— Спасибо!

— Подумайте о том, чтобы стать зарегистрированным членом клуба! — кричит мне вслед парень.

Не оборачиваясь киваю на ходу. Меня не прельщают все их пряники, хочется поскорее сделать дело и унести отсюда ноги. Хватит с меня прошлой смерти. Да и последние воспоминания о моей второй жизни четко дали понять, кто на самом деле упырь в погонах Дим Димыч. Если такие люди, как он, имеют здесь вес, а то и долю, то ну его на фиг такие предложения.

Сажусь сразу за стол с крупными ставками. Никаких турниров сегодня в клубе нет, и выигрывать мне придется в обычной игре у таких же, может, как Генка, игроманов.

Кроме меня и дилера, за столом сидят шестеро, причем среди них две дамы. Та, что помоложе — чья-то спутница, и она не играет — лишь теребит в длинных изящных пальцах тонкую сигарету, уткнувшись в телефон. А вот вторая целиком в игре, причем комментирует происходящее с азартом. Зовут ее редким именем из скороговорки — Клара. Не знаю, у какого Карла она украла кларнет, но фишек у нее вагон. Статус подчеркивает накинутое на плечи манто, хотя на дворе июль. Впрочем, в помещении не жарко, даже прохладно — работают кондиционеры.

С ней-то мне и приходится зарубиться, когда приходит выигрышная комбинация — «тройка» валетов. Я знаю, что дамочка ждет «стрит» или «фул-хаус», а на руках у нее уже есть две пары, но не дождется она ни того, ни другого. Так и происходит, и я выигрываю почти пятьсот долларов.

— Поздравляю! — заинтересованно говорит она. — Я вас знаю?

— Вряд ли.

Она вскидывает голову и осматривает меня, но я не обращаю внимания. Она не в моем вкусе — слишком густые и длинные ресницы. Люблю естественность в женщинах, а не наносную красоту.

Внимательно следя за следующей раздачей, слышу, как кто-то шепчет Кларе, что я — «тот самый новичок», который в прошлую пятницу стал победителем турнира. Не успеваю подумать, что становлюсь здесь популярным, как мои резервы духа резко падают в ноль — явный признак активной работы системы — а потом перед глазами появляется и результат этой деятельности: поле зрения окрашивается багрово-красным и резко сужается — так, что я не вижу ничего, кроме текста. Я испытываю необъяснимое чувство страха, это какая-то паническая атака, и все, чего мне хочется — бросить игру и скорее бежать домой, в безопасность.

— Ваш ход! — сосед теребит мое плечо. — Не задерживайте!

На ощупь отодвигаю карты:

— Пас.

А сам вчитываюсь в грозные пугающие слова:

Внимание! Вы совершили деяние с отрицательной социальной значимостью!

Отключение интерфейса через 3… 2… 1…

Мир гаснет, и только звуки вокруг — гомон игрового зала, слова партнеров по столу и комментарии дилера — говорят о том, что я все еще жив.