отчаливает от пристани, на которой сиротливо стоят два моих кремовых

чемодана.

Не надо быть гением, чтобы догадаться, что этот нехороший человек сбегал,

оставив меня один на один с хищником.

— Эй! Стой! Стой! — закричала я, буквально слетая со ступенек. — Да стой

же! Мошенник!!! Вернись, обманщик!

И тут обувь сыграла со мной злую шутку. Очередной шаг, и шпилька

провалилась между досками и застряла. Ахнув, я задергалась в попытке

вырваться из ловушки. Мне это удалось, но равновесие я потеряла.

Вновь ахнув, я замахала руками и завалилась на бок. Прямо в

бирюзовую воду Катуни.

Холод ударил мгновенно словно пощечина, рывком выбив воздух из легких.

Вода сомкнулась над головой, отрезая от кислорода, и я

забарахталась, все глубже опускаясь на дно.

Честное слово, я неплохо умела плавать. Но здесь вода была просто

ледяной, плюс течение и эффект неожиданности. Вместо того чтобы

выбраться на поверхность, я внезапно начала тонуть.

Неизвестно, чем бы все закончилось, но мне внезапно пришли на помощь.

Бум! И рядом со мной, вызвав множество белых пузырьков, кто-то нырнул. В

следующее мгновение сильная рука схватила меня за талию и потянула

вверх. Я инстинктивно вцепилась в сильное плечо. Перед глазами

замелькали блики света, а легкие уже горели от нехватки кислорода.

Пара мощных гребков, и мы вынырнули.

Я тут же закашлялась, глотая воздух и отплевываясь от воды.

— Держись, тут сильное течение.

Несколько долгих минут мы плыли к пристани. Наконец мужчина подтолкнул

меня к лестнице и сам поднялся следом. Выбравшись из воды, я сразу

же рухнула на колени. Зубы стучали, тело трясло, а пальцы не

сгибались.

— Жива? — сухо поинтересовался он.

Я быстро закивала, поднимая на него взгляд.

— С-спас-с-сибо.

А он неожиданно нахмурился и процедил:

— Пошли в дом. Живо.

— А ты чего раскомандовался? — огрызнулась я, хлюпая носом.

— Может, стоило дать тебе утонуть? — прорычал оборотень, и сделал шаг

вперед словно действительно решил сбросить меня назад в ледяную

воду.

— Да встаю я, встаю, — поспешно произнесла я, убирая с лица мокрые пряди.

— И давай быстро. Навязалась на мою голову.

«Кто это еще на чью навязался, большой вопрос», —

мысленно огрызнулась я, но озвучивать это не стала. Зачем дразнить

зверя?

Осторожно кивнув, я обратила взгляд к речке. По ровной поверхности

пробегали лишь легкие волны и ни следа Кергилова.

— Катер…

— Уже далеко. И вернется лишь через неделю, — раздраженно процедил

оборотень, и его золотистые глаза вновь вспыхнули от ярости.

— Мои вещи…

— Сама понесешь, — припечатал он и снова поторопил: — Давай, приходи в

себя. Сидеть нет времени. Вставай и пошли в дом. И каблуки лучше