Неожиданно для себя я зевнул во весь рот, в последний момент прикрыв пасть ладошкой. Очень давно не спал. Не хотелось бы из-за такой мелочи получить дебафы в походе. Ладно. Решено.

— Прости, Уна, но не думаю, что стоит всей толпой ломиться в святую святых Великого Рюгуса. Отправляйся одна. И, если будет возможность, захвати брусок Древа Мудрости. — Ну а что? Раз предлагают помощь, будем эксплуатировать по полной. Шила в мешке не утаишь, однако и размахивать им перед носом у каждого встречного я не собираюсь. Нужно становиться не просто параноиком, ныкающимся от каждого шороха, а параноиком, способным извлекать максимум из каждой ситуации. Да, придется открывать часть своих тайн, но в обмен я получу гораздо больше и смогу сохранить другие секреты.

Она задумалась, глядя как будто бы сквозь меня — по-любому получает ценные указания от Покровителя. Чем-то напоминает подвисший компьютер, скачивающий обновления.

— Хорошо, Бон, — кивнула девушка, спустя несколько мгновений. — Ждите здесь, через час вернусь с дарами. Можете пока отдохнуть.

— Договорились, — отозвался я. Поддавшись терзающим душу чувствами, добавил: — Только не зови меня этим именем. Я — не Бон.

— Хах. Идет, — хмыкнула чародейка и, выставив перед собой руку, начала создавать портал. С кончиков ее растопыренных пальцев сорвались лиловые песчинки и закружились в танце, образовывая просторную арку. Уна колдовала секунд тридцать. Глядя на это действо, я пришел к однозначному выводу: для одиночного бегства от врагов навык бесполезен — слишком долгий каст.

Наконец, арка замерцала лиловым, девушка сделала ручкой и, шагнув в волшебную пелену, исчезла вместе с порталом.

— Ты ей доверяешь? — первым делом спросил у Берга. Я прекрасно помнил, как чародейка оставила меня на съедение волкам. Помнил, как она пользовалась исцелением, что у меня в голове слабоукладывается сочетается с Богом Контроля — слишком много в ней загадок. Я опасаюсь удара в спину… Хоть и осознаю, что с ее силой глупо ходить вокруг да около — в бою мы ей не ровня, и вряд ли она это не понимает. Хочется верить, что не стоит ждать от Уны прямого предательства, а вот поматросить и бросить эта девица вполне может.

Рейнджер спрятал в инвентарь лук, размял шею и, усевшись на траву, ответил:

— Более-менее. По сути, она была правой рукой мэра Элиота и, если б не оказалась Отблеском, умерла бы с ним в один день, — он, покачав головой, материализовал вяленое мясо и фляжку с вином. Я уселся рядом, тоже достав припасы.

— Думаешь, Годвин мертв? — спросил Берга. Тот кивнул, скривив лицо в злобной гримасе. — Расскажи, почему ты не оставил его, как это сделали другие?