Псевдоним:

Пароль:

 
на главную страницу
 
 
 
 
 




No news is good news :)
 
 
Словари русского языка

www.gramota.ru
 
 
Наши друзья
 
грамота.ру
POSIX.ru -
За свободный POSIX'ивизм
 
Сайт КАТОГИ :)
 
литературный блог
 
 
 
 
 
 
сервис по мониторингу, проверке, анализу работоспособности и доступности сайта
 
 
 
 
 
Телепортация
к началу страницы
 
 

Михаил Акимов

 
 
 
Чудеса в провинции
 
 
 
  (Опубликовано в журнале «Если» № 1 за 2006г. под названием «Итоги референдума»

    Последние двадцать минут движение поезда напоминало поведение разведчика во вражеском тылу. Он продвигался, практически, ползком, время от времени останавливаясь, словно проверяя, можно ли проползти ещё немного или лучше затаиться и переждать.
    Андрей раздражённо курил в тамбуре. В принципе, он не спешил, но сам процесс такого передвижения был ему неприятен. До города, где жили родственники жены и куда он направлялся, оставалось ехать часа два – если с нормальной скоростью; такая же езда грозила растянуться на неопределённое время. Железная дорога в этом месте делала крутой поворот, и Андрей в окно видел городок, станция которого не желала пропускать через себя их поезд. Выглядел городок довольно симпатично: небольшие домики – ни одной многоэтажки – уютно расположились в зелени деревьев. От всего этого веяло какой-то патриархальностью и неспешностью, основательностью жизни. Он вдруг почувствовал желание сойти с поезда и именно здесь выполнить задание редакции. Провожая его в отпуск, редактор сказал, что раз уж он едет в глухую провинцию, то будет неплохо, если он напишет что-нибудь о том, как там живут люди и как они справляются со своими проблемами. В том, что проблем у них много, редактор не сомневался, а слово «справляются» следовало отнести на счёт его оптимистичной натуры.
    Уже показалась станция, а Андрей всё ещё размышлял, как поступить: сойти здесь или ехать дальше. Началась платформа, и он с изумлением прочитал название городка: «Нетаккаквездегородск»! Намётанный журналистский глаз тут же разделил чудовищное слово на смысловые группы: «Не-так-как-везде-городск»! Не веря глазам, он с нетерпением стал ожидать, когда покажется сам вокзал. Наконец, выплыл и он – всё точно! Над входом в одноэтажное здание красовалась надпись, подтверждавшая название. И тут он увидел такое, от чего внутри что-то приятно ёкнуло, и его журналистская интуиция подсказала, что уж если писать материал, то именно здесь: справа от входа на белой стене гудроном, коряво и большими буквами, было написано: «Город дураков». Возле надписи суетились двое рабочих. Один разводил извёстку, второй насаживал на длинную палку скребок.
    Андрей решительно бросился в своё купе, схватил сумку, торопливо попрощался с попутчиками и бросился к выходу, на ходу вытаскивая фотоаппарат. Неожиданное осложнение получилось, когда он сказал проводнице Танечке, что хочет выйти здесь и попросил отдать ему билет. Та, по-видимому, была глубоко убеждена, что пассажир обязан ехать до станции, указанной в билете; ни ехать дальше, ни выйти раньше он не имеет права, так как главное всё-таки билет, а пассажир – всего лишь приложение к нему. Андрей начал орать, и напуганная Танечка вернула-таки билет, при этом на её лице было написано убеждение в том, что совершает тяжкое должностное преступление, за которое можно и с работы вылететь.
    Андрей выскочил в тамбур, подгоняя перед собой упрямо-степенно идущую проводницу. Оказалось, что выходит он один, и это было хорошо. Однако, поезд, хоть и очень медленно, но продолжал движение, увозя его всё дальше от здания вокзала, с фотографии которого и следовало начинать всю работу. Наконец, поезд всё-таки остановился, и проводница Танечка, нарочито не торопясь, открыла дверь и опустила лестницу. Андрей опрометью кинулся к вокзалу.
    Ему повезло: к точке фотографирования он успел как раз тогда, когда один из рабочих только начал сдирать скребком надпись. Лучшего момента не могло и быть, даже если бы ему специально позировали. Убедившись, что в кадр влезают и обе надписи, и рабочий, Андрей сделал-таки желанный снимок. Ему продолжало везти: никто этого не заметил. Оба рабочих были здоровыми мужиками, и начинать пребывание в городе с осложнений не хотелось.
