— Какая? — насторожился Сергей.
— Почему мне так кажется, я объяснить не смогу, просто чувствую… Хозяин мастерской как знал, что к нему придут с расспросами. По глазам видно, что знал. И ответы слишком уж затверженные, заученные, мол, хороший мальчик, работящий, скромный. Я тебе, шеф, больше скажу: он боится чего-то…
— Чего? Думаешь, знает, что Витя связан с криминалом?
— Нет, про уголовников я прямо спросил, мол, не замечен ли. Нет, тут дело не в этом…
— Так он что, прямо сказал, что не замечен, а ты поверил⁈
— Не кипятись, шеф, не так все было. Если человек хочет что-то скрыть, и его об этом спрашивают, он пугается, это видно. Или не видно, если актер хороший. А вот если он скрывает, а спросили о другом, человек испытывает облегчение. И вот это всегда зоркому глазу заметно. Хозяин мастерской прямо дух перевел, когда я про уголовников спросил. Были у него какие-то трения с Виктором, скорее всего, были…
— Это и есть плохие новости?
— Нет, шеф…
— Кстати, почему я — «шеф»?
— А кто? Ты сейчас — мой начальник. Значит, шеф. Почему бы и нет?
— Ладно, давай дальше.
— Следят за тобой… шеф.
Вот это новости…
— Кто? — севшим голосом спросил Сергей, — Уголовники?
— Да тут такая закавыка, шеф… Не уголовники это, больно уж ухватка умелая, ученая. В Красноярске я бы даже сказал, у кого топтун учился…
— Менты?
— Уж не знаю, кому ты дорожку перешел…
Сергей замер. Белогвардейцы? Вацетис? Твою мать, тихая, спокойная жизнь! Врагов больше, чем людей!
— Беляки? Вацетис? — озвучил он свои подозрения.
Камов задумался:
— Непохоже… Белогвардейцы твои — простые вояки, кто бы их учил, как слежку вести. А у Вацетиса всего два подручных было, не они это…
— Так может он новых вызвал?
— Уж не знаю… Ребята ловкие, могут и меня вычислить. Походить за ними?
— Не надо…
Чего тут ходить? Рано или поздно им надоест, вот тогда они пойдут на контакт и сами все расскажут. А чтобы не ОН рассказывал, а ЕМУ рассказывали, нужно ходить да оглядываться.
Завтра — воскресенье, нужно плотно заняться освежением навыков стрельбы. И нож купить.
* * *
На заводе уже отремонтировали все, что Сергей притащил с утра, однако попросили в следующий раз обращаться куда-нибудь еще. А то последнее время мастеру начинало казаться, что «Металлист» работает исключительно на одного ушлого сектанта-нэпмана.
Сергей обещал. Тем более, что расплатившись за сделанное, он понял, что или мастерская начнет работать не позднее понедельника-вторника или он, акула капитализма, останется без денег. Совсем.
Он спрыгнул с ломовой телеги, открыл калитку мастерской…
— Виктор Алексеевич!