Я откашливаюсь, привлекая внимание:

— Коллеги, позвольте представить вам Сару. Она представляет интересы всем известного господина Виницкого Николая Сергеевича. Сара?

Дама выходит в центр кабинета, широко улыбается и начинает говорить.

— Спасибо, Филипп Олегович. Рада познакомиться со славным коллективом компании «Доброе дело»! Мы с Николаем Сергеевичем изучили весь спектр услуг, предлагаемых вашим агентством, и пришли к выводу, что заинтересованы в масштабном сотрудничестве с вами! Это касается как «Джей Март», так и всех аффилированных с ним структур и дочерних организаций…

С каждым ее словом лица присутствующих вытягиваются все больше, а я думаю, что Виницкий делает широкий жест. Ведь он знает, что я скоро лишусь интерфейса, и договорные обязательства мы будем исполнять, как самая обычная компания силами обычных людей.

Жест олигарха такой широкий, что мне нет никакой нужды встречаться с директорами и владельцами небольших компаний, отказавшихся с нами работать. И даже если со мной что-то случится, у моих партнеров, как и у всей компании, большое и светлое будущее.

* * *

В клубе спортивного покера людей так много, что меня просят подождать на входе. Охранники переговариваются, поглядывают на меня, а потом один из них подзывает поближе:

— Простите, Филипп, что заставили вас ждать. Вы можете войти.

Они расступаются, и передо мной раскрываются двери, за которыми стоит администратор Антон с улыбкой от уха до уха:

— Рады вас видеть в нашем клубе, Филипп! Давно же вы к нам не заходили!

— Добрый вечер, Антон! Я поиграю?

— О, да, конечно! Проходите! — он берет деньги и отсчитывает столбцы фишек. — Может, все-таки зарегистрируетесь как член клуба?

— Я бы с радостью, — лицемерно развожу руками, — но не могу…

Он ждет, что я продолжу, но я просто сгребаю фишки и ухожу. Мой путь лежит в VIP-зал — играть я решил по-крупному. И не в карты.

За нужным мне столом все места заняты, так что я располагаюсь за спиной одного из игроков, склоняюсь к его плечу и шепчу:

— Добрый вечер, Дмитрий Дмитриевич! Как карта? Масть прет?

Выдержке Димедрола можно позавидовать. Он глубоко затягивается сигарой, а его голова, будто башня танка, медленно разворачивается ко мне. Дим Димыч, опознав, кто его побеспокоил, отворачивается и говорит, смотря на карты на флопе:

— Забыл, как там тебя… Генкин кореш? Тот, что за него долг отдал?

— Он самый.

— Чего хотел?

— Ничего, полковник Шмелев.

— Генерал Шмелев, — дыша перегаром, поправляет Дим Димыч. — После сегодняшних событий дали внеочередное звание. И можешь меня поздравить… Да что такое! Опять «светофор»! — он в сердцах бросает карты, и те скользят по сукну к крупье.