Из холла еще доносились крики, когда Герман оказался на третьем этаже. В коридоре было пусто. Мгновенно сориентировавшись на месте, он рванул налево, к кабинету Гвоздева.

Дверь оказалась открыта. Титов осторожно зашел внутрь. Остановился.

Начальник службы безопасности сидел за столом — широкая спина, головы не видно, поскольку лежит на столе. Видимо заснул на работе.

Оперативник обошел тело сбоку.

Из шеи Гвоздева торчали обычные канцелярские ножницы. Кровавая лужа залила часть стола, экран стеклянного планшета и стопку бумаг. Рука держала рукоять. Сам? Или все-таки нет? На первый взгляд, все указывало на самоубийство. Но у оперативника были свои мысли на этот счет.

Титов посмотрел на камеру, расположенную в дальнем углу кабинета. Огонек мигал красным. Значит ведется запись. В холле отключена, а здесь нет. Подполковник прикоснулся к руке умершего — та была еще теплой. Гвоздев умер недавно. Перед самым его приходом. Совпадение? Не думаю, — заключил Титов.

Оперативник подошел к маркерам, предназначенным для трехмерной трансляции. От камер исходил ощутимый жар.

— Кто же заставил тебя это сделать? — прошептал Герман.

Маркер дернулся, и камера повернулась в направлении двери. Из коридора послышался странное шипение, похожее на работу скрытого механизма. Оперативник выглянул наружу. Маркеры на стене, словно по команде, поворачивали свои камеры в направлении актового зала.

— Очень интересно, — прошептал подполковник и направился по коридору.

Двустворчатые двери были открыты нараспашку. Шторы небрежно одернуты. Складывалось такое впечатление, что кто-то спешно пытался покинуть зал. Но никакого сигнала эвакуации ведь не было. Значит была другая причина.

Заглянув внутрь, Титов медленно опустил пистолет. Внутри стоял тяжелый запах человеческого пота, такой словно сюда согнали всех работников центра. Но зал при этом был абсолютно пуст.

Полковник двинулся вниз по левому пролету. В полумраке тусклых софитов можно было разглядеть синюю экоткань обивки кресел и крохотный пятачок сцены.

Остановившись возле третьего ряда, подполковник еще раз осмотрелся. Не нравилась ему эта ситуация, ой как не нравилась. На полу что-то блеснуло. Титов присел и приподнял изящное кольцо из белого золота. Кольцо — это не сережка, такое украшение так просто не потеряешь. Возле кресла обнаружилась еще одна находка — запонка и браслет.

— Забавно, неправда ли? Вещь есть, а человека нет, — раздался приятный женский голос.

Подполковник дернулся, но пистолет направлять на голос не стал. С ним ведь разговаривали, а не угрожали.