— Ну не хотите, как хотите, — пожал я плечами и, развернувшись, стал медленно спускаться с крыльца.

— Постойте, — окликнул меня старик, стоило мне сделать первый шаг. — Даю двадцать!

Я спустился ещё на одну ступеньку.

— Тридцать! — раздалось из-за спины, но я был непреклонен. — Сорок! Пятьдесят! Стойте!

Он забуксовал на восьмидесяти, трижды повторив эту цифру. Я сжалился над стариком и повернул обратно, уже отойдя от дома метров на шесть.

— Один к одному, — холодно произнёс я, — и не меньше!

Он обречённо свесил голову и тяжело вздохнул.

— Дорого это очень! Собрав все сбережения, едва ли наберу пятьдесят золотых!

— Ну так и покупайте пятьдесят штучек, — мило улыбнулся. — Зато подумайте, как выгодно вы их продадите потом! Ни у кого таких нет!

— А у вас-то много останется? — неуверенно спросил хитрый старик.

— Некоторое количество, — уклончиво ответил я.

В следующую минуту состоялась наша первая сделка, и я обогатился на пятьдесят монет.

— С вами приятно иметь дело, — милостиво заявил я. — Перейдём к основной части. Я беру тройной участок за двести восемьдесят и прошу зарезервировать для меня ещё земли.

— Сколько участков вам нужно? — деловито поинтересовался Билл.

— Всё, что есть! — бойко ответил я.

Старик вскинул голову, выпучив глаза, как рыба, выброшенная на берег.

— Это же целое состояние! Сейчас у нас продаётся порядка пятисот участков!

Быстро прикинув в уме общую стоимость, я обомлел, но тут же взял себя в руки.

— Хорошо. Забронируйте мне пока сотню. Рядом с моими тремя. На пару месяцев.

— Прошу меня простить, господин Герой, но самое большое, что я могу для вас сделать — ждать неделю. Если через три полных дня найдутся покупатели, я, конечно, сообщу вам, но коли вы не ответите — держать участки не буду.

Вот же зараза! Что это за резерв такой, при котором менее чем через половину срока уже беспокоить начинают⁈

Я недовольно уставился на старосту. Тот тоже хмурил брови. Понятно, лучших условий уже не добиться.

— Идёт! — бросил я.

В руках старосты материализовались перо и огромный талмуд. Повертев головой, он, кряхтя, раскрыл его примерно на середине и прислонил к двери собственного дома. Вдумчиво разглядывая строчки, Билл наконец-то сделал запись. Три раза.

— Распишитесь, — тоном работницы МФЦ велел он, протягивая перо. — Здесь, здесь и вот тут.

Я поставил подпись в реестре в тех строчках, где Билл аккуратным почерком рядом с номерами участков вывел моё имя. Староста удовлетворённо хмыкнул и звучно захлопнул книгу, тут же мгновенно растворившуюся в воздухе.

Следом местный риелтор извлёк из инвентаря свиток. Быстро развернул лист, что-то написал и протянул мне.