Не знаю, как уж дед умудрился насобирать этот арсенал, но учеба с оружием мне особо нравилась. За несколько лет я до автоматизма довел полную сборку-разборку, чистку, и, конечно же, стрельбу. Так увлекся, что деду пришлось доставать дополнительные патроны несколько раз через старых сослуживцев, еще имеющих отношение к армии.

К 10-му классу я вытянулся до 185 сантиметров, имел крепкое сухое телосложение и ни грамма лишнего жира. Русые волосы, которые обычно коротко стриг, прямой нос, уверенный взгляд серых глаз. После нескольких драк в интернате деревенские пацаны обходили меня стороной и считали бирюком, так как большее время я проводил в тайге, изредка появляясь в поселке.

Когда я закончил школу, дед связался со старым другом с генеральскими погонами. Через наш военкомат направили меня в славный город Рязань, в Рязанское высшее воздушно-десантное командное Краснознамённое училище.

* * *

Открыл глаза, похоже проснулся, еще и еще раз. Ха-ха, мы проснулись. Так и не успел рассказать о первой жизни. Да, да не ослышались, похоже, я получил новую жизнь, даже три. Что это выходит: я попаданец или перемещенец или извращенец… Да какая, к черту, разница — я живой, да еще и втройне, Ха-ха. Что это меня пробивает на дурацкий смех, и мысли путаются в голове. Видимо, еще до сих пор не осознал степень своего попадания, но, определенно, плюсов гораздо больше, чем минусов — будем жить. Теплые руки подхватили меня и стали кормить, так и понеслись вскачь первые дни моей-нашей новой жизни.

Через пару месяцев уже окончательно привык к мысли, что переродился одновременно в сознании трех братьев, и имею одно общее сознание на всех одновременно. К счастью, память прошлой жизни сохранилась вплоть до мелких деталей. Покопавшись в памяти, даже про себя проговорил наизусть ТТХ сорокапятки из справочника, который лежал в библиотеке деда на заимке, как будто в это время держал в руках открытую книгу.

Управлять тремя телами было сложно, и каждый раз, когда я пытался сконцентрироваться на каком-то конкретном действии, голова начинала болеть, а из глаз текли слезы. Да и, собственно, чем там управлять, нас как кукол пеленают в тряпки, и, разве что, глазами, да голосом можем познавать окружающий мир и издавать звуки, конечно.

Больше всего напрягало, что не могу контролировать организм на предмет пописать и покакать. Вот приспичило попе — и наделала в пеленки. А лежать в сыром, скажу, такое себе удовольствие. Поэтому научился звать криком каждый раз, когда начинал этот процесс, в остальное время лишний раз старался не орать. Но в момент справления потребностей орал знатно — родители реагировали оперативно и по сигналу проверяли пеленки.