Отправляться за Олой в глухую чащу леса, где она, бедная, сидит в сырой и необустроенной пещере, планировалось сегодня днем. Но, как говориться, хочешь посмешить Бога — расскажи ему о своих планах. Спасательный поход пришлось отложить на завтра. А то и на послезавтра… Перво-наперво, идти придется нам с Аной вдвоем. Что само по себе не есть хорошо, я уже просто боюсь оставаться с ней наедине. А идти нам придется вдвоем потому, что сенатор Гратон заболел. Простудой. Еще бы, если бы я в сто с лишком лет проплыл пару километров в морской воде… то со мной ничего бы не случилось только потому, что я умер бы лет на сорок раньше. Так что Гратону можно только завидовать. Но завидуй, не завидуй, а с постели его не поднимешь (еще и потому, что ухаживает за ним такая симпатичная служаночка…). Кроме всего прочего, мы лишись нашей жутко противной бутылки-детектора. Было это так…

Рано утром, когда мы с капитаном несли куда-нибудь запихнуть отловленного оборотня (то есть утро было не такое уж и раннее), нам навстречу попался хозяин дома, барин Ведомедон-старший. После всех охов-ахов («Куда вы тащите господина Крачева? Как, это и есть оборотень⁇ Да что вы говорите!!»), транспортировки «господина Крачева» в тюремную камеру, было здесь, оказывается и такое помещение, и отправки гонца в город за конвоем, Ведомедон пригласил меня в кабинет не пару слов. Капитан остался во дворе прыгать от нетерпения в ожидании прибытия солдат.

Сообщив мне, в частности, о болезни сенатора, который лежит в постели, пугает кашлем лошадей в конюшне и слабым голосом требует, чтобы юбка у служанки была покороче, а то он, видите ли, успокаивается при виде стройных ножек, барин перешел к главному:

— Вы собираетесь отправиться на поиски похищенной девушки немедленно? — как-то сурово спросил он.

— Ну… Да, — слегка растерялся я.

— Вдвоем с… ее высочеством?

— Да… — я не совсем понимал, что не так.

— Вам понадобится проводник, — безапелляционно заявил Ведомедон.

Ах вот в чем дело… Барин беспокоиться о принцессе, чтобы оранжерейный цветочек не натер ножки, блуждая по лесам в поисках своей подружки. Дудки, если и сравнить Ану с цветком, то разве что с шиповником, за время путешествия я понял, что плакать по поводу сломанного ногтя она не будет.

— Не волнуйтесь, мы не заблудимся, — заверил я барина, — у нас есть одно средство…

С этими словами я вынул из-под стола спрятанную бутыль с лохматой медузой, азартно шевелящей щупальцами. Ночью, после сражения с псоглавцем, я забрал ее из саквояжа сенатора, чтобы предъявить капитану, задававшему примерно такой же вопрос…