Псевдоним:

Пароль:

 
на главную страницу
 
 
 
 
 




No news is good news :)
 
 
Словари русского языка

www.gramota.ru
 
 
Наши друзья
 
грамота.ру
POSIX.ru -
За свободный POSIX'ивизм
 
Сайт КАТОГИ :)
 
литературный блог
 
 
 
 
 
 
сервис по мониторингу, проверке, анализу работоспособности и доступности сайта
 
 
 
 
 
Телепортация
к началу страницы
 
 

Сергей Аксененко

 
 
 
Как И.В.Сталин защищал людей от репрессий.
 
 
 
 
Народ нашей страны узнал о «сталинских репрессиях» с подачи приемника И.В.Сталина на посту руководителя партии (а позже и правительства) – Н.С.Хрущёва. Именно он начал активную антисталинскую компанию на ХХ съезде КПСС. Ради объективности, предоставим слово самому Хрущёву, только не правителю, а уже пенсионеру. В своих мемуарах Никита Сергеевич, порой так увлекался, что невольно проговаривался, что всё было совсем не так, как заявлял он сам же, пребывая во главе страны.

Когда говорят об участии Н.С.Хрущёва в репрессиях, приводят цитату из письма Никиты Сергеевича И.В.Сталину. «Дорогой Иосиф Виссарионович! Украина ежемесячно посылает 17-18 тысяч репрессированных, а Москва утверждает не более двух-трех тысяч. Прошу принять меры. Любящий вас Н.С. Хрущев». Подобных свидетельств приводят ещё немало, но ветераны органов вспоминают, что большая часть дел, связанных с участием Хрущёва в уничтожении кадров была изъята их архивов в те времена, когда Никита Сергеевич стоял во главе партии.

Но, как это, ни покажется странным, свидетельства об участии в репрессиях и многие другие нелицеприятные моменты хрущёвской биографии можно обнаружить в его мемуарах. Да-да! Именно в мемуарах, если читать их внимательно. Понятное дело, что в мемуарах человек всегда пытается показать себя лучше, чем он есть на самом деле, оправдать свои неприглядные поступки, а те, которые нельзя оправдать, просто не упоминаются. Но так или иначе, а личность автора всё равно проступает в его воспоминаниях и внимательный читатель может найти там то, что мемуарист хотел скрыть.
Начнём с цитаты, где Хрущёв описывает, как он начал своё руководство Украиной. «Решил съездить в Горловку. Мне сказали, что в Горловке неблагополучно с секретарем райкома партии. Сказал я тогда начальнику местного НКВД: поеду туда и сам посмотрю, побеседую с человеком. Приехал. Секретарь райкома мне незнаком. "Материалы" на него есть. Мне их показали, и начальник НКВД не сомневался, что и тут недобитый враг, остаток разгромленной заговорщической организации. Его арестовали,  когда  я  приехал  в  Горловку. "Оперативность" уже была очень большой. Через несколько часов появился протокол первого допроса, и тот человек уже сознался: показывает то-то и то-то; тот, кто его завербовал, вот он; и кто был с ним вместе, и пр. Тогда функционировали три секретаря райкома: первый, второй и третий. Первый показывает, что второй и третий тоже завербованы вместе с ним. "Ну, как же это так?" - спрашиваю начальника НКВД. "Да вот, знаете, так-то и так-то"; этаким христосиком прикидывается, но ставит вопрос об аресте и второго секретаря. Арестовали и его …  Они оба  показали на третьего секретаря Гаевого. Посмотрел я его биографию: местный рабочий, все его тут знают. Говорю: "Давайте соберем райком". Созвали заседание райкома партии. В состав райкома входили люди довольно почтенного возраста. Я сказал: "Товарищи, первый и второй секретари (начальник НКВД может доложить более подробно) оказались связанными с врагами народа"…  И тогда эти члены райкома, старики, стали выступать так: "Товарищ Хрущев, тех (первого и второго секретарей райкома) мы не знаем, они люди приезжие, были  присланы к нам, но Гаевой вырос в нашем поселке. Мы его знали еще тогда, когда он без штанов бегал; и родителей его знаем. Это наш человек, и мы за него ручаемся".  Говорю: "Хорошо. Раз вы ручаетесь, то начальник НКВД, находящийся здесь, еще раз проверит, и Гаевого никто не тронет, но под ваше поручительство". Гаевой остался на свободе».
Несмотря на то, что Хрущёв, как и все подобные мемуаристы перекладывает вину на органы, в данном случае НКВД, из его же воспоминаний видно, что последнее слово было за ним. «Гаевого никто не тронет». Сам же сказал. И действительно – не тронули. А.И.Гаевой вскоре стал крупным партийным работником, руководил рядом областей Украины, а позже стал секретарём ЦК КПУ. В этом эпизоде Хрущёв, решив похвастаться тем, что сохранил жизнь Гаевому, так увлёкся своим хвастовством, что проболтался о том, что двоих других руководителей Горловки – первого и второго секретаря, он фактически уничтожил. Не даром сказано о первом секретаре – «его арестовали, когда я приехал в Горловку». Если заменить слова «когда я приехал», на слова «из-за того, что я приехал» - откроется истинная картина. Более того, Хрущёв проболтался, что партийное начальство руководило и НКВД – на это показывает его хитрая фраза «начальник НКВД, находящийся здесь, еще раз проверит, и Гаевого никто не тронет». То есть он как бы и проверит, но решение, что Гаевого никто не тронет уже принято, независимо от результатов проверки.
По сути, здесь рассказано об избиении кадров на местах, которое производили такие вот желающие выслужиться, не в меру ретивые, хрущёвы. Они тогда буквально «зачищали» территории для того, чтобы расставить там своих собственных выдвиженцев. Что касается Сталина, то, несомненно, первый руководитель всегда отвечает за то, что делается в стране. Но, задумаемся, нужно ли было Сталину уничтожение честных и знающих работников? Конечно, нет.

