И я иду в кафе, куда меня направили. Подхожу, захожу и картина маслом. Сидят две мои красавицы, с ними троица наших ребят и все соседние столики оккупированы грузинской молодежью. Но они видят, мгновенно узнают и начинается сеанс поздравлений с игрой, с забитыми мячами и просто, просто поздравлений.

Нам тут же накрывают стол, несмотря на все отговорки и оставляют в покое. Все таки народ там понимающий.

Понимающими оказываются и наши ребята. После небольшого перекуса, местными вкуснятинами, они тоже ретируются на прогулку по городу и мы остаемся втроем в окружении многочисленных грузинских парней.

Конечно же нашлись пара тройка горячих, решивших, что две такие красавица для одного молодого меня многовато и попытавшихся познакомится, невзирая на мое присутствие. Но я даже не успел отреагировать, горячих грузинских парней перехватили по дороге свои же, популярно объяснили, что они совершенно не правы, когда пытаются портить вечер почти герою страны забившему два мяча англичанам. И они поняли, прониклись и даже не возражали.

А мы посидели еще немного и пошли прогулять, благо рядом со стадионом тоже имеется очень симпатичный парк под названием Муштаид.

В Тбилиси конечно много парков, этого не отнять.

И вышли из кафе, и стоим друг напротив друга. Я и две красавицы.

Стоим, смотрим. Я откровенно любуюсь. Они же просто великолепны. Разные, но схожи в своем совершенно невозможном, нереальном воздействии на меня.

Оля, конечно, блондинка, но с каким то иногда золотистым отливом, добрая и нежная. Золото иногда проглядывает в волосах, и постоянно виднеется золото в душе. Среднего роста, стройненькая, но при этом с хорошей фигурой и вся какая-то гладенькая, пусть это и звучит пошло, но так и хочется погладить. Что я собственно и делаю при малейшей возможности. Белокожая и светловолосая, загар к ней не пристает, даже в нашем южном и чрезвычайно знойном в летние месяцы городе. И вьющиеся волосы развевающиеся сейчас на легком ветру. А пронзительно голубые глаза, как будто смотрящие в душу. Так и хочется сказать ей:

— Милая, любимая. Что ты хочешь увидеть в моей душе, там нет ничего кроме любви к тебе. Ну во всяком случае на доступном для понимания уровне, а демоническое и божественное спрятано глубоко и надежно—

И улыбается, как будто чувствует, что я думаю.

А Маша, рыжая чертовка. Она совсем другая, более смелая, более хулиганистая что-ли. И рыжие волосы, с легкой кудрявостью, так щекочут руки и губы, что хочется вдыхать их запах бесконечно. И изумрудно-зеленые глаза, в которых тонешь, и совсем не жалко утонуть. И вся такая стройненькая как тростинка. И боишься все время поломать, причинить боль. Да вот только она этого совсем не боится, наверно, понимает, что я этого ни когда не допущу. И на губах застыла легкая озорная улыбка. Натуральная Лолита, нимфетка, не иначе. Образ, когда созданный великим Набоковым, сейчас воплотился в стоящей передо мной девчонке, которая меня сводит с ума. И я с этим ни чего не могу поделать, да и не хочу, если откровенно. И поет к тому, голосок слабенький, но так за душу берет, что просто выворачивает ее наизнанку. И тематика песен у нее близкая к ее образу. Когда-нибудь, наверно, уже скоро, она отыграет эту тему по полной.