Кажется, я понимаю, о чем он говорит. Илинди рассказывала, что носители часто видят во сне то, что происходит с их копиями в Испытании. Неужели мы с Майком там пересеклись?

— И что мы там делали? — спрашиваю я чуть напряжённее, чем следует.

— Не знаю, — он как-то совсем по-детски улыбается и жмет плечами. — Ты пожал мне руку и сказал, что тебя зовут Фил. А я сказал, что я — Бьорн.

— Ты что-то знаешь об Испытании?

Он не понимает, о чем речь. Вместо ответа на мой вопрос он останавливается, приближает лицо к моему и доверительно шепчет:

— У тебя слишком низкий уровень, Фил. Тебе надо чаще драться.

— Что?

— Я говорю, тебе надо чаще драться, бро!

— С кем драться?

— Вообще.

— Зачем?

— Чтобы твой уровень рос! Тебе тридцать два года, а у тебя меньше двадцати поединков за всю жизнь! Это очень мало! Ты так будешь очень медленно качаться!

Он продолжает мне рассказывать о том, как правильно тренироваться, как прокачивать бойцовые приемы типа ударов рукой или ногой, и я понимаю, что у парня интерфейс, скорее всего, заточен под какой-то компьютерный файтинг типа Mortal Kombat или Tekken[9] . И вряд ли это версия Илинди.

— Братишка, — я зеркалирую его стиль общения, — видишь ли, я и на своем «низком» уровне тебя сделаю. Качать надо добрые дела и свою полезность миру, а не драться.

— Что? — он задорно смеется. — Ты? Меня? Не хочу тебя расстраивать, но со следующего сезона я — профессиональный боец UFC.

— А я чемпион своего города, — меня веселит эта перепалка, тем более до Кости осталось пройти метров десять. — По боксу.

— Ха! Какой бокс, бро? Скорее, по шахматам среди калек, инвалидов и стариков! Ты, конечно, выглядишь здоровым малым, но статистика твоих боев удручающая. Видел бы ты, с кем мне приходилось драться!

Майк продолжает плестись за мной и что-то рассказывать о тюрьме и «деревянном ринге», где он бился насмерть сразу против троих, но слушаю я вполуха. Цель рядом.

Костя взасос целуется с яркой фигуристой блондинкой, чья футболка ничего не скрывает. До него пара метров. Майк продолжает увлеченно рассказывать о том, как он знавал одного русского, с которым сидел в одной камере…

— Извини, я на секунду, — говорю Майку и включаю «Спринт».

Все вокруг на миг замирает, а потом продолжает жить, но уже в три раза медленнее. В таком слоу-мо окружающий шум, вульгарный смех блондинки и речь Майка превращаются в монотонный низкий гул.

Вдох. Делаю шаг, другой, легким касанием дотрагиваюсь до затылка Константина Панченко и активирую «Деинсталляцию интерфейса».

Шаг и еще назад, я снова возле Майка, застывшего с выпученными глазами. Не могу удержаться от подколки и натягиваю ему футболку на голову. Выдох.