    Он спрятал фотоаппарат в сумку, перевёл дыхание и расслабился: теперь можно было не торопиться. Пройдя через здание вокзала, он вышел на небольшую вокзальную площадь и с интересом огляделся по сторонам. Людей было немного и выглядели они обычно, ничем внешне не оправдывая весьма не ординарное название города. С площади отходили две улочки. Присмотревшись, Андрей увидел, что одна из них выглядит более оживлённой, следовательно, и более перспективна в отношении знакомства с городом.
    Интуиция и тут его не подвела. Пройдя с пяток домов, среди которых оказался небольшой магазинчик, где он взял бутылку пива, Андрей остановился, ошеломлённо вытаращив глаза. Над дверями следующего здания он увидел обычную с виду вывеску, на которой, однако, было написано: «Ремонт вечных двигателей» и чуть пониже мелким шрифтом: «Гарантия шесть месяцев». Придя в себя, он сфотографировал и это и забеспокоился: судя по началу, оставшихся на плёнке кадров могло и не хватить. Журналистская же часть его натуры пела в это время восторженную песнь. Материал обещал быть не только объёмным, но и сенсационным.
    Было ясно, что лучшего места для начала работы над ним и пожелать невозможно. Отбросив в сторону недопитую бутылку, он решительно открыл двери и вошёл внутрь. Внутри помещение ничем не отличалось от, скажем, мастерской по ремонту холодильников, стиральных машин или телевизоров. Сразу за дверью был небольшой, но высокий прилавок, дальше, в глубине, тянулись вдоль стен столы, заваленные разными деталями; возле двух из них стояли два вращающихся кресла. На одном  сидел довольно пожилой мужчина, который, повернувшись лицом к двери и слегка поворачиваясь из стороны в сторону, меланхолично жевал бутерброд с колбасой.
        - Здравствуйте! – сказал Андрей, лихорадочно обдумывая, с чего бы начать разговор.
        - Обеденный перерыв! – приветствовал его, в свою очередь, мужчина, продолжая жевать. – Да хоть бы и не обед, приём двигателей в ремонт временно прекращён: слишком много работы скопилось.
    Такое начало Андрея очень обрадовало: теперь можно было самым естественным образом задать несколько вопросов, не вызывая подозрений. Решено, он – клиент.
        - И чего они так часто ломаются-то? – спросил он, стараясь произнести это с досадой. – Вечные ведь!
    Мужчина посмотрел на него более внимательно.
        - А вы приезжий, - сказал он отнюдь не вопросительно, а, скорее, утверждающе.
        - Приезжий, - признался Андрей.
        - Тогда вам, конечно, интересно, - согласился тот. – У вас-то там ничего подобного нет. Вы ведь даже думаете, что такое в принципе невозможно.
        - Думаем, - не стал отрицать Андрей. – А вы не могли бы … ну, просветить меня немного в этом плане?
    Разговор явно начинал клеиться. Мужчина вытер руки тряпкой, лежащей на столе, взглянул на настенные часы и подошёл к прилавку.
        - Дядя Петя, - представился он, протягивая руку. – Есть у меня пятнадцать минут, давайте, спрашивайте.
        - Так я, собственно, уже спросил: какой же он вечный, если ломается?
        - А ты божий дар с яичницей не путай, - усмехнувшись, перешёл на «ты» дядя Петя. – Ну, скажи мне, что такое вечный двигатель?
        - Ну, это такой, который работает без всякой энергии и не останавливается, - сказал Андрей, порывшись в своих школьных знаниях по физике.
        - Верно, - кивнул дядя Петя, - так всё оно и есть, да вот только комплектующие – дерьмо! – он сплюнул и выругался. – У нас своего завода нет, приходится у вас покупать. Из чего вы их там у себя делаете? То шестерня полетит, то вал застучит, то привод сломается. Какая уж тут вечная работа!
    Он досадливо махнул рукой, и Андрей из всего этого заключил, что средней надёжности вечный двигатель может работать без ремонта от силы месяц.
        - Простите, - немного помешкав, сказал он, - вы, пожалуйста, не обижайтесь, я не то, чтобы не верю …но всё-таки … не могли бы вы показать мне какой-нибудь? Который работает, - добавил он поспешно.
        - Да нет проблем! – дядя Петя откинул крышку прилавка и приглашающе махнул рукой. – Мы из этого тайны не делаем, в разумных пределах, конечно.