Заглянем ещё раз в мемуары Хрущёва. На этот раз речь идёт о событиях 1937 года, когда он был руководителем города Москвы и Московской области. Вот выдержка из воспоминаний Никиты Сергеевича. «Сталин тогда выдвинул идею, что секретари обкомов партии должны ходить в тюрьмы и проверять правильность действий чекистских органов. Поэтому я тоже ходил... Тут я встретил Трейваса. Трейвас… говорит мне: "Товарищ Хрущев, разве я такой сякой?". Я тут же обратился к Реденсу, а он отвечает: "Товарищ Хрущев, они все так. Они все отрицают. Они просто врут". Тогда я понял, что наше положение секретарей обкомов очень тяжелое: фактические материалы следствия находятся в руках чекистов, которые и формируют мнение: они допрашивают, пишут протоколы дознания, а мы являемся, собственно говоря, как бы "жертвами" этих чекистских органов и сами начинаем смотреть их глазами...».
Не удержусь, чтобы не процитировать свой комментарий, оставленный несколько лет назад на полях книги воспоминаний Хрущёва, которой я пользуюсь, работая над этой статьёй. «Просто ты, бездушный карьерист, покрывал репрессии и не выполнил поручение Сталина!». Это сказано в адрес автора. Может сказано слишком эмоционально, но надо знать подоплёку – Хрущёв описывает, как он встретил в тюрьме своего бывшего сослуживца Б.Е.Трейваса, которого он хвалит несколькими строчками выше, в невиновности которого он уверен и тут же упоминает, что и пальцем не пошевелил, чтобы спасти своего бывшего товарища, несмотря на прямое указание Сталина сделать это! Каким же недостойным человеком надо быть, чтобы так поступить и ещё бахвалиться этим в мемуарах!
На той же странице Хрущёв рассказывает, как не помог «очень активной и умной женщине», своей бывшей сослуживице Бетти Глан, которую называет одной из создательниц Центрального парка культуры и отдыха в Москве, не помог несмотря на её мольбы о помощи, несмотря на все заявления о её невиновности, несмотря на прямое указание Сталина! Эпизод с Б.Н.Глан я снял, заменив троеточием, чтобы не удлинять статью. Желающих узнать об этом случае подробнее, отсылаю к первой книге Н.С.Хрущёва «Воспоминания».
Тут же Никита Сергеевич жалеет человека, который устраивал ему тюремные экскурсии, начальника московского управления НКВД С.Ф.Реденса. Реденс был арестован и расстрелян, когда власти разобрались, в том, что именно такие вот реденсы и ежёвы виноваты в гибели невиновных людей. А ведь сам Хрущёв виноват не меньше, а гораздо больше Реденса, ибо пост имел гораздо выше, имел куда больше возможностей. Кстати, Бетти Глан всё же была освобождена. Так что среди советских руководителей того времени, к счастью, было немало и порядочных людей, а не только бездушные карьеристы типа Хрущёва. Добавим, что вместе с С.Ф.Реденсом и прокурором московской области К.И.Масловым, Н.С.Хрущёв входил в состав так называемой тройки НКВД и выносил расстрельные приговоры.

