— Да, тот еще ублюдок. Но я не поверил, что он всё это начал только лишь из мести за унизительное поражение в семейном суде, когда я его раскатал по полной. Знаешь, где проживает мистер Брэдли Андерсон?

— Предположу, что в Эл-Эй.

— Да ты прямо лейтенант Коломбо, пацан. В Бербанке, прямо в двух шагах от офиса братьев Уорнеров. Это не доказательство, конечно, и в суд я бы с данными фактами не пошел, но…

Совпадение? Не думаю! Вот что всем этим гринго от несчастного пацана нужно? Вот, отменят мою эмансипацию и что? Назначенные опекуны права на тетрис незамедлительно продадут? Хотя… если это окажутся чужие люди из системы, а не мои знакомые, то, наверное, могут и так. Еще и обоснование приложат в духе «мальчишка бы всё профукал и на игрушки потратил, а мы сберегли, вот, целых десять тысяч на трастовом счете осталось».

— У меня испанский мат начал заканчиваться, а повторяться очень не хочется.

— Вечером к себе не едешь, пока не дождешься меня, — напомнил адвокат, — наверняка копы уже выяснили, где ночью парковался приметный фиолетовый лоурайдер.

Прав оказался Лео, я и не подумал сомневаться. Возле моего дуплекса уже стояла знакомая патрульная машина и офицеры, а также плотного сложения лысый, как коленка, мужик в дешёвом пиджаке беседовали с толстой негритянкой лет пятидесяти возле входа в соседнюю со мной половинку дома. Похоже, это моя новая соседка. Вот и повод с ней познакомиться. Женщина показалась мне похожей на хозяйку кота из Тома и Джерри. Этакая матрона с пышными телесами, крупными чертами лица и по-африкански завязанным платочком на голове с бантиком из уголков ткани на лбу.

— Я в десятый раз говорю — не было ни громкой музыки, ни вечеринок, ни запахов курева, ни домашних животных, ничего плохого. Моя кошка Искорка разве что к нему могла заглянуть, она та еще гулёна. Боже, парнишка только переехал и никаких проблем от него нет! — воскликнула женщина. Я как-то сразу симпатией к ней проникся.

— А вот и он сам, — объявил «усатый».

— Мистер Кристобаль Колон? — напоказ не узнал меня «рыжий». — Полиция Эль-Серрито, офицеры Баллок и Кейн. С нами представитель службы опеки округа Контра-Коста. К ним поступил анонимный сигнал о несовершеннолетнем, проживающем в потенциально опасных условиях.

— Я Дороти Дак, — назвалась негритянка, — это мой дом. В одной части сама живу, вторую сдаю. Гони их в шею, парень, имеешь полное право.

Может ли у плохого человека оказаться фамилия, связанная с уточками? Да и в целом неплохой теткой «баба Даша» мне показалась.

— Гилберт О’Нил, — назвался лысый краснолицый дядька.