На приветствие Ланс ответил скупым кивком и вошёл во второй зал. Там у кладовки сидела Нека и тихо мурлыкала себе под нос неизвестную мелодию, попутно что-то рисуя на кусочке пергамента.

Маленькая кошечка даже не заметила, что кто-то вошёл в зал. Всё также она продолжала усердно водить то кусочком угля, то обратной стороной ложки, которую предварительно обмакивала в пищевой краситель, собственного приготовления. Иногда она использовала и пальцы. Шедевром её произведение явно не назовёшь, но порой это не столь важно.

Как только она закончила рисовать, то сразу же передала кусочек пергамента через окошко двери, где застыла пара голубых глаз, которые буквально сверлили вошедшего рабовладельца. Только после этого Нека, проследив за взглядом дикарки, и поняла, что в тренировочном зале кто-то есть. Даже острый слух и нюх, не помогал обнаружить аристократа, если тот того не хотел.

Сразу же кошечка собрала свои вещи и без лишних слов поспешила покинуть тренировочный зал. Остановилась она только перед хозяином, и слегка то ли кивнула, то ли неловко поклонилась, а может и всё сразу.

Как только дверь захлопнулась, Ланс сразу же наложил защитные руны. Ничего серьёзного, просто чтобы заключённая вдруг не выбежала в соседней зал. Учитывая её скорость, есть некоторый шанс, что кто-то из тринадцати рабов умрёт до того, как Ланс обездвижит строптивую рабыню. После аристократ подошёл уже к камере рабыни и снял защитные чары.

Не теряя ни секунды, дикарка сразу же вылетела наружу и попыталась ударить аристократа в лицо. У неё это снова не вышло, после чего последовала подсечка.

Падение воительница превратила в кувырок, затем мгновенно перегруппировалась и закрыло лицо руками в блоке. Всё шло по известному сценарию, но в этот раз почему не прилетел удар ноги, от которого трескались кости и ломался нос.

Настороженно дикарка поднялась на ноги в полный рост, не отводя взгляда от своего врага. Она даже не моргала, чтобы не пропустить молниеносных движений рабовладельца. Только тот почему-то не нападал.

— Может уже поговорим? — устало спросил Ланс, который каждый день порой по несколько раз занимался избиениями этой рабыни.

Раз за разом аристократ приходил, превращал дикарку в отбивную. Она в свою очередь продолжала ехидничать, дерзить, называть своего хозяина «членоносцем». Но всё же эффект от этих посещений имелся.

— Что же, можешь не говорить. Мне достаточно и того, что ты хотя бы не нападаешь и слушаешь, — после тяжкого вздоха произнёс Ланс, который тоже умел ставить спектакли. — Знаешь, ты действительно хорошо сражаешься, пусть и ни разу не смогла меня коснуться. У тебя большой потенциал. Ты уже сильный воин, умелый маг. Но этого всё равно не хватает, как ты уже сама могла заметить. Раз за разом я тебя легко побеждаю, что неудивительно и непостыдно. В этом мире существует много смертных, которые могут убить тебя меньше чем за секунду.