Когда надо было сохранить кадры, нужные на том или ином посту у руководителей того времени были все возможности для этого, причём безо всякого вмешательства со стороны Сталина. Вот как Хрущёв описывает, события разыгравшиеся вокруг второго секретаря Киевского обкома партии Т.К.Черепина на которого со стороны НКВД поступили показания, что тот заговорщик. «Позвонил я Маленкову: "Товарищ Маленков, дают показания на Черепина, а я не верю, этого не может быть". "Ну, что же, не веришь, так пусть и работает". Тогда это была большая поддержка со стороны ЦК в лице Маленкова: он "сидел на кадрах". Прошло день-два, и он звонит мне: "Знаешь, а  все-таки, может быть, лучше всего передвинуть этого Черепина  куда-нибудь? Кто его знает? Все может быть... Возможно, он действительно был завербован?". Ну что же делать? Пришлось его передвинуть. Я выдвинул его заместителем наркома сельского хозяйства по животноводству, и он работал хорошо, честно, преданно. Прошло еще какое-то время. Понадобился нам секретарь нового обкома партии. Я предложил сделать на Украине больше областей, но чтобы по объему они стали меньше - для лучшего охвата дел при руководстве. Выделили Сумскую область. Я позвонил Маленкову: "Все-таки сомневаюсь, что мы правильно поступили с Черепиным, он честный человек. Предлагаю Черепина выдвинуть секретарем обкома партии Сумской области". Маленков согласился...». Зная, что именно Хрущёв позже организовал свержение Маленкова, обвинял его в репрессиях, можно не сомневаться в том, что Никита Сергеевич не будет обелять, своего предшественника на посту руководителя СССР, Г.М.Маленкова в своих воспоминаниях. Но в вышеприведённой цитате примечателен тот факт, что советские руководители тех времён порой сами не знали враг ли перед ними или нет. Отсюда и колебания Маленкова.

Мало того, это же верно и в отношении Сталина. В мемуарах Хрущёв прямо говорит, что он собирается вспоминать о негативном в жизни страны, ибо о позитивном в СССР и без него много пишут. Поэтому Никита Сергеевич всячески очерняет И.В.Сталина, но когда приводит конкретные факты, а не голословные обвинения, то становится ясным, что всё было далеко не так, как утверждают обличители Иосифа Виссарионовича. Предоставим слово Хрущёву. «…попросился ко мне на прием неизвестный человек...  Он представился,  рассказал, что был арестован, сидел в тюрьме, только вышел из нее, пришел прямо ко мне и хочет сообщить, что его били и истязали, вымогая показания, что Коротченко - агент румынского королевского двора... Об этом посещении я сообщил запиской Сталину, он возмутился. А когда меня вызвали в Москву по какому-то вопросу, то и об этом тоже состоялся обмен мнениями. Сразу же был послан следователь по особо важным делам... разобраться в сути события. Оказалось, что замешаны в этом деле были три или пять человек. Они-то и состряпали такое обвинение против Коротченко. Кончилось тем, что их арестовали и расстреляли». Сейчас, когда смотришь телепередачи о том, сколько в милиции работает «оборотней в погонах», о том, как они истязают и обирают ни в чём ни повинных людей, чтобы вскоре после увольнения стать владельцами фирм и больших денежных вкладов, понимаешь, сколь прав был Сталин, когда подобных негодяев расстреливал. Так им и надо. Но воспоминания Хрущёва говорят и о другом, о том, что Сталин сам не знал, о несправедливых репрессиях, а когда узнавал, то немедленно принимал меры по наказанию виновных, причём не рубил с плеча, а сначала поручал во всём разобраться и уж потом принимал решение. Кстати, вышеприведённый эпизод говорит и о том, что задержанных нередко отпускали, уверяясь в их невиновности, я имею ввиду человека, который пришёл на приём к Хрущёву, тогдашнему руководителю Украины.
В другом месте Хрущёв рассказывает, как Сталин дал ему для ознакомления некий документ обвиняющий руководителей Москвы в заговоре и Никита Сергеевич, мол сумел доказать, что обвинение не заслуживает внимания. Этот случай показывает, что Сталин постоянно получал массу таких доносов, которые писали тогдашние «вожди» друг на друга. Понятно, что Сталин, как и любой другой человек мог быть введён в заблуждение подобными «документами», но с другой стороны он пытался хотя бы их проверять и по возможности сохранять кадры от необоснованных репрессий. Получалось не всегда. И не в последнюю очередь благодаря таким деятелям, как Хрущёв.

