— Ой! Не надо…

— Это не пытка, а лечение, дура.

— Я больше не буду… Лечение? Кипятком⁈

— О, смотрю, мозг у тебя не задет. Хотя возможно и задевать там нечего. Я же тебе запретил покидать жилище без разрешения.

— Я думала…

— Тебе нечем думать. А ещё ты ничего не знаешь об этом мире. Ты рабыня и должна слушать хозяина.

— Извините, хозяин, — опустив голову, смиренно произнесла Ада.

— О, ты вспомнила, как должна обращаться…

— Я больше так не буду, хозяин.

— Рана обработана, будет очень сильно зудеть. Но даже не думай прикасаться к ране.

— Да, хозяин, — последовал послушный кивок.

Рабыня считала, что таким послушным поведением сможет искупить вину. Но хорошие поступки не перекрывают плохих, как и плохие не перекрывают хороших. Этой простой истине младшего наследника Торвандори научил его отец, ещё в первый десяток лет. Сколько раз не повторяй «хозяин», за прошлый проступок рабыне придётся ответить.

— В угол, — сухо бросил Ланс.

— Но… — Ада всё ещё считала, что не заслуживает наказания. Ведь помыслы её были чисты: она просто хотела как лучше. Однако это не оправдывает вопиющего непослушания. И всё же девушка взглянула в глаза своего хозяина и как обиженный котёнок уже встала в углу.

— Лицом в угол.

Девушка повернулась, после чего последовало обиженное хныканье.

— И на колени.

Казалось бы, такой серьёзный проступок и такое нелепое наказание. Будто не раба наказывают, а ребёнка. Однако подобное суждение слишком поверхностно и упускает детали.

Да, во многих мирах в угол обычно ставят детей. И Ада это знает, и Ланс это знает. Тем самым сам факт нахождения в углу лучше всего демонстрирует, кто тут хозяин, а кто раб. Это крайне унизительное наказание особенно для относительно взрослого человека. Ада ещё молода, но уже давно не ребёнок, она взрослая совершеннолетняя девушка, так что это сильный удар по гордости. А стояние на коленях является вишенкой на торте.

Ланс пока не считал нужным прибегать к более суровым методам, в том числе и физическим. Ада ещё совсем недавно в этом мире. Все рабы по началу сопротивляются. Но смирение достигается лишь через время. А если начать сейчас бить Аду, забирать еду и прочее, то она лишь затаит злобу, станет бояться. Это хорошо для обычного раба на, скажем, каменоломнях. Но задачей Ланса было подготовить верного раба для более деликатной работы, где мотивация в виде страха обязательно обернётся боком.

— Можешь подойти, — через шесть часов тишина оказалась разорвана голосом Ланса, который закончил создание простого артефактного кольца с защитными чарами.

— Спасибо, хозяин, — смиренно опустив взгляд в пол, произнесла рабыня, которая уже перестала хныкать.