— Остались я, Смит и Ракша.
— Ты… Хм… Ты…
— Ах да, я и забыла: проведенная вместе ночь — еще не повод для знакомства.
— Неужели ты прыгнула ко мне в койку только для того, чтобы остаться в команде?
Тресь! Зазвенела громкая пощечина.
— И только потому, что тебе нужно сохранять авторитет командира, я не сломала тебе нос.
— Думаешь, у тебя бы получилось?
— Вот только не надо хвалиться своей службой в супер-дупер спецназе!
— Ну, какой спецназ…
— В штабе, писарем отсиделся?
— Не один я, — усмехнулся Сардж, — Кто-то тоже не сразу признался, где работает.
— Нечем хвастаться. Стоять на вышке — много ума не надо…
— Это там ты первый фраг взяла?
— Лучше бы не брала… Не хочу говорить. Потом, ладно?
— Как скажешь, крошка…
— Чуешь, чем пахнет?
— Какой убедительный кулачок. И пахнет… Переломом носа?
— Угадал. Значит, команда состоит из лидера, двух его приятелей, подружки, родственницы, любовницы и двух приблудных личностей?
— Нет. Команда состоит из меня и моих людей. Точка. Делить ее на тех, кто мне дорог и тех, кем можно пожертвовать — я не стану.
— И куда же собирается вести нас наш вождь?
— Завтра. Все расскажу за завтраком. Меня и так задрало повторять все по новой каждому очнувшемуся. Давай спать.
— А я спать не хочу… — промурлыкала Багира.
— А чего хочешь?
— Не чего… мррр… Кого…
Интересно, интересно, отвлекся от наблюдения архимаг. На долготе Убежища уже наступила глубокая ночь, а там, где находился Рогиэль — только-только садилось солнце, впрочем, спать он в любом случае не собирался. Еще в молодости он пришел к выводу, что тратить время жизни — пусть и безразмерной эльфийской — на то, чтобы лежать неподвижно и видеть странные картинки — просто глупо. Если ему захочется провести время в неподвижности — он займется медитацией. А картины, которые можно увидеть после употребления определенных растений или веществ — гораздо разнообразнее банальных снов. Так что будущий архимаг углубился в магию жизни, что, после применения некоторых практик, позволило ему стать Эльфом-который-не-спит. О чем не пожалел еще ни разу. Даже удивительно, отчего другие маги не последовали его примеру. Инерция мышления — губительна для настоящего ученого.
Вернемся к подопытным образцам. Из своего богатого опыта Рогиэль знал, что после секса люди мог рассказать такое, что никогда не сорвалось бы с их языка. Эльфы, впрочем, тоже. Правда, молодые, с возрастом они учатся контролировать себя в любой ситуации. А суровый гномий секс и вовсе не предполагал никаких разговоров и вообще других действий, не связанных с зачатием.