— Но еще больше примеров, — пробухтел, подняв морду, Мьёрг, — когда такие цивилизации попусту рассыпаются в пыль.

Я ничего не ответил, ведь наш космолет уже заходил на посадку.

Боковая дверь опускалась, ее внутренняя обшивка медленно изменялась, пока не превратилась в ровные ступени, а сама дверь не стала трапом.

Первыми, по настоянию командира, из нашего летающего «банана» выскочили Гьёрг и Льёрги, грозными мордами напугав встречающих нас солдат. К счастью, я предполагал такую реакцию и без промедления выскочил следом, улыбаясь до ушей и энергично махая рукой, словно голливудская звезда.

— Рад видеть тебя, сынок, — неожиданно тепло заявил генерал и по-отечески обнял меня, стоило ступить на покрытый снегом асфальт.

— Взаимно, — равнодушно отозвался я. — Все готово? — я пожал руки знакомым Защитникам: Алексею — крепкому парню с капитанскими погонами — и спортсмену-хипстеру Олегу. Чуть поодаль стоял Антон. Ему я молча кивнул, он сдержанно кивнул в ответ.

— Можем выдвигаться хоть сейчас, — ответил Белов, разгладив седые усы.

Я окинул взглядом площадку. Тут собралось человек триста, половина из которых — люди в военной форме. Народ рассматривал нас, как всегда, с любопытством. Некоторые с опаской. Пятерка бьёргусов еще ни разу не оставила кого-нибудь равнодушным.

Наталья говорила, что на сегодняшний день в лагере всего девятьсот сорок три человека, из них лишь пятеро чипированных. Под чутким руководством генерала все это время люди запасались и продуктами, и топливом, и транспортом. Так что все будут на колесах, двинемся одной большущей колонной.

Но, черт подери, нам ехать порядка восьмисот километров! Дороги, естественно, не чищены. Пусть местами и есть накатанные колеи, но в расчетах нужно быть реалистом. Вряд ли средняя скорость колонны перевалит за шестьдесят километров. Ну может быть, семьдесят, я не специалист… В любом случае ехать уж точно не меньше двенадцати часов.

— Сейчас нельзя! — за меня пробасил Мьёрг, с вызовом повернув хмурую морду в мою сторону.

Взглянув сперва на главу бьёргусов, затем на генерала, я решительно кивнул:

— Поедем завтра на рассвете.

* * *

Ничего выдающегося в тот день не произошло. Я погулял по базе, трижды плотно поел, пообщался через Олесю с Беловой, решая мелкие организационные вопросы, и отлично выспался. А ранним утром, едва на востоке забрезжили первые лучи солнца, мы двинулись в путь.

Те, кто прибыл вместе со мной, в полном составе летели на космолете. Медведи выполняли роль статистов, я пару раз назвал их своими гигантскими брелоками. Они шутки не оценили, а вот Григорий посмеялся.