И вскоре мы добрались обратно на базу мятежников или революционеров. А может это и вовсе просто были уставшие от произвола смертных различных видов. Каждый определится с ответом сам, но а Викториан помогал это сделать, стоя на трибуне в окружении толпы. Голос его вселял пламя в сердца, а те кто давно лишился всего вдруг чувствовал присутствие надежды. Эфемерной и тонкой, которая в любой момент могла стать ещё большей болью, но всё же надеждой.

— От беспощадных норм на сменах дохнут уже даже орки! Люди так и вовсе не доживают до сорока! А после недавнего закона за долги родителей теперь обязаны расплачиваться дети! Многое можно было стерпеть, многое простить и понять, однако я устал! — кричал Викториан, пока все собравшиеся молчали. — Устал смотреть как мой народ дохнет ради богатства единиц! Меня достал произвол городской стражи! От жиреющих ублюдков в белых кабинетах у меня сводит скулы! И с каждым днём становится лишь хуже! Так может быть пора положить этому конец⁈

И в этот момент на трибуну вдруг вывели пленных стражников, в том числе офицеров. Уставших и избитых, но не слишком сильно. Ведь их лица должен рассмотреть каждый из собравшихся.

— Они брали взятки, закрывали глаза на преступления бандитских группировок, покрывали злодеяния беснующихся с жиру дворян и подтёрлись Правом и Законом прямо на глазах всего народа! — продолжал кричать Викториан под одобряющий гул толпы. — Однако… не все они такие. Есть и те, кто всё это время двигался против системы. Есть те, кто пытался нарушать установленные властью правила и продолжать нести службу не дворянам, а народу. Как думаете, есть такие среди этих людей?

— Что он делает? — возмутился я, не веря в происходящее.

— В силовом блоке у него осталось много связей. Многих достал барон. Поэтому на нашу сторону встанет часть стражи, — пояснил Рэм с удовольствием наблюдая за тем, как Викториану подали меч. — А остальных ждёт смерть.

— Судья и палач в одном лице? Вы казните их просто за то, что они стражники. Это такой же произвол, беспредел и безумие. Что вы вообще творите?

— Мы творим историю, Алексиар, — бросив на меня странный взгляд произнёс Рэм, пока отказавшимся присягнуть Викториану стражникам вскрывали глотки те, кто всё же встал на сторону мятежников. — Эти ублюдки плевать хотели на тебя. Их интересует лишь личная выгода, жопа в тепле. Своими кованными сапогами они мяли хребты народа долгие годы, чтобы их дети поступали в лучшие школы верхнего квартала. Они вырывали из рук бабушек и дедушек осиротевших внуков, чтобы те отработали долги погибших на опасных производствах родителей.