Псевдоним:

Пароль:

 
на главную страницу
 
 
 
 
 




No news is good news :)
 
 
Словари русского языка

www.gramota.ru
 
 
Наши друзья
 
грамота.ру
POSIX.ru -
За свободный POSIX'ивизм
 
Сайт КАТОГИ :)
 
литературный блог
 
 
 
 
 
 
сервис по мониторингу, проверке, анализу работоспособности и доступности сайта
 
 
 
 
 
Телепортация
к началу страницы
 
 

Татьяна Ст

 
 
 
Снег
 
 
 
    Зима - время сонное. Спит природа, все деревья и кусты застыли, и до весны остановились в них соки, слабо-слабо ещё тлеет какая-то жизнь, больше как напоминание - а в общем, жизни толком нет: мороз такого наворотил, что ещё неизвестно, кто тут жив, кто мёртв - только весной объявится. Трава в сугробовых глубях тоже спит, Мороз Иваныч её там сохраняет с целости-невредимости, лишь в апреле разбросает перины.  И медведя из берлоги поторопит. А пока спит медведь. И ёжик спит. Человека тоже в сон клонит. Всю зиму. Темнота действует: вольно-невольно как ночь воспринимается, а ночью что делать? Спать. А главное - холод, от которого нахохливаешься по-птичьи, закутываешься во что ни попадя, как в перья, припадаешь к печке, боишься оторваться - ну, и тянет в сон. А на улицу высунешься - и там всё сонное. Подушки, тюфяки, перины в белейших простынях, до того мягкие и свежие! Только-только постелены. Спи-отдыхай. Мир вокруг - огромная тихая спальня. Ни ветра, ни шевеления какого, а уж звуки-то - совсем потонули в снежном пуху. Снег сыплет и сыплет. Что ни день - сугробы всё выше, шапки на ветвях всё громадней. Уж не видно за ними прочего мира, словно и нет его. Удивительно снежная и тихая зима! Не помню, была ль когда ещё такая.
    От дома разгребаю дорожку. Шириной, что б пройти. Вот, собственно, вся моя территория. Шаг влево, шаг вправо - безмолвные мерцающие радужными искрами стены. Несколько шагов до калитки. От калитки ещё прокладываю до пересечения с большаком, порой наталкиваясь там на могучие льдистые гребни поперёк моей тропки: иногда ходит снегоочиститель. Но как-то неслышно ходит, я никогда его не замечаю. Или так всеобщий сон на меня действует, всеобщая тишь? Странная тишь. И представляется - снегоочиститель идёт, как сомнамбула, и тоже спит. И водитель уткнулся носом в рычаги, и ему снится, что ведёт он машину, и рокочет мотор, и снежные пласты разворачиваются в обе стороны, а на самом деле...


     Снег сыпал и сыпал. И это уже переходило мыслимые границы. Дорожку до калитки расчищали по нескольку раз в день, но это не спасало. Утро ждали с тяжёлым чувством. Чтобы открыть дверь, когда-то по доверчивости к природе сделанную распахом наружу, приходилось вынимать зимнюю раму. Кто-то должен был вылезти в окно, вывалившись в наметённый словно для такого дела сугроб, и докопаться до входа. Сугроб, несмотря на ежеутренние повреждения, день за днём становился всё выше и грозил загородить стёкла. Вскоре мы наблюдали мир лишь в верхнюю их половину. И всё-таки не это тревожило. Тревожила дорога от порога. От порога и дальше, туда, за калитку, где большак, а по нему можно выбраться во внешний цивилизованный мир, с магазинами, автобусами-поездами-вокзалами. Вот большак-то и пугал.

     Наша семья жила замкнуто в бревенчатом домике среди сада, ныне представляющего из себя причудливые белые чертоги, обнесённые высоким сплошным забором. Забор, конечно, давно пропал из зрения под волнами снегов, но наш покой по-прежнему охранял, от вторжений посторонних, которые, правда, исчислялись здесь поштучно, и последних новостей, так надоевших, что в отпуске хотелось от них отдохнуть. Даже соседи оказались труднодоступны, каждый в своём заледенелом туннеле от крыльца до калитки. Каждый день снега всё более разъединяли редкие домики. Только интернет - да, это было. Связь хлипкая, без кабеля, часто обрывается, но порой сообщает: "Медведев объявил «пятилетку эффективного развития»". Разве проживёшь в затерявшемся среди полей и лесов домике без таких новостей?!