    Они прошли через всё помещение, и дядя Петя открыл небольшую дверь за перегородкой. Андрей услышал негромкий шум работающего двигателя. На специально оборудованном железном столе, скорее даже, стенде для обкатки, стояло нечто, формой и размерами напоминающее кухонный комбайн, только раструб был направлен не вверх, а параллельно плоскости стола и постоянно поворачивался в разные стороны, напоминая движениями работу локатора. От основания «комбайна» отходил кожух, из отверстия в котором выходил вращающийся вал. Андрей всё внимательно осмотрел и даже заглянул под стол: нигде не было видно никаких проводов, которые могли бы подводить электропитание, а диаметр вала и скорость его вращения отметали любую мысль о батарейке; аккумулятор же, ввиду небольших размеров агрегата, разместить было попросту негде.
        - Ну, а что он может делать?
        - А это зависит от того, какую насадку ты на него поставишь. Поставь циркулярную пилу – можешь доски пилить, повернёшь, - дядя Петя развернул кожух на 90 градусов, при этом послышался щелчок, и кожух зафиксировался, - можно бетон размешивать или, скажем, тесто для пирогов. Короче, всё, что душа пожелает, меняй только обороты на редукторе.
        - Дядя Петя, а всё-таки, как же он работает? Ну ведь должна же быть какая-то энергия?
    Дядя Петя посмотрел на часы и заторопился.
        - Извини, некогда мне: перерыв заканчивается. Ты вот что: если интересуешься, найди Колюню, тот тебе всё расскажет, всё равно целыми днями ничего не делает. И найти его просто: пойдёшь дальше по улице, он, наверняка, как всегда возле дома на скамейке сидит да семечки лузгает.
    И он сделал недвусмысленный жест рукой: давай, мол, на выход, не мешай!
        - Дядя Петя, - взмолился Андрей, - ещё один вопрос: как же вы эти двигатели ремонтируете, если они никогда не останавливаются, на ходу, что ли?
        - Это самое трудное, - согласился дядя Петя, выпроваживая Андрея. – Напарник мой обладает, как бы вы сказали, экстрасенсорными способностями. Усилием воли может затормозить двигатель на несколько секунд, а я за это время должен успеть всю кинематику отсоединить. Ну, ладно, иди, мне работать надо.
    После того, как дядя Петя отказался объяснить, как всё-таки работает вечный двигатель, у Андрея сложилось убеждение, что его просто дурачат. Наверняка, проводка проложена внутри стола, и её просто не видно. А дядя Петя, поди, про себя сейчас хохочет и думает, что провёл его, как последнего лоха. А потом ещё и напарнику расскажет. И Андрей решил дать ему понять, что не купился на его россказни.
        - Дядя Петя, - ехидно улыбаясь, спросил он, - а Машины Времени вы тоже ремонтируете?
        - А чего их ремонтировать-то? – удивился дядя Петя. – Там и ломаться-то нечему: кинематики никакой, а если что из электроники вылетает, так то другие ремонтируют. Не разбираемся мы с Егором в электронике, - вздохнул он.
    Андрей не нашёлся, что и сказать. Постоял некоторое время с застывшей дурацкой ухмылкой на лице, потом спохватился, привёл лицо в естественное состояние, попрощался и вышел на улицу. Некоторое время он пытался осмыслить всё увиденное и услышанное и понять, что из этого правда, а что нет. Затем его мысли приняли другое направление. Материал для статьи, ещё недавно так радовавший его, грозил обернуться полным пшиком: хорошо, если это не больше, чем остроумный розыгрыш, такая деталь статью только украсит. А если правда? Кто такому поверит и кто такое напечатает? Он почувствовал соблазн не выяснять, так это или нет, а просто зайти в администрацию или что тут у них, поспрашивать о проблемах города и сделать тем самым заказанную статью, а всё остальное поместить как свидетельство того, что жители обладают своеобразным чувством юмора. И материал тогда пройдёт на «ура», и всё будет хорошо. Однако, он тут же устыдился таких недостойных настоящего журналиста мыслей. Так ничего и не придумав, он поравнялся с домом, возле которого на скамеечке сидел мужчина лет пятидесяти, невысокий, худенький и плешивый, и со скучным видом лузгал семечки. По всему выходило, что это и есть Колюня.
        - Здравствуйте, - сказал Андрей, подходя и садясь рядом.
        - Приезжий? – спросил тот. По-видимому, в этом городе не было принято отвечать на приветствие. – Петька, небось, ко мне направил? Иди, мол, к Колюне, он тебе всё расскажет, всё равно целыми днями бездельничает? Ему хорошо так говорить, у него вон какая профессия – никогда без работы не останется. Так же, как и эта, - кивком показал он на другую сторону улицы, где стоял обыкновенный с виду домик.
    По всем приметам это был жилой дом: на окнах висели «домашние» занавески, и вход был не с тротуара, а со двора. На углу дома, однако, висела вывеска:

