— Дорого такое выходит, — почесал затылок Петрович.

— Смотря какой вариант выбрать, — пожала плечами Мира. — Но наш ректор ведь все равно использовал герб Академии? Вполне вероятно, что и какие-то субсидии ЯМы, а то и вовсе частично ее бюджет.

— Более чем вероятно, — кивнул я и тут же нахмурился: — Нам тоже надо будет шторы организовать?

— Нам необязательно, — улыбнулась Мира. — От нашей теплицы до ближайшей многоэтажки больше двух километров.

Я кивнул принимая, ее слова.

Мира перестала улыбаться и посерьезнела:

— Я к чему начала этот разговор. Мы, конечно, не знаем, что вывозили в фургонах в последнее время, но вряд ли оборудование. И тогда у меня тот же вопрос, что и у Михаила Петровича, — она пристально посмотрела мне в глаза и произнесла: — Они просто взяли и оставили такую ценность?

— Такое может быть… — негромко произнес Игоша. — Что, если ректор и правда не может охранять все свои объекты в условиях нехватки людей, вот и стянул всех оставшихся к жилым домам?

— В теории это возможно, — кивнул Святогор. — Смельчаком ваш ректор не кажется. Но… утка же!

— Да что ты с этой уткой все? — удивленно уставился на него Петрович. — Приготовить на ужин, что ли? Ты если хочешь — нормально скажи, порешаем.

— Хватит, — прервал я их и переключился на Вяза: — Хорошая работа, Вяз, ты свободен. Спасибо.

Гвардеец коротко кивнул и вышел.

Все оставшиеся повернулись ко мне. По их лицам я видел, что они уже мысленно приписали мне какую-то безумную авантюру.

Но ведь я не такой.

— Скверно дело пахнет, если честно, — не выдержав, произнес Петрович и покачал головой. — Вдруг там… бомба заложена, ё-моё!

— Возможно, — кивнул я. — Поэтому я пойду один и все хорошенько изучу. Оценю обстановку изнутри. Если это ловушка, я её почувствую раньше, чем она сработает.

На несколько секунд в «штабе» повисла тишина.

— Командир! — резко произнёс Свят, шагнув ближе. — Я не для того стал главой гвардии, чтобы потом объяснять бойцам, почему их господин полёг в теплицах с огурцами. И не для этого людей собираю, тренирую и мотивирую. Если ты погибнешь в одиночной вылазке на каком-то чёртовом овощном складе, это будет не героическая смерть, а срань! Воевать должна гвардия!

— Не только гвардия, — возразил я. — А сейчас у нас в первую очередь не битва намечается, а разведка. Группа создаст шум — раньше времени. А мне всего лишь нужно войти тихо, и прикинуть, стоит ли игра свечь.

— Но не одному же идти! — беспокойно воскликнула Мирослава.

В этот момент на моё правое плечо опустился Рух и сбросил невидимость. От неожиданности Петрович булькнул чаем, отшатнулся и чуть не выронил чашку.