— Не так быстро. Давай-ка посидишь пока.

Меня поместили в удобное кресло. Я тупо уставился на свои ноги, не понимая, почему они такие маленькие, а потом до меня дошло: обе ноги ампутированы по середину бедра.

Усадили меня в медицинскую коляску на гравитационной подушке.

Черт… получается, последний год мне пригрезился в капсуле? Но как же… Не может все пережитое быть иллюзией!

Я попытался дотянуться до бао, но меня ждала неудача. Я не чувствовал окружающих энергий, абсолютно ничего. Более того, я и сам был пуст, и когда закрыл глаза, не увидел привычной искры и энергоканалов.

— Что со мной произошло?

Собственный голос показался мне чересчур взрослым: хриплым, севшим. Задав вопрос, я закашлялся: за проведённое в капсуле время горло отвыкло от речи.

— Да ничего особенного, — насмешливо сказал доктор, стоявший прямо передо мной. — Просто провалялся в искусственной коме больше полугода.

Я присмотрелся к мужчине, который становился всё четче с каждой секундой — мои глаза наводили фокус очень медленно.

Обычно врач, какими их изображают во всяких галофильмах. Халат, бейджик, зацепленный за карман пластиковой прищепкой и доброжелательность.

— А почему меня вообще положили в капсулу?

— Думаю, тебя вылечили из-за того, что руководство фабрики должно было отчитаться о проделанной работе про устранению последствий взрыва. Вот и спасли тебя, чтобы их не так крепко взяли за задницу. Тебе просто повезло.

Звучит довольно логично. Иначе бы на меня никто такие деньги тратить не стал. Полгода в медицинской капсуле… Думаю, отправить меня на нормальную планету вышло бы дешевле.

Я обвел помещение взглядом. Десять медицинских капсул, все с потухшими индикаторами — значит, никого внутри нет. Рядом с моей — чистейший столик с набором скальпелей, один из них запачкан кровью.

Грудь жгло. Я опустил взгляд вниз и увидел на груди несколько тонких порезов.

— Ты пробыл в капсуле больше полугода. Медицинские датчики в этой капсулы несовершенны, а местные доктора — криворуки. Провода датчиков буквально вросли в твоё тело. Мне пришлось доставать их варварскими скальпелями.

— Что теперь будет? — поинтересовался я.

Сознание всё ещё было мутным, будто после дневного сна.

От вопроса доктор оживился:

— Будет? Ничего не будет. Не думаю, что ты теперь вернёшься к работе на фабрике. Скорее всего, тебя отправят на один из миров премиум-класса. Не потому, что заслужил: просто из тебя, Нильям, можно сделать отличную общественную фигуру. Мол, корпорация бережет своих и заботится об инвалидах. С тобой станут снимать ролики, покупать твое время. Не об этом ли ты мечтал?