            Марта Хевронская.

               Лечу от телекинеза.

    Ветераны войны и военнослужащие принимаются без очереди!


        - В каком смысле – от телекинеза? – спросил вновь ошарашенный Андрей.
        - В прямом, - пожал плечами Колюня.
        - Постойте, но ведь телекинез – это способность телепатически перемещать предметы на расстоянии?
        - Точно.
        - То есть, - Андрей даже покраснел от раздражения: похоже, дядя Петя и Колюня работают в паре, - вы хотите сказать, что владеете телекинезом?
        - Я? – испуганно вздёрнулся Колюня. – Упаси Боже! Два года назад она, - он снова кивнул на дом, - меня вылечила, дай Бог ей здоровья!
        - Не понимаю, - хмыкнул Андрей, - зачем от этого лечиться? Ведь это – дар Божий или чей там? Это же просто здорово – уметь такое!
        - Так-то оно так, - согласился тот, - это пока ты бодрствуешь и себя контролируешь. А только спать лёг – тут-то всё и начинается. Увидишь во сне какую-нибудь хреновину, проснёшься – а она уже тут! Пришёл, скажем, в гости к соседу, тот похвастался, допустим, новой моделью антигравитатора, ты подумал: вот бы мне такую, а утром она уже у тебя дома стоит! Ну, несёшь, понятное дело, её назад, извиняешься. Хорошо, у нас люди такие – понимающие: с каждым ведь случается, так что не обижаются. Да если бы только это! А то вот со мной случай был. Посидели как-то с кумом, выпили крепко, а я, когда домой пришёл, ещё пару бутылок пива засадил, так не поверишь: когда проснулся, возле кровати шестнадцать унитазов насчитал! Полдня потом бегал, выяснял, какой откуда! Мало того – я ж их с корнем повыдирал, пришлось потом на место устанавливать, трубы менять – ужас!
        - Ужас, - согласился Андрей, решив до поры до времени не обращать внимания на слова про антигравитатор, - а почему ветераны и военнослужащие без очереди?
        - Не понимаешь? – удивился Колюня. – Так им же до сих пор война снится! Константин Григорьевич, вон, пока к Марте не сходил, каждое утро с автоматом в руках просыпался! Так хорошо ещё, что он их из музеев телепортировал – ему же ППШ снился! А ну, как попался бы настоящий да с боекомплектом? Во сне ведь недолго и на спусковой крючок нажать. Баба у него в то время дома и не ночевала: всё в бане или у соседей. А внучок к нему в гости приехал, офицерик молодой, в ракетных войсках служит, так у того … Да что там, даже вспоминать страшно!
        - А откуда у вас  всё это: вечные двигатели, Машины Времени, телекинез?
        - Да это всё просто, - махнул рукой Колюня, - мы тут у себя некоторые законы физики отменили, ну, там, Второй и Третий Ньютона, Первый и Второй термодинамики, ещё кое-какие …
        - Как это – отменили?
        - Как положено: на референдуме. Мы как раз референдум проводили по поводу изменения названия города – раньше он Лошадиная Падь назывался, - ну, кто-то и предложил заодно и законы изменить – физические, имеется в виду. А наш мэр – он физтех заканчивал, - сразу за это предложение ухватился и сказал, что как специалист может подтвердить, что почти все физические законы очень вредные, кроме закона тяготения, конечно. Всякие там сопротивления, противодействия… Ну, мы и отменили, спецам ведь надо доверять, они ведь для этого и учились. Вот с тех пор так у нас всё и покатилось. Одно плохо: метеориты у нас на город целыми падают; сила трения-то отсутствует, вот они, сволочи, и не сгорают в атмосфере. Но это редко случается, да и службы оповещения нормально работают, так что риск минимальный. Ну, а в остальном после отмены всё намного лучше стало. Да, - спохватился он, - забыл предупредить: купаться у нас нельзя – утонешь сразу. Выталкивающая сила-то тоже не действует. Так что не вздумай!