А вот эпизод связанный с заговором военных. Сейчас появляется немало данных о том, что заговор действительно был. И не только военных. Л.Д.Троцкий, в своих книгах, прямо писал о том, как руководил из-за границы своими сторонниками, работающими на свержение тогдашнего руководства страны. А левая и правая оппозиция, проиграв в 1920-х годах открытую борьбу, перешла к более опасной, подпольной борьбе, сплотившись в 1932 году в единый центр. Оппозиция перешла к тактике индивидуального террора и готовила государственный переворот. Власти ответили на это тем, что сейчас принято называть репрессиями 1937 года. Во многом ответ был адекватным, были выявлены настоящие заговорщики. К сожалению, благодаря действиям не в меру ретивых карьеристов типа Н.С.Хрущёва и Н.И.Ежова, наряду с виновными пострадали и невинные люди. Предоставим слово Хрущёву. «Насколько у меня отложилось в памяти, якобы когда казнили Тухачевского и других славных командиров Красной Армии, то допрашивали и Апанасенко. На него тоже пало какое-то подозрение. Тимошенко говорил, что с Апанасенко беседовал Сталин и что Апанасенко сознался, будто состоял в какой-то заговорщической  группе. Сталин взял с него честное слово, простил, послал в Среднюю Азию. Там он занимал крупный командный пост. Потом стал командующим войсками на Дальнем Востоке». Из этих слов следует, что заговор не только был, но Сталин находил возможным прощать под честное слово отдельных его участников, сознавшихся в этом заговоре, и даже выдвигать их на руководящие посты. Учтите, что пишет это Хрущёв, явный недоброжелатель Сталина.
А вот ещё подобный эпизод. Речь в нём идёт об А.П.Завенягине, крупном хозяйственном руководителе. «Он трудился на многих постах. Потом Орджоникидзе выдвинул его своим заместителем по черной металлургии. И вдруг Завенягин исчез. Я обеспокоился, где же Авраамий? Ни слуху ни духу. Но через какое-то время опять всплывает Завенягин. Позднее он стал заместителем Председателя Совета Министров СССР... Где же пропадал в свое время Завенягин? Оказывается, отбывал ссылку. Мне потом рассказывали, что Сталин его вызвал и выразил ему свое недоверие: "Вот, Завенягин, на тебя есть  показания".  И куда-то сослал его за тридевять земель. Там он трудился и отличился. Честный был человек, с умением мог использовать свои знания и энергию. Потом, правда, Сталин вернул его, и он опять стал работать в Москве». Тут надо бы уточнить куда же сослал Сталин, подозреваемого в заговоре Завенягина. Оказывается в Норильск, где Завенягин являлся… начальником строительства и директором горно-металлургического комбината.

Вот ещё одно свидетельство Хрущёва о том, что Сталин сам верил в виновность подозреваемых, то есть, что репрессии не были актом какой-то необъяснимой злобы, как об этом писали в перестройку. Речь идёт о брате первой жены Иосифа Виссарионовича Алексее Сванидзе.  «Следствие кончилось тем, что его осудили на расстрел. Сталин все-таки колебался. Ему было трудно признать, что Алеша Сванидзе дружил с ним столько лет - и вдруг враг Сталина, враг партии, враг народа? Сталин потом часто возвращался к этой теме: как же так, Алеша - и вдруг шпион? (Его представили, кажется, английским шпионом). Как заблагорассудится Берии, такая и создавалась версия. У Сталина появились обоснованные сомнения. Он спрашивал Берию: "В представленных мне материалах пишут, да и Алеша сам признался, что был шпионом и должен был меня отравить. Так он же мог сделать это совершенно спокойно. Много раз ему это было доступно, он у меня не раз ночевал. Так почему же он не сделал этого? Может быть, он все же не шпион?". Берия  давал  такое  объяснение:  "Товарищ Сталин, шпионы бывают разные, с  разными заданиями. Бывают такие шпионы, которые много лет не проявляют себя,  втираются в доверие и живут около людей, которых нужно будет уничтожить в определенное время. Алеша Сванидзе - как раз такой агент, который должен не проявлять себя, а, наоборот, держаться тихо. Когда он получит сигнал, тогда и осуществит задуманное". Конечно, в принципе такие агенты имеются, потому что тактика разведки многообразна. Разведка пользуется всеми доступными методами, чтобы навредить своему противнику. Но к Сванидзе этот шаблон явно не подходил; Сталин в конце концов согласился на казнь Алеши. И все-таки у него, видимо, оставались какие-то сомнения. Он говорил Берии: "Вы скажите от моего имени, что если он покается и все расскажет, то ему будет сохранена жизнь"...».
Между прочим, такие шпионы действительно бывают, что признаёт и сам Хрущёв. А что касается Грузии (Сванидзе – грузин), то во время гражданской войны там было меньшевистское антисоветское правительство. Поэтому очень много врагов советской власти из числа грузин оказалось в эмиграции. Через них вражеские разведки формировали агентуру внутри страны, подбираясь к высокопоставленным знакомым и родственникам эмигрантов. Я не говорю о том, что Сванидзе был именно таким агентом, хотя вполне мог. Так или иначе, Сталин поверил обвинительным документам. Кстати, сам Хрущёв тоже обвинил грузина Берию в том, что тот английский шпион… Что же касается Берии, то даже его недоброжелатели отмечают, что Лаврентий Павлович, был грамотным чекистом, в отличие, скажем от своего предшественника Ежова. Берия начинал с самых низов, работая в органах разведки и контрразведки, он досконально знал работу шпионов.
Надо добавить, что судя по некоторым данным СССР во времена Берии имел затаившегося агента в окружении Адольфа Гитлера. По крайней мере, в мемуарах разведчиков есть данные о том, что к концу войны у Сталина имелась возможность устранить Гитлера, но он отказался от этого в самый последний момент, опасаясь, что преемник Гитлера сможет заключить мир с Англией и США. В результате чего, СССР останется один на один с Германией и её союзниками. Возможно, подобные советские агенты были и в других странах. То есть, если Сталин сам имел подобных затаившихся агентов, которых можно назвать агентами одного, но важнейшего задания, то почему бы Иосифу Виссарионовичу не поверить, что такие агенты были и в его окружении? Может, кстати, и вправду были.
Меня всегда смущал тот факт, что смерть Сталина наступила сразу же после начала так называемого «дела врачей». 13 января 1953 о «деле врачей» сообщила «Правда», а уже 5 марта 1953 года Сталин умер. И уже 3 апреля, того же года Президиум ЦК КПСС с подачи Берии принял решение об освобождении и полной реабилитации арестованных врачей. При этом многие другие дела в то время не только не были пересмотрены, о них даже не упоминалось. Конечно, в жизни бывают разные случайные совпадения. Может смерть Сталина и вправду случайно совпала с началом «дела врачей», но опыт показывает, что такие совпадения бывают крайне редко. Например. Так же, как смерь Сталина, смерть Петра Первого произошла сразу же после того, как он начал расследовать злоупотребления своего ближайшего окружения. И сейчас появляются более менее обоснованные гипотезы о том, что именно «ближайшее окружение» и ускорило смерть царя. Возможно, в будущем найдётся причинно-следственная цепочка между смертью Сталина и «делом врачей». Уж кто-кто – а врачи имеют огромное влияние на жизнь и смерть человека. Особенно когда речь идёт об их собственной жизни и смерти.

