Псевдоним:

Пароль:

 
на главную страницу
 
 
 
 
 




No news is good news :)
 
 
Словари русского языка

www.gramota.ru
 
 
Наши друзья
 
грамота.ру
POSIX.ru -
За свободный POSIX'ивизм
 
Сайт КАТОГИ :)
 
литературный блог
 
 
 
 
 
 
сервис по мониторингу, проверке, анализу работоспособности и доступности сайта
 
 
 
 
 
Телепортация
к началу страницы
 
 

Татьяна Ст

 
 
 
Гранат
 
 
 
     У нас – яблони всё больше. Рябина, калина, смородина. А на жарком юге – там груши-персики, лимоны-апельсины, мушмула-марабель-айва. А ещё дерево есть – гранат называется.  Вот под таким гранатом сидели где-то в саду на скамеечке юноша и девушка. Сидели – и глаз не могли друг от друга оторвать.
    А над ними гранат развесил листья, и в листьях прятались созревшие плоды. Гранатный плод – необычный. Плод – точно крепость. Покрывает его круглое, с чуть заметными гранями, тело –жёсткая кожура. Хоть и тонкая – но почти такая же несокрушимая, как древесина. Это потому она такая несокрушимая – что бережёт-охраняет там, у себя в глубине, под кожей – нежные и полные сладким соком зёрнышки. Их сотни – и все сидят в своём домике плотно и дружно, притиснутые одно к другому гладкими гранями – потому и называется плод – гранат.
    Гранатовые зёрнышки долго созревают под защитой надёжной корки – всё время в темноте. Ведь в гранатовом яблоке нет окон и дверей, и маленьким градинкам не выглянуть наружу. Они даже представить себе не могут – как там, в большом мире, за стенами дома? Что такое свет, солнце, листья, деревья. Как это - летают птицы, плывут облака, живут люди? А им так хочется узнать! И они всё время расспрашивают свою маму, гранатовое дерево – которое питает их соками через свою древесину – что творится за пределами их крепости? И когда наступает ночь – это как?! И когда качает ветки ветер – это что?!
    Дерево-мать, конечно, пробует объяснить малышам – но ведь одно дело – рассказы, другое – взглянуть самим!
        - Когда-когда?! – дрожали в нетерпении малютки – отчего всё крепче прижимались друг к другу шелковистыми боками, становясь всё гранённей, - когда лопнет наша кожура – и мы увидим белый свет во всём его великолепии?!
        - Вы сами будете ещё великолепнее! – не сумев сдержаться, восклицала матушка в приливе родительской любви, - что может быть прекраснее  россыпи зёрен граната! Каждая из вас станет похожа на драгоценный камень-рубин – но рубин холоден и мёртв – а вы полны жизни, нежны и сладостны! Однако…, - спохватывалась дерево-мать, озабоченно встряхивая макушкой в густой листве, - погодите! погодите, крошки!  Вам рано ещё в большой мир! Вы ещё слишком слабые и мягкие. Слишком белые-незрелые. Вот когда вы сделаетесь тугими, упругими, когда из бледных превратитесь в ярко-пурпурные, красивые, наподобие крупных прозрачных капель, чтобы от солнца светиться, как маленькие продолговатые фонарики, и радовать, и удивлять собой всех вокруг, когда станете зрелыми да смелыми – вот лишь тогда! – корка не удержит вас, и вы посыплитесь на свободу! Но – тогда, - с некоторой тревогой добавляла мать, - вы уж не оплошайте, детки! Ибо вам дана живая сила земли – и каждой из вас решать самой – как и на что её излить….
        - Мы не оплошаем…, - лепетали зёрнышки, толкая друг друга в обуревающем восторге и отчего-то пронзившем страхе, - мы всё увидим, мы сразу всё поймём, во всём разберёмся…, - и тут же напряжённо замирали, что бы не сказать что-то ещё.
   От напряжения сок напористей прихлынул к полупрозрачной кожице. «Я лопну, - подумала про себя каждая, - так мне хочется вырваться их тесной корки!».
    А сок всё густел и алел, и юное зёрнышко бросало в краску от переполняющих чувств, и всё явственней напоминало оно бесценный рубин.
        - Мы разломим гранат на две половины, - жарко прошептал юноша под деревом, - тебе и мне.…