        - Подождите, - поморщился Андрей, - то есть, если я вас правильно понял, достаточно было вашего решения на референдуме, чтобы физические законы на территории вашего города перестали действовать?
        - А как иначе? – снова удивился тот. – Как народ решит, так и будет. Против него ни одна сила не устоит. Это, по-моему, ещё Ленин сказал, а может, кто-нибудь другой, неважно. Главное – правда.
    Андрей не знал, как ему на всё это и реагировать: верить - не верить, рассмеяться – разозлиться … В конце концов он решил, что не будет торопиться с выводами. Надо ещё походить, посмотреть, а там видно будет. Но для начала стоило сфотографировать и вывеску про телекинез. Однако, он не хотел делать этого при Колюне: мало ли, узнает, что корреспондент – слова из него потом не вытянешь. Значит, надо под каким-то предлогом его отсюда удалить.
        - Извините, - сказал он, - вы не могли бы дать мне что-нибудь попить: в горле уж что-то пересохло.
        - Да ради Бога!
    И он протянул невесть откуда взявшуюся в его руке чашку с водой. Андрей изумлённо уставился на неё, тогда-то дошло и до Колюни.
        - А-а-ай!... – заголосил он. – Вылечила, называется! Опять началось, двух лет не прошло! Ну, ладно, - резво вскочил он со скамейки, - ты меня, зараза, без всякой очереди примешь! А я-то её ещё расхваливал! Ну, подожди, ты у меня получишь, это что – работа, считается?
    И он спешным шагом направился через улицу, ругаясь на ходу и размахивая руками. Андрей в раздумье достал фотоаппарат, щёлкнул дом Марты Хевронской, отдельно вывеску и побрёл потихоньку по улице, размышляя, что делать дальше. Пожалуй, лучший вариант – зайти в администрацию, предъявить журналистское удостоверение и напрямую спросить, что тут у них происходит. Всё-таки в администрации официальные лица, а не какие-нибудь дядя Петя с Колюней, они не будут лапшу на уши вешать. Хотя, может быть, всё это и правда, эта вот чашка с водой – откуда она взялась? А с другой стороны, когда лузгаешь семечки, во рту всё пересыхает, может быть, он её заранее принёс, а потом давай комедию разыгрывать. И побежал он не к Марте, а к дяде Пете, сидят сейчас вдвоём и хохочут над ним. Так, а вывески? Их что, тоже для него повесили? Нет, ерунда какая-то!
    Андрей помотал головой, прогоняя мысли, которые кроме тупика никуда его не приводили. Тут он отметил, что на улице неправдоподобно мало народу даже для такого небольшого городка: сзади вдалеке виднелись две какие-то фигуры да навстречу шла бабулька с палочкой, и больше – никого. «Интересно, - подумал он, - где все люди»?
        - Так на работе они, милок, - сказала бабулька, поравнявшись с ним. – Кто на работе, а кто дома делами занимается. У нас, кроме Колюни, никто не бездельничает!
        - О Господи! – испугался Андрей. – Так у вас здесь и мысли читать могут? А это-то с каким законом физики связано?
        - Про закон ничего сказать не могу, - остановилась она, - не знаю я их. А насчёт остального не беспокойся: я такая во всём городе одна, все другие давно вылечились. Тяжело ведь это, мало своих мыслей, так ещё и чужие весь день в голове: бум-бум! бум-бум! Я бы тоже от этого избавилась, да выхода нет: оглохла лет пятнадцать назад, ничего не слышу, вот и приходится терпеть! Так что, если ты поговорить со мной хочешь, можешь языком зря не молоть - думай себе, и всё. А про администрацию ты правильно решил: сходи, поговори, они люди грамотные, всё тебе и объяснят ..