Между прочим, если верить воспоминаниям Хрущёва, Сталин знал, что и на него самого чекисты собирают компромат. Если уж органы готовили компромат на Сталина, то что говорить об остальных. Когда стало ясно, что арестам подвергаются не только враги, но и невиновные, власти приняли меры по устранению этого безобразия. Жаль, что поздно, но всё же приняли. Слово Хрущёву. «Сталин пригласил меня на ужин в Кремль, на свою квартиру... По-моему, там был Молотов и еще кто-то. Как только мы вошли и сели за стол, Сталин сказал, что решено арестовать Ежова, этого опасного человека, и это должны сделать как раз сейчас. Он явно нервничал, что случалось со Сталиным редко... Прошло какое-то время, позвонил телефон, Сталин подошел к телефону, поговорил и сказал, что звонил Берия: все в порядке, Ежова арестовали, сейчас начнут допрос... Считалось, что у нас есть внутренние враги, а начало их разоблачению было положено при аресте видных военных в 1937 году. Они сознались. Говорили, что командующий войсками Московского военного округа, когда его вывели на расстрел и спросили, кому же  он  служил, - заявил, что служил немецкой армии и германскому государству, демонстративно сделал такое заявление перед смертью».
Вот ещё цитата, о реакции властей на необоснованные репрессии. «Потом появился документ, по-моему, письмо ЦК ВКП(б) парторганизациям СССР. В том письме описывалась борьба с врагами народа, излагались факты извращения этой борьбы; говорилось, что враги народа залезли в чекистские органы и много уничтожили преданных кадров... И вот состоялся Пленум ЦК партии. На нем обсуждались провокационные методы работы НКВД и была принята соответствующая резолюция: прекратить!».

