Одновременная атака с четырёх сторон. Ланс даже магическую энергию на этот мусор тратить не захотел. Копьё резким рывком перехватывается и направляется в голову бездарности с кинжалами. Удар ноги опрокидывает на спину щитоносца со сломанной грудной клеткой. А трость прилетает в пасть зверолюда снизу, от чего челюсти резко смыкаются, клыки разлетаются в щепки, а импульса удара с лихвой хватает ещё и на сотрясение с кровоизлиянием в мозг.

— Ну, сука, ты попал, — с бешенством ответил центровой ублюдков.

Из-за своей спины он достал посох и с силой опустил на землю. Трещины пошли по дороге, воздух потоками разлетелся по улочкам, а капюшон слетел с головы мага-самоучки, открывая его эльфийские уши.

Хребтами начала подниматься земля, устремляясь волнами с разных сторон к Бальмуару. Земляные оковы, которые должны сковать ноги противника, одно из самых любых заклинаний магов земли.

Владелец посоха собирался обездвижить врага, в то время как его напарник стремительно изменил позицию. Двигался второй маг даже быстрее зверолюда, пусть и являлся человеком. Развитое ментальное тело позволяло ему повысить потенциал своего физического тела, а также потоками энергии активировать мощные артефакты. Но создавать заклинания без помощи игрушек он так и не научился.

Заняв позицию, ублюдок достал жезл и направил в него всю свою силу. Артефакт сразу же поглотил подачку, после чего на острие начал формироваться шар пламени. Энергия концентрировалась в одном месте, чтобы раскрыть всю мощь стихии огня, которая обернётся дыханием дракона.

Наверное, что-то такое задвинул местный артефактор, впаривая им своё посредственное изделие. На деле же Бальмуар лишь усмехнулся. Тех крох энергии в лучшем случае хватит на отрыжку детёныша крылатого ящера, нежели на пламя дыхания королей неба.

Вот-вот волны земли уже должны были достичь цели, как жёлтые молнии ударили в землю. Заклинание Ланса создало резонанс, разрушило магические узоры и рассеяло волшебство врага, тем самым нарушив связь со стихией.

Однако второй маг уже успел подготовить своё атакующее заклятие. Только Бальмуар даже не собирался уворачиваться. Поток пламени врезался в аристократа, который лишь слегка согнул руку в локте, закрывая лицо.

Через секунду среди огня стоял невредимый Лансемалион, на фраке которого не было даже пылинки.

— Что за… — только и успел произнести напоследок центровой маг с посохом.

После чего аристократ превратился в размытое пятно и за долю секунды оказался рядом. Удар трости сначала сломал колено, после опустился на руку, вторую, ещё удар по рёбрам. Меткие удары не убивали остроухого ублюдка, а лишь калечили.