было. Зато было напоминание календаря, заботливо поставленное мной месяц назад:

«Годовщина. Ужин в 20:00. Не забыть подарок».

Я удалила напоминание.

Палец дрогнул только один раз.

Когда двери лифта закрывались, я увидела отражение кабинета в полированном металле:

стекло, свет, люди, которые боялись смотреть прямо, и Денис, вышедший в коридор

слишком поздно.

Он был уверен, что я сейчас спущусь вниз, сяду в машину, поплачу, потом вернусь.

Потому что всегда возвращалась. Потому что нужно было спасать. Потому что я умела

быть разумной даже тогда, когда меня ломали.

Лифт поехал вниз.

Я сунула руку в карман и нащупала флешку.

Маленький чёрный прямоугольник казался почти невесомым. Но внутри него лежало всё,

что Денис по глупости счёл своим: первые версии проекта, мои расчёты, переписка,

черновики презентации, даты правок, комментарии, доказательства того, что «никто»

месяцами строила фундамент сделки, которую он собирался подарить женщине из моего

кресла.

На первом этаже я вышла в холл, где пахло свежим кофе, дорогим парфюмом и мокрыми

пальто. Охранник поздоровался со мной как обычно:

— Хорошего дня, Варвара Андреевна.

Я остановилась.

Странно, но именно это почти выбило меня из равновесия. Простое имя. Обычное

обращение. Без фамилии Дениса в каждом звуке. Без роли жены, помощницы, тени.

Варвара Андреевна.

Я кивнула и вышла на улицу.

Дождь уже закончился, но воздух оставался влажным, острым, весенним. Город шумел,

двигался, жил так, будто ничего не произошло. Люди спешили на встречи, машины стояли

в пробках, кто-то смеялся у входа в соседний бизнес-центр.

Я вдохнула и впервые за утро позволила себе закрыть глаза.

Внутри было больно. Не красиво, не гордо, не литературно — просто больно. Так, будто

из меня вытащили годы и бросили на холодный асфальт. Я вспомнила Дениса молодым, ещё

без дорогих костюмов и уверенной походки. Вспомнила, как мы сидели в маленьком

арендованном офисе с облупившимися стенами, ели остывшую пиццу и мечтали, что

однажды у нас всё получится.

У нас получилось.

Только он решил, что «нас» больше не существует.

Телефон завибрировал.

Денис.

Я смотрела на экран, пока вызов не оборвался. Потом пришло сообщение.

«Вернись. Не позорь меня перед людьми».

Я перечитала его дважды.

Не «прости».

Не «нам надо поговорить».

Не «я всё объясню».

Не позорь меня.

Я выключила звук и убрала телефон.

Потом достала из сумки ключи от машины, но не сразу пошла к парковке. Сначала

посмотрела на верхние этажи бизнес-центра. На стеклянную башню, в которой осталась

моя старая жизнь: мой стол, мой муж, его любовница, встреча, где сейчас очень скоро