А вот как сам Хрущёв совершал недостойные поступки выполняя поручения того же Ежова. Он вспоминает, как Ежов поручил ему сделать так, чтобы на партийной конференции не проголосовали за кандидатуру одного уважаемого комиссара военной академии. Цитата. «У меня были с Ежовым хорошие отношения. Я позвонил ему. Он говорит: "Сделай все, чтобы не отводить этого комиссара прямо, а "проводить" его, потому что мы его арестуем… Отвечаю: "Что же я могу сделать? Утверждены списки для голосования,  осталось только раздать бюллетени и проголосовать. Это уже от меня не зависит". Ежов: "Надо сделать так, чтобы его не выбрали". "Ну, хорошо, - отвечаю, - подумаю  и сделаю". Только закончился этот разговор, звонит Маленков. Он был тогда заместителем Ежова... говорит: "Надо все сделать так, чтобы провалить  Ярославского, только аккуратно". Отвечаю: "Как же это можно? Ярославский - старый большевик, уважаемый всей партией человек"... "Мы уже обсудили кандидатуру  Ярославского, и против не было подано ни одного голоса". - "Тем не менее сделай". Тогда я собрал секретарей партийных комитетов и рассказал им, что имеются указания относительно комиссара и Ярославского и надо все сделать, но осторожно, чтобы их вычеркнули бы при голосовании». Эта цитата, показывает, не только каким недостойным человеком был Хрущёв, но и путь которым он шёл к власти, выслуживаясь перед начальством, предавая всех и вся, шагая, буквально через трупы.
В другом эпизоде Никита Сергеевич рассказывает, как получил по телефону приказ арестовать наркома внутренних дел Украины Успенского, а ему послышалось, что речь идёт об Усенко, руководителе украинского комсомола и он с готовностью сказал, что будет арестовывать. А когда понял, что ослышался, сразу же изъявил готовность арестовать не первого секретаря ЦК ЛКСМУ, а наркома, показав этим, что ему всё равно кого и за что арестовывать. И это то, что проскальзывает даже в мемуарах! Когда мемуарист хочет показать себя гораздо лучше, чем он есть. Представляете каким был Никита Хрущёв в реальной жизни, если даже приукрашенные мемуары не могут скрыть его бездушную и коварную натуру! И если говорить о вине Сталина, перед народом, то она главным образом в том, что не всех таких хрущёвых он удалил от власти.

Но, с другой стороны, такие люди умеют искусно притворяться. Хрущёв пишет: «Сталин, как мне казалось, хорошо ко мне относился и доверял мне. Хотя он часто критиковал меня, но зато и поддерживал, и я это ценил». Ценил то, может и ценил, но после смерти Сталина, когда стало выгодным свалить на него свою вину за репрессии, Никита Сергеевич сразу же предал Иосифа Виссарионовича. А ведь почти всеми своими достижениями в карьере он обязан именно Сталину. Правда не только Сталину. Л.М.Каганович долгое время был покровителем Хрущёва. Но когда стало выгодно, Никита Сергеевич предал и его. Также он пишет о своей дружбе с Маленковым, приемником Сталина – и этого человека предал Никита Сергеевич.
А как нечестно поступил Хрущёв с маршалом Г.К.Жуковым, который буквально спас его от смещения. Читая протокол октябрьского 1957 года пленума ЦК КПСС о деле Жукова, понимаешь, что у того были недостатки в работе. Может быть за них и стоило перевести заслуженного маршала на другую должность, как это сделал в своё время Сталин, может стоило даже и отправить в отставку. Поражает не сам факт снятия Жукова, а то как подло, исподтишка сделал это Хрущёв. Как он отправил ничего не подозревающего маршала, своего близкого товарища, в командировку в Югославию, а сам готовил его свержение.
Судя по мемуарам, лучшим другом Хрущёва был Берия и отдыхали они вместе, и на пленумах сидели рядом и в гости друг к другу ездили. И что же Хрущёв сделал со своим лучшим другом? Конечно же предал. Сценка ареста Л.П.Берии очень психологично описана самим Хрущёвым. «Я, как условились заранее, попросил слова у председательствующего Маленкова и предложил обсудить вопрос о Берии. Берия сидел справа от меня. Он встрепенулся, взял меня за руку, посмотрел на меня и говорит: «Что это ты, Никита?»…». Особенно красноречивы слова «взял меня за руку, посмотрел на меня». Не ожидал видать, Лаврентий Павлович такого от Хрущёва и понял, видать в последние секунды пребывания у власти, что близкий друг Никита, обрекает его на смерть. В чём, в чём, а в подлости Никита Сергеевич превзошёл самого Берию и не только его.
Я не собираюсь оправдывать Берию, если виноват – должен понести наказание. Но сейчас очевидно, что не было никакого заговора Берии, не собирался он арестовывать руководство страны, нет для этого никаких доказательств. Наоборот, был заговор Хрущёва против Берии, которого арестовали именно за подготовку заговора, которого не было, то есть арестовали незаконно. Другие обвинения добавились потом. Среди них есть и абсурдные, есть и вполне правдоподобные… В задачу этой работы не всходит разбор дела Берии, так, что согласимся с тем, что наказан он был справедливо. Но вот вину с ним, за те же необоснованные репрессии, должен был разделить и Хрущёв. Для этого имеется достаточно доказательств, часть из них, как видим, просочились даже в мемуары нашего героя. Поэтому, исходя из вышесказанного, надо считать, что одной из причин, устранения Берии было то, что он имел достаточно доказательств участия Хрущёва в необоснованных репрессиях.
Более того Берия первый начал политику реабилитации репрессированных. Как министр внутренних дел он имел все возможности для того, чтобы вышли на волю люди, репрессированные Хрущёвым, чтобы заговорили родственники обречённых Хрущёвым на смерть. Вот этого то и опасался Никита. Справедливости ради, надо сказать, что Берия сам виноват в своём свержении – после смерти Сталина стал проявлять неистовую активность в реформировании. Причём именно в том направлении, которым позже пошёл М.С.Горбачёв: департизация, усиление национальных кадров в республиках, что неизбежно бы закончилось сепаратизмом, сдача ГДР в пользу ФРГ, все эти идеи Берии были реализованы Горбачёвым. А не проявлял бы Лаврентий Павлович такой активности, взял бы себе после смерти Сталина не пост министра внутренних дел, а скажем министра среднего машиностроения или атомной промышленности, никто не стал бы устраивать против него заговоры…