    Но наступил день, когда будешь рад и таким. Новостей не было. Никаких.
    - До чего штука капризная - интернет! - пробормотала дочь, - видно, в атмосфере что-то.
    В атмосфере много чего было. Следующим сдал мобильник. К сумеркам выяснилось - не горит свет. Мы ждали из города отца семейства и старшего сына, они ушли рано утром и до сих пор не возвращались.
    - Да они просто добраться не могут! - объявил ввалившийся с морозу младший, - вы видели, что с большаком?!
    - Видели, конечно.
    - Нет, вы не видели! Вы подите, гляньте!
    Мальчик был до того взбудоражен, что мама с сестрой дружно и безропотно сунули ноги в валенки, а сам он как человек уже опытный выволок лыжи.
    По следам его трудовой деятельности читалось, что тропку до калитки он разгрёб, а когда открыл калитку, руки безнадёжно опустились. В снег была воткнута лопата. Наши взоры проследовали от лопаты дальше, в странный пейзаж без каких либо вех. Затуманенный лес казался в два раза ниже привычного и потому какой-то несерьёзный. А остальное пространство, насколько хватало глаз - высокими округлыми валами снег, снег... И ничего в нём. Даже намёка на дорогу. И только в самом начале улицы из последних сил высовывалась беспомощная железяка - кабина снегоочистителя. Недолго думая, сын рванул к ней. Лыжи глубоко вязли, а лыжню тут же засыпало. Впрочем,  он скоро вернулся, пожимая плечами:
    - Там никого нет... я стекло потёр. И кабина не открывается.
    - Да что ж это, куда ж подевался?! - расшумелись мы с дочкой, - бросил технику... А мы даже позвонить не можем!
    Мы оказались не одиноки. Слева из-за наплыва сугроба выкатился хмурый лыжник:
    - А, соседи! - ему явно было не до приветствий, - у вас как? тоже жизнь заглохла?
    - Ещё как! - наперебой принялись жаловаться мы, - ни связи, ни электричества. Темнеет, вон, а фонари даже не собираются... И водитель сбежал...
    Сосед с тоской простёр взгляд до снегоочистителя, но сдержался. Только плюнул в снег.
   - Ладно, - буркнул, отталкиваясь, - съезжу... может, достучусь до кого...
    Сумерки густели медленно, но неотвратимо. Силуэт соседа пропал в них раньше, чем за поворотом улицы.
   - А может, я тоже бы съездил? - подхватился сын, - может, откуда позвонить можно? Я б нашим лыжи отвёз...
    Меньше всего мне хотелось отпускать его в кромешную тьму, а в то же время мучила тревога за где-то застрявших близких.
   - Нет! - встала я в дверях, - нечего ехать в неизвестность. Взрослые люди, сообразят. Найдут выход.
    Хотя какой там старший взрослый! Ну, вырос, а всё дитё дитём.
    Младший выслушал с самым угрюмым видом, глядя в пол. Когда я отошла от дверей, непослушного мальчика вынесло на улицу. Я услышала растерянный голос дочери:
    - Мам! Уехал!
    - Как уехал?!
   Все мои жалкие крики в ночь не возымели действия.
   Вот так вот! При свечах и ломая руки, прямо пушкинская Татьяна, ходи по комнате и то и дело гляди в окно. А в окне ни зги. Какие там огни далёких деревень?! Какие луна и звёзды?! Ничего! Снег, снег...
   Впрочем, слабое свечение всё же было. Снег белый, это не глухая осенняя ночь, когда уж совершенно черным-черно. Дочь, пригорюнившись, сидела у окна, но вдруг встрепенулась:
    - Мам... смотри...
    - Что там?
    - Тише! - зашипела она, - вон там, направо... ты ничего не видишь?