        - Тебе и мне…, - повторила девушка.
        - Загадай желанье…, - улыбнулся юноша и тряхнул ствол, -  надо не уронить ни зёрнышка….
        - Разве можно не уронить ни зёрнышка? – рассмеялась девушка, но в руки уже упал тяжёлый плод.
    Он треснул – и, конечно, зёрна тут же прыснули в разные стороны – кто куда.
        - Куда я лечу?! – вспыхнула на солнце рдяная искра, - меня несёт воздушный поток! Так вот что такое мир! Как он сверкает – этот мир! Я умру – от счастья!
        - Рассыпались! – ахнула девушка.
        - Ничего…, - склонился к ней юноша, - гаданье – шутка! Взгляни – как мерцают зёрна на разломе граната….
        - Как кровь…, - пролепетала девушка.
        - Нет. Как тайна.
    Он стал строг и мрачен. Одна его рука коснулась плавного плеча, другая настойчиво поднесла переливающийся солнечными огоньками гранат к пухлым девичьим губам.
        - Мы прекрасны…, - испуганно переглянулись зёрнышки в разломе, - мы отданы этому миру… он ждёт. Мы что-то должны совершить?!
    Что-то должны! Да! Во славу и торжество жизни! Так надо! Зёрнышки поняли это – все сразу.
     Тут ничего не поделаешь – таково служение и всякий смысл. Тот миг – когда роскошная красота оскольчато сверкала на солнце – оказался для них целой жизнью! Да! полной чашей жизни! Столько дум передумано, изведано восторгов, открыто неведомых чувств. Теперь они стали мудры.
        - Мы перейдём в иное состоянье, - понимало каждое, - мы дадим начало новому и чудесному. Мы знаем… что-то произойдёт….
       Молодые зубы впились в сладостную мякоть, из лопнувшей кожицы хлынул сок, который немедленно влился в жаждавшие уста.  Уста прильнули друг к другу – да и не разнялись. Уж такой липкий он – сок граната….
    На их уход в упоении и с лёгкой завистью наблюдали те зёрна, которым суждено было разметаться в стороны от юной пары. С десяток их упало в пыль, и в первый миг они ужаснулись:
        - Где блеск?! Где наша красота?! Неужели никто не полюбуется глубоким розовым сияньем, что источает каждое?!
     Увы! Об этом пришлось забыть. Зёрна лежали, запорошенные слоем мельчайших частиц почвы, и трудно было узнать в них только что просверкавшие в полёте брызги цвета южного заката. Заря уже не коснётся их пальцами, но тишина и покой, окружившие их – внезапно возымели свою прелесть.
        - Как хорошо…, - подумали все десятеро, - мы будем лежать так – долго-долго! И наблюдать мир из своего укрытия. Мы узнаем о днях и ночах, о рассветах, дождях, о ветре. Мы увидим грозу! Пусть жизненные силы, дарованные нам – перейдут в корни и дадут новое начало новым зёрнам, ибо взрастёт древо из семян своих. Вот она – та высшая мудрость, то служение и смысл.
    И это открылось им – потому что другого они не знали.
    И лишь одно зерно граната – упало на скамейку о правую руку юноши – да так там и осталось. Влюблённые не замечали его. Заметили птицы на дальних ветках.
        - Подлететь, склевать? – прощёлкал дрозд. – Боязно.
        - Пустяки! – захохотал пересмешник. – Эти двое – ничего вокруг не видят! – однако, похорохорившись, остался на своей ветке. В конце концов, в саду не единственный гранат!
        - А как горит его пурпур! – мечтатльно клёкнул королёк. – Как восхитительна эта градина! Как пронизана солнцем!
    Гранатное семечко слышала эти трели – и в наслаждении исходило глубинным светом.
        - Вот оно – счастье! Весь сад любуеся мной! Как сладко вызывать восторг! Это ли не служение?! Я ничего не хочу иного – только бы так лежать на выжженной солнцем доске – и сверкать!
    Зёрнышко не заметило – как подняла его рука юноши. Он долго рассматривал его на свет – а потом показал девушке.
        - Не хватит сердца, - едва слышно прошептал он, - воспринять его красоту. Но твои губы – сладостней граната….
 
 
 
 

Страница сгенерирована за   0,115  секунд