Надо сказать, что косвенным свидетельством уничтожения документов подтверждающих участие Хрущёва в репрессиях является то, что главное обвинение своих политических противников – В.М.Молотова, Г.М.Маленкова и Л.М.Кагановича в репрессиях он придержал аж до двадцать второго съезда КПСС, после которого они были исключены из партии. То есть до 1961 года, через 4 года после их свержения с властного Олимпа, когда они уже никакой опасности для Хрущёва не представляли. Тогда же прошёл второй этап десталинизации, начатый двадцатым съездом партии.
Хотя в мемуарах Хрущёв осторожно намекает, что в делах о репрессиях среди других могут найти и его подпись, мол на заседаниях Политбюро он вкруговую, вместе с другими членами, подписывал бумаги. Видать столько «наподписывал», что, даже пребывая у власти, не смог всего уничтожить.

Чтобы дополнить политический портрет Хрущёва, надо сказать, что он был довольно тонким психологом. Это видно из его мемуаров. Когда он описывает, как по очереди разговаривал с членами Президиума ЦК, добиваясь их согласия на арест Берии, он осёкся на К.Е.Ворошилове. Тот хотя и был против Берии, но думал, что Хрущёв, как друг Лаврентия Павловича, за него. И стал хвалить Берию при Хрущёве. Хрущёв сказал, что тот преувеличивает качества Берии, а дальше в мемуарах Никиты Сергеевича идёт такой пассаж. «Но я уже не мог говорить с ним о Берии так, как было задумано. Моя-то оценка была совершенно противоположной, и я бы своим мнением поставил Ворошилова в неловкое положение. Он мог не согласиться со мной просто из самолюбия…». Эта цитата, показывает, что Хрущёв очень тонко понимал людей, умел играть на их чувствах, неудивительно, что он сумел втереться в доверие к Кагановичу, Сталину, Берии и ко многим другим людям, которых потом предал.

Здесь же придётся опровергнуть расхожую мысль о необразованности Хрущёва. Он не был необразованным, но сознательно разыгрывал из себя недалёкого простачка, этакого рубаху-парня, простого работягу, искреннего, а потому ни для кого ни опасного. За маской простачка скрывался расчётливый и коварный человек. Именно эта маска, наряду, конечно с другими качествами, позволила Хрущёву сделать головокружительную карьеру и стать во главе огромной страны. Тем более в СССР тогда был культ рабочего человека, Никита Сергеевич и пытался казаться рабочим. Уверен – живи такой человек в стране с культом аристократии, он быстро бы усвоил её манеры и вёл бы себя, как самый утончённый лорд.
Несмотря на критическое отношение к Хрущёву, должен сказать, исходя из его мемуаров, что он относительно неглупый человек, неплохо разбирающийся во многих вопросах. Что касается формального образования, то Хрущёв имел практически неполное высшее. Для того времени это было очень много.
Да. Трудовую деятельность Никита Сергеевич начинал пастухом и слесарем. Но затем окончил рабфак. Современный читатель за этим позабытым термином представит, скорее всего, какую-нибудь забитую церковно-приходскую школу. На самом деле рабочие факультеты являлись общеобразовательными заведениями при ВУЗах. Их задачей была подготовка молодежи, не имеющей среднего образования для поступления в ВУЗы. И в ВУЗ Хрущёв поступил, причём в один из самых лучших технических ВУЗ того времени. В Промышленную академию, которая готовила руководителей производства. Через два года обучения, Никита Сергеевич был выдвинут на пост руководителя одного из районов Москвы и академию не окончил, но образование у него всё же было лучше, чем у многих других руководителей тех лет.

