— Стас!!! Как же так! Почему так вышло! Почему Леша… А-а-а!!! И деда не приходит в себя!!! И дядя странно себя ведет! Почему так, Стас? За что нам это? Мы же хотели как лучше! Хотели забрать у мерзавцев мощное оружие! Почему же тогда… почему, Стас?! Почему!

Она рыдала навзрыд, а я прижимал ее к груди и гладил по волосам.

— Все будет хорошо, Вита, — приговаривал я. — Лев Алексеевич придет в себя, как Илья Алексеевич. Война закончилась, мы победили.

— Да разве ж это победа?! — отстранившись от меня, воскликнула девушка и посмотрела мне в глаза.

— Ну это точно не поражение, — произнес я строго. — Клан цел и восстановиться. А вражеский синдикат, — я замялся, так как точно не знал, что будет с «псами». Но все же продолжил: — А вот они — вряд ли.

— Они не восстановятся, — буркнула Вита. — Отец сказал, что новый босс собирается распустить синдикат.

— Вот видишь, — улыбнулся я. — Да, всех целей не достигли, но победа есть победа, — я вновь посерьезнел. — Люди сражались за нее и благодаря общим усилиям мы ее достигли. Не умаляй этой победы. Не умаляй усилий павших. Те, кто погиб в этой войне, пали как герои.

— Я… знаю… — потупив взгляд, тихо пробормотала она и снова шагнула вперед, уперевшись лбом мне в ключицу. — Знаю, Стас… но, все равно грустно.

— Это нормально, Вита, — я снова погладил её по волосам. — И здесь ты вполне можешь не скрывать свои эмоции. В этом доме ты можешь плакать, сколько тебе угодно, Вита. А я подежурю и на твоем участке. Не переживай за меня, я справлюсь.

— Спасибо, — всхлипнула она. — Спасибо, Стас…

— Всегда, пожалуйста, — отозвался я и крепко прижал девушку к своей груди, — мы же друзья, — а затем, подняв голову, посмотрел на лестницу, ведущую на второй этаж. — Света, хорош прятаться. Я слышал твои шаги.

Сестра, виновато улыбаясь, продолжила спускаться. Ей прямым текстом велели отдыхать сегодня весь день дома. А ведь даже Миша и Дэн помогают другим работникам клана разгребать последствия вчерашней битвы. Но, справедливости ради, моя сестра утром чувствовала себе, как бы не хуже, чем я.

— Я услышала плач, вот и бросилась к вам. Но потом решила не мешать, — пояснила она.

— И затаилась, чтобы наблюдать со стороны, — хмыкнул я. — Ладно, Света, побудь, пожалуйста, с Витой. А я должен вернуться к дежурству.

***

А на следующий день, в воскресенье десятого июня был мой день рождения. Точнее, день рождения Станислава Георгиевича Лапина — выдуманной личины, под которой я живу уже восемь лет. Однако Вита, Дэн, Миша да и большинство моих друзей и знакомых знали именно об этом дне рождения. Потому с самого утра меня и поздравляли.