    Я затушила свечу, подошла и глянула ей через плечо. Снег, снег... Шарообразные и волнообразные сугробы, торчащие скелеты деревьев. Полная тишина. Дочь, приподнявшись со стула, напряжённо уставилась на них.
    - Ты чего?
    - Было, мама, было! - сдавленным голосом проговорила она.
    - Что было-то?
    - Смотри! - она хрипло вскрикнула, указав пальцем. Теперь и я уловила. Что-то сдвинулось в этих шарах и волнах. Это не объяснишь метелью, нет, полный штиль, ни ветерка. Но шапки снега шевельнулись. Забрела собака? Задела кошка? Не подходило объяснение. Не так всё, когда собака или кошка. Ком снега качнулся. Один. Другой. И вот они поползли. Медленно, чуть извиваясь, как гигантские гусеницы. Господи, помилуй!
Мы с дочкой, вцепившись друг в друга, вытаращили глаза. За первыми приподнялись дальние, а там и следующие. Они все двигались. И пушистый гребень вдоль забора дрогнул и неторопливо спустился, поочерёдно правой стороной, потом левой, и, наконец, коснулся низлежащих серединой, накрыл их и по их спинам заструился к нашему дому. Ничего не нарушилось в саду, и шапки на кустах не осыпались. Они просто попрыгали наземь, компактные и проворные. И покатились в нашу сторону, как мячики.
     Если бы дочь так испугано не глядела в окно, я решила бы, что сплю, у меня головокружение, обман зрения и общее помешательство. С кем не бывает? Но при виде неё...
     Мы все знакомы с фильмами ужасов, и при странных явлениях в сознании включается лампочка: кино! Как в кино. Возможно, это спасает от обмороков. Во всяком случае, ни она, ни я в обморок не упали. Да и когда падать-то: такие дела творятся! Что за полтергейст? Чего от него ждать?! Ну, ладно, мы в крепком доме, за двойными рамами, а сыновья, а отец?!
     Дочь слабо заскулила и ткнула пальцем в стекло. Из-за забора понемногу воздымались такие снеговые громадины, каких не наваливало даже в эти снегопады. Эти были какие-то другие: конечно, пухлые и обтекаемые, но было в них нечто и звериное, и антропоморфное. Наплывы снега по бокам шевелились, как лапы, а вверху, где могла предполагаться голова, едва заметно проступало подобие морды или даже лица. Они доросли до макушек деревьев и одним махом шагнули через забор. За их спинами из-за забора поднялись другие. Их было много. Я разглядела, наконец! Неисчислимые рати, ряд за рядом, переваливались через забор, заполняя собой сад и приближаясь к дому.
    Дочь вскрикнула. Снежные люди. Так вот что это такое! Но ведь снежные люди живут в Гималаях...  Это что-то вроде обезьян или древних людей, и к сугробам имеют весьма отдалённое отношение. И как они очутились в московской области?
    "А может, нет уже никакой московской области? - мелькнуло в голове. - Может, тот самый конец света?"
     Снежные люди... Что они могут? Они рыхлы и неуклюжи. Они рассыплются от толчка, как снеговики. В конце концов, растают весной!  А будет ли весна?
    В это время дом сотрясся от страшного удара, и стёкла полетели во все стороны. Я вспомнила! лавина! Вот так она, наверно, сходит с гор и обрушивается на дома. Это её первый удар. Следующий ряд снеговиков, размеренный и страшный, грохнулся на крышу с высоты своего ужасного роста. Дом лопнул, как скорлупа ореха. Стены качнулись. Но деревянный дом - не блочный. Потребуется ещё один удар.
    - Шубу - и в погреб! - схватив дочь за руку, я потащила её прятаться.