Другое дело, что его образование имело сильно выраженный технический уклон, отсюда пробелы в гуманитарной сфере. Но беда Хрущёва и всей страны, оказавшейся под его властью, не в образовании. А в его вздорном характере, в его наглой порывистой самоуверенности, в его самодурстве, в его жестокости и бесчувственности по отношению к людям и животным.
Додумался до того, что собачку Лайку велел забросить в космос, когда ещё не была доработана система возврата оттуда, хотя для того, чтобы её сделать не хватало всего нескольких месяцев. Саму идею послать в космос живое существо предложил С.П.Королёв, а Хрущёв установил такие сжатые сроки для реализации проекта, что о возврате обратно не могло быть и речи. В результате собака погибла мучительной смертью, она умерла через 5 часов после выхода на орбиту. Неужели нельзя было поместить в кабину хотя бы радиоуправляемый заряд, чтоб смерть наступило мгновенно и без мучений? Таким образом, триумф советской космонавтики – первый полёт в космос живого существа сплетается в сознании многих  людей, с образом невинно убиенной собаки. Особенно в наш век, когда резко усилились позиции защитников животных. Понятно, что учёные порой вынуждены обрекать собак на гибель ради пользы науки. Но в случае с Лайкой важен был не только сам факт её выхода в космос, но и резонанс в мире. Полети она чуть позже, мы всё равно были бы первой страной, которая вывела в космос живое существо, но отношение к полёту было бы другим. И фотографии возвратившейся Лайки, создали бы Советскому Союзу куда более позитивный имидж, чем сообщение о её гибели, что подтвердило триумфальное возвращение из космоса приемников Лайки – Белки и Стрелки.
Хотя не только в случае с Лайкой Хрущёв ухудшал имидж страны. Его вульгарное поведение, не раз заставляло краснеть дипломатов за своего руководителя. А один раз он своим безрассудством чуть не поставил планету на грань катастрофы. Внутри страны он вёл себя не лучше чем на международной арене: разгонял институты, делил обкомы, выращивал кукурузу там, где она не даёт урожая. Недаром зарвавшегося руководителя вскоре сняли. И хотя во времена перестройки снятие Хрущёва подавалось, как заговор сталинистов, на самом деле снят он был вполне законно, получил огромную пенсию, дачу, автомобиль с шофёром. Его даже из ЦК не выгнали, он оставался членом ЦК КПСС ещё полтора года после отставки в 1964 году, аж до 1966 года, до очередного съезда партии. А вот со своими политическими противниками – с Молотовым, Маленковым и Кагановичем, он поступил куда хуже – не только из ЦК, из партии их выгнал.

Закончим эту статью, тем, чем начали – темой мемуаров. Согласен, что власти в чём-то ущемили Никиту Сергеевича, не напечатав его воспоминания, но сам он разве не так делал? В своих мемуарах он пишет, что не дал хода воспоминаниям адмирала Н.Г.Кузнецова, а о Г.К.Жукове вообще практически не упоминали до конца правления Хрущёва, а если и упоминали, то лишь в негативных тонах.

О Никите Хрущёве с подачи либеральной интеллигенции принято говорить, как о противоречивом человеке, в котором странным образом переплелось добро и зло – белое и чёрное. Даже памятник на его могиле сделали чёрно-белым. Но если присмотреться внимательнее, то такую точку зрения вряд ли можно назвать справедливой. Даже реабилитацию осуждённых при Сталине, которую называют главной политической заслугой Хрущёва, провели бы и без него. Тот же Берия проявил в этом деле не меньшее рвение, чем Хрущёв. Таковы были тогда настроения в высшем эшелоне власти. Высшие руководители не хотели, чтобы их сажали в тюрьмы. Ведь в 1937 репрессии затронули прежде всего руководящий слой общества. Да и позже Сталин не особенно церемонился с большими начальниками. Для него не существовало рангов. И генерала за ту или иную провинность наказывали так же строго, как и солдата. Понятно, что руководство, сознательно ли, подсознательно, хотело обеспечить себе безопасность. Поэтому после смерти Сталина в высших эшелонах власти сразу же появилась идея реабилитации политических заключённых, тем более, что при Сталине сидели и родственники высших руководителей государства, включая и самого Сталина.
Начальство, избавившись от опеки вождя, сразу же занялось освобождением своих родственников и знакомых. Так, что никакой особой заслуги Н.С.Хрущёва в реабилитации политзаключённых нет. То же можно сказать и о других, так называемых, заслугах Никиты Сергеевича. Зато негативы его правления носили чисто субъективный характер, определялись личностными качествами Хрущёва, а не объективной обстановкой. И слово «волюнтаризм» по отношению к его правлению довольно верно отмечает недостатки этого руководителя, хотя над самим термином принято сейчас посмеиваться. Но волюнтаризм – это ещё мягко сказано по отношению к человеку сделавшему свою карьеру благодаря умению предавать.

Хотели бы вы иметь такого друга, как Хрущёв, который будет вам улыбаться в лицо, а в удобный момент нанесёт удар в спину? Я бы не хотел иметь такого друга.

Сергей Аксёненко, автор книги «Зачем нужен Сталин»
 
 
 
 

Страница сгенерирована за   0,076  секунд