— Отлично. Экстренное заседание медицинской коллегии уже созвали, скоро они будут здесь. Когда вам дадут слово, постарайтесь в мельчайших деталях вспомнить и описать всё, что видели, — произнёс Радимов, строго глядя на нас, будто от наших слов зависело будущее человечества.

Мы вошли в просторный зал, в котором сидели пять человек. По центру расположилась председатель градовецкого отделения медицинской коллегии. Рядом с ней сидел Знаменский — главный целитель Первой городской больницы. По другую сторону стола — Удалова. Ольга Алексеевна была не единственным представителем нашей больницы. Закрыв за нами дверь, крайнее место в ряду занял Радимов. Остальные члены комиссии мне были неизвестны.

Честно говоря, я чувствовал себя немного неуютно, словно по моей вине произошла какая-то серьёзная неприятность, и теперь я оправдывался перед комиссией в том, что натворил. И пусть формат был не самый подходящий, ход встречи мне понравился. Сразу сложилась рабочая атмосфера, и мы уже не просто делились случившимся, а передавали ценный опыт, который некоторые члены комиссии стенографировали в свои блокноты.

После заседания Радимов догнал нас в коридоре.

— Спасибо, вы хорошо поработали, — заявил он. — То, что вы рассказали, очень важно! Эта информация, может перевернуть наши представления об этой проблеме.

— Что значит «перевернуть»? Раньше об этом было известно? — удивился Артём. — Почему мы не слышали?

— А ты сам как думаешь? — поинтересовался заведующий. — Если бы о проблеме рассказали, началась бы паника. Носители дара требовали бы незамедлительных действий, а всех поражённых болезнью пытались бы уничтожить. Люди порой способны на безумные вещи. Особенно, если ими управляет страх.

Я припомнил случаи, когда именно с помощью страха перед опасностью обществом умело манипулировали политики и все, кому хотелось нагреть руки на проблеме.

— Раньше такие пациенты уже попадали на Вещий остров, но сейчас никого из них не осталось в живых, а о болезни забыли и считали давно исчезнувшей. Гниль, как её называют здесь, забрала всех. Кто-то продержался лет пять, другие угасали быстрее, не сумев отказаться от использования дара.

— Вы сказали, что наша находка перевернула представления о проблеме, — ухватился я за волнующую меня фразу, оброненную Радимовым. — Но чем мы помогли своим открытием?

— Прежде считали, что это порок, который возникает у некоторых одарённых, но никому не удавалось установить природу возникновения этой болезни. Когда удалось выяснить, что она передаётся от одного одарённого к другому, во время соприкосновения энергии, её назвали энергетической гнилью и стали считать заразной. Случай появления «гнили» в изолированной деревне доказывает, что первопричина — не вирус, потому как найденный вами пациент — единственный носитель дара, не контактировавший с другими одарёнными.