— Да, точно! Помог одной женщине найти пропавшего мужа и получил штраф. А почему не бан?

— Ты же видел — ущерб обществу незначительный. Или помирятся, или для каждого члена семьи развод окажется не худшим вариантом. Что ты чувствуешь?

— В смысле?

— Ты парой слов изменил судьбы нескольких человек — мужа, жены, их детей и родителей… Если они разведутся, а потом встретят кого-то еще, с кем заведут новую семью или семьи — это изменит еще больше жизней. Круги расходятся шире и шире, ты понимаешь?

— Понимаю… — Я хмурюсь. — Это было ошибкой.

— С чего ты взял?

— Но я разрушил семью! Как их дети будут расти без отца? У них же весь мир теперь сыпется…

— То, что ты осознаешь, хорошо. Но не называй ошибкой совершенное из лучших побуждений. Ты же не знаешь, что было бы дальше, не сообщи ты местоположение пропавшего мужа. Может, он ушел бы в еще более длительный загул и влип в неприятности? Его могли ограбить и даже убить. Он мог нагуляться, вернуться в семью, а потом повторить. А может, он стал бы пить так часто, что потерял бы все и с куда большим ущербом для всех? Может, будучи нетрезвым, он стал бы поднимать руку на жену при детях? Понимаешь? Хорошо это или плохо — возможно решить, только зная все альтернативные ветки развития. А ты их не знаешь. Так что это — не ошибка.

Я долго перевариваю услышанное. Потом соглашаюсь с Мартой, киваю и иду налить себе еще чаю.

— Фил, помнишь, ты спрашивал о моем прототипе? — подает голос помощница.

— Конечно! — отвечаю я, возбужденно налив кипятка в кружку больше, чем она вмещает. — Черт!

Бумажным полотенцем стираю пролитое и возвращаюсь к Марте.

— Так у тебя есть реальный прототип?

— У меня — нет, — улыбается она. — Напоминаю, что в характере и манерах этой аватары я использую твои предпочтения. Но вот у этой внешности… С совпадением в девяносто девять целых и две сотых у моей внешности есть реальный прототип.

— Не сто? — разочарованно вздыхаю я.

— Цвет глаз другой, — поясняет Марта. — Запоминай: Дженна Питерсен, тридцать один год, родилась в Парле.

— Это где?

— Южно-Африканская Республика. Замужем, есть дочь… — Она смотрит с сочувствием. — Прости, Фил. Можешь подружиться с ней в «Фейсбуке», у нее есть там страница.

Я хватаю телефон и в мобильном браузере открываю социальную сеть. Залогинившись, в поиске набираю имя прототипа помощницы и нахожу ее — Дженну Питерсен.

С экрана смартфона мне улыбается повзрослевшая Марта. Вот только глаза у нее — карие, а не синие.

* * *

На следующий день мне звонит Константин, только не мой друг-боксер, а Панченко, коммерческий директор «Ультрапака». Предлагает встретиться у них в офисе, и я соглашаюсь. Терпеть не могу невыполненные задачи, пусть и не по моей вине, а эта задача висит в списке не одну неделю.