    Но такой разговор пугал Андрея своей необычностью.
        - Спасибо вам большое, но я очень тороплюсь, извините, - сказал он всё-таки вслух и поспешно направился дальше.
    Но уже через пару шагов обернулся и спросил:
        - А это точно, что кроме вас мысли читать никто не может?
- Точно, точно, - заверила бабуля, - можешь не сомневаться! Только ты в администрации-то всё-таки не говори, что корреспондент, а то начнут пыль в глаза пускать: мы, мол, и так, и эдак … Скажи лучше, что просто интересуешься. Вот сейчас на первом же перекрёстке направо свернёшь, там тебе и будет администрация, - опередила она следующий его вопрос.
    Андрей поблагодарил и пошёл. Ну и город, думал он, от всего этого свихнуться можно. Двигатели у них вечные – ну, почти вечные, только ремонтируй вовремя, - на Машинах Времени разъезжают, предметы передвигают, так вот ещё – и мысли читать могут! Тут он вспомнил про бабулю и опасливо подумал: а на каком расстоянии действуют её способности?
        - С полкилометра примерно! – услышал он сзади и ещё прибавил шагу.
    На перекрёстке он свернул направо и увидел невдалеке двухэтажный дом, перед которым был разбит газон с цветами, а возле подъезда росли две небольшие, но очень симпатичные ёлочки. Наверняка это и было здание администрации.
    В это время над его головой пронеслась какая-то тень. Андрей поднял голову и увидел, что прямо над ним на высоте около пяти метров летит мужчина. Летел он очень необычно: тело было расположено не параллельно земле, а находилось в привычном вертикальном положении. На спине у мужчины был какой-то прибор, крепившийся наподобие рюкзака при помощи лямок. «Антигравитатор», - без энтузиазма подумал Андрей и даже не дёрнулся за фотоаппаратом, такая глубокая апатия им овладела. Заметив, что Андрей смотрит на него, мужчина подмигнул, нажал на лямке какую-то кнопку, после чего скорость резко возросла, и он быстро скрылся из глаз.
    «Значит, закон тяготения они тоже немного изменили, - вяло подумал Андрей, - раз он не действует не повсеместно – иначе бы они все улетели на небеса, - а только с помощью прибора». Тут он усмехнулся и подумал, что уже верит всему, что здесь увидел. Да и как тут не поверишь? Он нервно закурил и стал вспоминать, куда же он идёт. Ах, да, в администрацию! Но пройдя ещё несколько метров, понял, что никуда уже идти не хочет, до того ему всё здесь надоело. Он ощутил острое желание снова оказаться в таком городе, где людям с похмелья не приходится разносить по своим местам вывороченные с корнем унитазы, где твои мысли могут читать в разумных, доступных всем, пределах, и где можно не только купаться, но и, раскинув в стороны руки и ноги, даже просто полежать на воде. Какая ещё администрация? Вокзал, только вокзал! Бежать отсюда к чёртовой бабушке! Вернее, к тёще, что, впрочем, почти одно и то же. (Он не сомневался: то, что его тёща пока ещё не чёртова бабушка, всего-навсего вопрос времени). «А как же статья? – подумал он. – А, ерунда, напишу про тёщин город, он ненамного больше, тоже – провинция»!
    Андрей резко развернулся и почти бегом направился в обратную сторону. По пути ему пришлось обогнать уже знакомую бабулю.
        - Зря это ты, милок, - осуждающе сказала она, - побыл бы у нас немного, сам бы научился все такие штуки делать! Глядишь, ещё и насовсем бы к нам переехал. А что жена? – ответила она на его мысленный вопрос, - уж мысли-то читать ей бы, точно, понравилось! У нас поначалу каждая женщина этим увлекается!
