— Максим, если я ввяжусь в это дело официально, моя карьера может полететь к чертям! Я не боюсь Газовых, но играть в героя и потерять всё из-за того, что захотелось побыть принципиальной, это точно не моя история.

— Ольга Николаевна, — я сделал шаг ближе. — Поэтому я и предлагаю вам не просто прыгать в огонь с головой, а подойти к этому вопросу с умом! У такой умной девушки, точно есть идея, как можно поступить в такой ситуации.

— Максим, давайте без вот этих вот комплиментов. Я не молоденькая девочка, чтобы потерять голову после пары сладких слов и пуститься с вами во все тяжкие. Хорошо, я помогу вам, только есть одна большая проблема! Даже если я подпишу все бумаги, забудьте про честность местных экспертов. Они все получают выплаты от Газовых и боятся их как чумы. Ни о какой независимой экспертизе даже не мечтайте. Результат будет именно такой, который нужен Михаилу, главе рода.

— Серьёзно? Даже одного честного, до мозга костей специалиста не найдётся? Да не может же такого быть! — удивился я.

— Ноль! — коротко ответила она.

Она сунула руку в карман пиджака, достала маленький блокнот в кожаном переплёте. Вырвала листок и что-то быстро туда написала.

— Если вы хотите честную экспертизу, то вам нужно будет ехать в Капитолий, — сказала она, протягивая мне бумажку. — Улица Кленовая, 17. Третий этаж, квартира 45. Ищите профессора Марка Ефимовича Циммермана. Он патологоанатом старой школы, честный до мозга костей, как вы и хотели. Работал в Имперском центре судебной медицины, потом ушёл на пенсию, но до сих пор числится в штате и берётся за дела, которые ему интересны.

— Ого, Капитолий. Это в мои планы не входило, — я присвистнул.

— А в мои не входило стоять тут с вами и обсуждать возможное убийство аристократа. Только вот это наш единственный шанс на объективную экспертизу, — Волгова убрала блокнот в карман.— Но только если вы его уговорите, а это будет не просто. Марк Ефимович упрямый. Деньги ему не нужны, слава тоже. Ему нужна причина, и если он поймёт, что это не просто конфликт аристократов, а на весах находится жизнь ребёнка, вполне может согласиться.

— А если не согласится?

— Тогда забудьте про эту идею! — она развела руками. — Другого варианта у вас нет. Разве что самим эксгумацию проводить и делать экспертизу нам же, но вы же не хотите сесть за осквернение могилы? Хотя, глядя на вас, я уже ни в чём не уверена…

— Ольга Николаевна, я на многое, конечно, готов ради своих клиентов, ну уж не до такой степени! — ухмыльнулся я.

— Идите уже, Максим, — она махнула рукой. — Не теряйте зря время.