д» за наше расследование истории «дома с привидениями». В конце концов, они ведь наняли меня для этого дела, значит, должны заплатить за мою работу, которую я, кстати, неплохо выполнил. Не совсем так, как они рассчитывали, но это уже детали. А ты мне очень здорово помогала, вот я и плачу за твою работу.
      Это её убеждает, и мы, наконец, едем в «Дилайт». К сожалению, тот столик, за которым мы единственный раз сидели с Кларой, занят, и нам приходится сесть за другой. Да и всё идёт не так, как мы думали. Потанцевав пару раз, выпив по бокалу вина и что-то пожевав, чувствуем, что жутко устали. Понимая, что Клара сейчас предложит уйти, и мы с ней расстанемся – дьявол! неужели навсегда? - я набираюсь смелости и начинаю разговор, к которому готовился давно.  Для чего-то беру в руку вилку и впираюсь взглядом в скатерть.
        - Клара, - бормочу я, - я вот что тебе хотел сказать… Ты, конечно, очень красивая девушка… И молодая. Я ничего не знаю о твоей личной жизни. Наверняка у тебя есть друг… Да и любой мужчина был бы просто счастлив… Даже самый богатый. А я три раза был женат. Ты слышала, что мне сказала Лиззи по поводу нашего брака. Да если и других спросить, они тоже… В общем… как бы сказать? Но вот мы с тобой довольно долгое время были вместе, и мне очень хорошо было с тобой. А вот теперь всё закончилось, и ты, наверное, будешь устраиваться куда-то на работу, а я хочу продолжить свою деятельность детектива. Теперь и опыт у меня есть… Да нет, я не о том… В общем, каждый из нас будет заниматься своим делом, и мы, наверное, совсем не сможем больше увидеться… Или… как ты думаешь?
      Н-да. Высказался, называется! Ох, и всыплют же мне сейчас её чёртики за такую блестящую речь! Собираюсь с духом и поднимаю глаза.  К своему огромному удивлению вижу, что Клара очень серьёзна.
        - Фрэнк, - говорит она, - я не совсем уверена, что правильно поняла твою мысль, но на всякий случай скажу: согласна!

      8. Мир и не подозревает, что Фрэнки его спас.

      Проснувшись, не сразу понимаю, где я нахожусь. В последнее время мне приходилось ночевать в столь разных местах, что не мудрено и запутаться. На секунду мне даже мерещится, что я на «Кларе», но, не услышав шкиперского храпа и увидев на окне знакомые занавески, соображаю, что я дома, в своей спальне. Сразу же решаю устроить себе выходной и спать дальше. А что, вполне заслужил. Дело двух «Д» успешно закончено, мир спасён от страшной агрессии, и это – благодаря мне. Обидно, конечно, что мир и представления не имеет, что я его спас, и за это я тут же определяю ему наказание: не буду в нём сегодня вообще появляться, а ограничусь пределами своей офиса-квартиры. Подумав так, снова закрываю глаза.
        - Эй, засоня! – слышу я голос Клары. – Завтрак готов!
      Я немного приоткрываю один глаз и вижу, что она стоит возле кровати и улыбается. Одета она в … На протяжении  рассказа о наших приключениях я неоднократно пытался описывать её наряды, и каждый раз у меня не получалось: не понимаю я ничего в женской одежде, во всех этих складочках, оборочках, всяких ленточках и фасонах. Но её сегодняшний наряд смог бы описать и с закрытыми глазами, потому что это моя рубашка. Клара довольно-таки высокая, но и рубашка достаточно длинная, поэтому успешно прикрывает и.. В общем, прикрывает всё, что надо. Я сонно протягиваю Кларе руку, она берётся за неё, и тут я привскакиваю, хватаю её всю, Клара взвизгивает, но уже поздно: я затаскиваю её в постель и укрываю простынёй.
        - Ну, Фрэ-э-нк! – жалобно тянет она, лёжа на спине. – Ведь осты-ы-нет же всё-о!
      Но я ничего не отвечаю, просто обнимаю её левой рукой и прижимаюсь к ней. От этого мне становится удивительно хорошо и спокойно, и я даже снова начинаю дремать. Всё-таки устал я очень. А от чего это я так устал, это уже не ваше дело. Наверное, я бы сразу и заснул, но Клара не даёт мне этого сделать.
        - Есть над чем задуматься, - вслух размышляет она. – Из того, что ты бормотал вчера в ресторане, я сделала вывод, что ты предлагаешь мне стать твоей четвёртой женой. Интересно, в гареме султана я смогла бы  достичь такого высокого статуса, или мне пришлось бы довольствоваться местом в первой двадцатке?
      Я  хорошо представляю, с каким лицом она это говорит, и сон с меня мгновенно слетает, потому что я очень хочу увидеть их - её чёртиков. Я заглядываю в её глаза, и они, конечно же, там: очень весёлые и хулиганистые. Целую их.
        - Ты сама виновата, - говорю я, - слишком поздно столкнула меня с той лестницы. Надо было сделать это на десять лет раньше, тогда бы ты смогла стать моей первой женой. И единственной.
      Она тяжело вздыхает.
        - Ничего бы не вышло. Тебя бы посадили за совращение несовершеннолетней и выпустили бы только вчера. И мне всё равно пришлось бы ждать все эти годы.
        - Зато  была бы первой, - напоминаю я.
        - Не-е-т, - капризничает она. – В тюрьме бы ты женился сначала на дочери коридорного надзирателя, потом… Не знаю, на ком потом, но, в общем, было бы ещё две. И я всё равно бы стала только четвёртой. Такая уж, видно, моя судьба…
      И она снова тяжело вздыхает, и я целую её  губы, чтобы они не выглядели так обиженно и скорбно.
        - Ты – моя единственная жена, - убеждённо говорю я. – У меня не было никого, кроме тебя. По крайней мере, я их не помню.
        - Какой ужас! – пугается она. – Как легко ты забываешь своих прежних жён! И что же, своей пятой ты даже не сможешь сказать, как звали твою четвёртую, самую бедненькую и несчастненькую изо всех?
        - А вот кто-то сейчас действительно будет очень бедненький и несчастненький, потому что я хо-о-рошенько отшлёпаю его за такие слова! – угрожаю я и незамедлительно привожу свою угрозу в исполнение: снова её целую. Клара отвечает на мой поцелуй, но тут же упирается руками в мои плечи и легонько меня отстраняет.
        - Но как же всё-таки завтрак? Думаешь, легко было его приготовить? У тебя даже кухни нет!
      Но я опять ничего не отвечаю, и только смотрю на неё, не отводя взгляда.
        - Так, - раздумывает она, - как бы тебя отсюда вытащить?
        - Если ты хотела вытащить меня из постели, нечего было самой в неё запрыгивать! – нагло заявляю я. – Но раз уж ты всё равно здесь оказалась, то было бы просто глупо этим не воспользоваться. Я думаю, позавтракаем мы позже, а сейчас…
      Но это, собственно, уже никого, кроме нас, не касается.
 
 
 
 
Отзывы на это произведение:
Отец Павел
 
01-08-2012
16:23
 
Ура!!! Осилил много букв!!! Потому что увлекательно написал! Молодец, Михаил! :)
Михаил Акимов
 
02-08-2012
12:06
 
Очень рад, что понравилось. Успеха тебе!
 
Отец Павел
 
02-08-2012
16:35
 
Спасибо, Миша! И тебе желаю успехов во всём!
 
 

Страница сгенерирована за   0,018  секунд