    Он почти бежал, а сзади доносилось:
        - А про тёщу свою ты напрасно так думаешь! Зинаида Степановна правильная женщина, хотя и строгая!
    Стараясь заблокировать свои мысли от чтения, Андрей начал довольно громко напевать самую пошлую песенку, какую только знал – «Муси-пуси». Бабуля резко замолчала, и он впервые с теплом подумал про Катю Лель.
    На вокзале он узнал, что по расписанию ни один поезд сегодня здесь останавливаться уже не будет. Андрей стал всерьёз подумывать о том, чтобы пойти пешком, но тут его неожиданно обрадовал дежурный по станции, который, по-видимому, понял его состояние и проникся жалостью.
        - Через десять минут будет проходящий, - сказал он, - я вам помогу сесть.
        - А как – на ходу? – спросил Андрей, подумав, что тот собирается каким-то образом телепортировать его внутрь вагона.
        - Да нет, - рассмеялся дежурный, - просто к нашей станции все поезда подъезжают осторожно-осторожно, боятся: а вдруг, мы и закон тяготения отменили? А по самой платформе так ползут, что пешком обогнать можно!
    Всё произошло так, как он и говорил. Они прогулочным шагом шли рядом с вагоном и неспешно уговаривали девушку-проводницу. Узнав, что ехать ему всего пару часов, она не стала возражать. Позже, уже в вагоне, Андрей то и дело прокручивал в памяти всё пережитое и никак не мог решить: правильно он поступил или нет.
    К родителям жены он приехал в восемь вечера. Тёща строго спросила, где это он так задержался. Минут пять Андрей плёл про задание редакции, которое, якобы, выполнил, и только тогда она отошла в сторону, освободив проход в квартиру. Тесть ему шумно обрадовался.
        - Андрюха, ну, наконец-то! – сказал он. – А я жду - не дождусь! Пойдём на кухню, покурим, пока Зина на стол собирает!
Правда, очутившись на кухне, он поменял планы.
        - Давай-ка мы с тобой тяпнем немного, а то пока она там всё приготовит! – сказал он, доставая две стопки и сооружая лёгкую закуску.
    Андрей раздумывал, рассказать ему про Нетаккаквездегородск или не стоит? Тесть тем временем подошёл к водопроводному крану, открыл его и наполнил две стопки.
        - Ну, давай выпьем за твой приезд! – сказал он, протягивая одну Андрею. – А как там Леночка?
        - В каком смысле – выпьем? – спросил Андрей, недоумённо глядя на стопку.
        - Ах, да! – рассмеялся тот. – Я же забыл тебе сказать: у нас в городе недавно референдум был, так мы некоторые химические законы поотменяли! Из этого крана у меня теперь водка течёт – ровно 40 градусов, каждый день проверяю! Так что не бойся , продукт – первый сорт!
    С минуту Андрей мрачно смотрел на него, затем поставил на стол стопку, взял стоявшую рядом граммов на триста кружку, наполнил её из-под крана, чокнулся с тестем и залпом выпил.
        - Вот что, папа, - сказал он, жуя солёный огурчик, - поезда на Москву у вас тут часто останавливаются?
 
 
 
 
Отзывы на это произведение:
Аltеrbоу
 
27-08-2006
21:17
 
Супер:)))) похоже на "Понедельник" чем-то:)
А я, можно, сказать случайно сюда зашел - увидел в прибавлениях Ваш новый рассказ... А зайди чуть попозже, уже не увидел бы:( Если будете, что-то новое вывешивать, чиркните мне письмецо, plz...
 
Отец Павел
 
23-07-2007
08:59
 
Охренеть, как все просто! Народная воля в провинции рушит законы физики почем зря! :))) Действительно - УЖОС!!!
 
 

Страница сгенерирована за   0,274  секунд