.................................................................... .

  /продолжение/



 
 
 
 
Отзывы на это произведение:
Михаил Акимов
 
20-01-2015
21:52
 
Всё прочитаю, тогда выскажусь.
Пока:
" Мальчик был до того взбудоражен, что мама с сестрой дружно и безропотно сунули ноги в валенки," - это ещё чо такое? От своего же лица пишешь!
Опять же, почему "мальчик", а не сын? Боишься повторов - по имени называй.
Татьяна Ст
 
22-01-2015
12:58
 
Да нет, Миш, я не то, чтобы повторов... Я, честно говоря, думала, что это оборот такой... ироничный. Ну, ирония такая, со вздохом. Что, совсем не работает?
Да, спасибо за отклик!
Вообще, хотелось бы ещё высказываний: действительно спорно, но я, всё же, надеялась...
 
Михаил Акимов
 
22-01-2015
22:37
 
Ну, в общих-то чертах могу - раз тебе это сейчас нужно.
Мне, конечно, удивительно, что ты, смелый экспериментатор в стихе, постоянно ищущий, в прозе используешь одну и ту же застывшую форму.
Я имею в виду композицию. Она у тебя всегда неизменчива, идёт по классической форме: экспозиция - завязка - развитие действия - кульминация - развязка. То есть, всегда прямая. И (могу ошибаться в этом) всегда выдерживается хронологическая последовательность событий. Ни разу не видел у тебя композиции обратной, разрывной и т.п. Поэтому кажется, что твоя проза - это не отдельные произведения, а один роман, в котором появляются новые герои. Потому что и стиль-то ты тоже не меняешь!
(К слову о стиле. Я тебе не раз уже об этом говорил о неподготовленности какой-то его смены. "Ирония" с мальчиком, мамой и сестрой - из той же оперы. Да и далеко не лучшая ирония, честно говоря. А на мой взгляд - вообще неоправданная).
Вернусь снова к композиции. Разумеется, я не считаю, что менять композицию нужно только для того, чтобы менять.
Конкретно. Вспомни "Что делать?" Чернышевского. Нудный ведь роман и по-непрофессиональному наивный. Однако первыми главами писатель сумел привлечь к нему внимание. Лично я его прочитал только потому, что хотел знать, кто это в первой главе застрелился. Вот тебе пример оправданной разрывной композиции.
21-й век, однако, Таня. А ты всё чистишь себе неторопливо снег, как в каком-нибудь 19-м. Почему бы тебе в первый абзац, сразу же не ляпнуть какую-нибудь тайну, что-нибудь загадочное, необъяснимое?
Ляпнула, озадачила читателя, подогрела его внимание - и иди чисти свой снег.
Шириной, как ты любишь.

P.S. Решил дописать, чтобы понятнее было.
Вот, представь, лежит на учительском столе тетрадка, на обложке написано: "Тетрадь для творческих работ по русскому языку ученицы 10А класса С-вой Татьяны".
Открываем, читаем:
                    Четырнадцатое января.
                        Сочинение.
                 Как я провела зимние каникулы.

   Зима - время сонное. Спит природа, все деревья и кусты застыли...

И дальше по тексту!
Редактировалось 1 раз(а), редакция 22-01-2015 22:55 (Михаил Акимов)
 
Татьяна Ст
 
23-01-2015
18:04
 
Даже так? Угу... Ну, тогда, что же - убрать описательное начало? Или вообще всё напрочь?
Насчёт обратной, разрывной - да, признаюсь, у меня как-то голова в том плане не работает, душа не просит обратной, разрывной. Но может быть, когда-нибудь...
Спасибо, спасибо, Миш, за замечания. Полезные.
 
Михаил Акимов
 
23-01-2015
20:46
 
Так дело-то в том, что ничего можно не убирать. Просто композицию перестроить. Поменять местами эпизоды, поставив в начало какой-либо загадочный или страшный, или волнительный эпизод. Но обязательно так, чтобы он содержал загадку и ни намёка на отгадку.
А потом, как уже говорил, можешь чистить снег: "Зима - время сонное. Спит природа, все деревья и кусты застыли..."
 
Татьяна Ст
 
24-01-2015
13:54
 
Я поняла.
Меня смущает, правда, пропадающее при этом ощущение "сонности": поди, засни после загадочного или страшного, или волнительного эпизода... полагала, что нечто странное, как бывает во сне, а далее страшное (как, опять же, во сне) создают определённый настрой. С другой стороны, если читатель заснёт, ещё не дочитав до странного-страшного - тут ничего хорошего. Эх, пропорция - мерило гармонии, как тебя промерить?!
 
dаlilа
 
27-01-2015
20:05
 
А я жду продолжения: к чему автор приведёт?
Начало очень напомнило "Солнце". Лучше переставить эпизоды, как Миша советует.
'Мальчик' не резанул. Я, к поимеру, могу так обратиться к племянникам, и вовсе не потому что забыла, как зовут.
Татьяна Ст
 
28-01-2015
14:02
 
М-да, продолжения придётся ждать долго, если учесть, что всё надо переставлять с ног на голову ))) Но - будем думать. Терпение!
Спасибо, Наташ.
"Солнце", я понимаю, напомнил домик и дремотная жизнь. Идиллия, питаю слабость. Солнце там, вообще-то, с пули начиналось. Но согласна - "домики" очень похожи.
В "мальчике", пожалуй, есть некоторое выпендривание. Нарочитое отсроумствование. Меня тут уже ругали за такую иронию. Может, и впрямь надо тише и проще...
 
Отец Павел
 
29-01-2015
11:32
 
Ну спасибо, Таня! Кошмар ночной гарантирован!...
Татьяна Ст
 
30-01-2015
11:17
 
Да не, мне далеко до профессионального пугателя.
 
 

Страница сгенерирована за   0,081  секунд