— Давно хотел побывать в Японии, — улыбнулся я.

Она чуть отстранилась и заглянула мне в глаза. Сецука вновь улыбалась.

— Такой ответ мне по душе, — проговорила она, затем прикрыла глаза и потянулась ко мне губами.

Холодное солнце… Вспоминая, какой безукоризненно благовоспитанной и мало эмоциональной принцессой она бывает, не подумаешь, что Сецука может так страстно целоваться. Она прижалась ко мне всем телом, запустила правую руку мне в волосы, а левой сжала шею. Я крепко обнимал ее правой рукой, а левой сжал упругую ягодицу.

От ее жара я и сам распалился. И, когда казалось, что уже не остановиться, она оттолкнула меня и отступила.

Ее глаза горели, а лицо украшала довольная улыбка.

— Прекрасно, — проговорила девушка. — Захочешь повторить, приезжай в гости. Буду ждать.

Она взяла косметичку из сумки, подошла к зеркалу, поправила прическу и макияж. Все это время я смотрел на нее, пытаясь обуздать свое естество.

Хорошо, что все так закончилось.

Но хотелось бы иного финала.

— Мне тоже, — взглянув на меня, произнесла она. — Чего ты так удивляешься? — усмехнулась девушка. — У тебя все на лице написано. Мне тоже хотелось бы побыть тут подольше. Но, увы, дела. Спасибо, Стас. Спасибо за… за все. Очень надеюсь, что после моего отлета, мы еще увидимся.

— Непременно, — отозвался я.

Она послала мне воздушный поцелуй и направилась к выходу. Остановившись возле двери, обернулась:

— Обещаю, когда мы увидимся вновь, я стану гораздо сильнее, — твердо произнесла она.

— Я тоже. Обещаю.

***

— Останьтесь здесь, — велел Владимир Константинович Князев тем, кто приехал с ним. Двое из них закурили возле большого черного внедорожника «Краузер. Кёнинг». А третий с цветами в руках направился к другой могиле.

Сам же Владимир Князев, приложив золотую карту к замку, открыл калитку и ступил на принадлежащий ему участок.

Несколько секунд он смотрел на два похожих друг на друга надгробья, принадлежавших его детям. Покачал головой и, пройдя чуть дальше, остановился перед гробницей своей жены.

— Здравствуй, Лика, — произнес он, глядя в каменные глаза красивой статуи, выполненной по образу и подобию его убитой супруги.

Владимир наклонился и поставил пышный букет в вазу, заранее приготовленную работниками кладбища. Затем распрямил спину и снова посмотрел на каменное лицо. Сжал губы и нахмурился. Некоторое время он стоял молча, а затем тяжело вздохнул.

— Наверное, тебе будет интересно узнать, что я встречался с нашим сыном, — произнес мужчина. — Он вырос. И теперь внешне похож на меня. Хотя наклонностями напоминает тебя, — хмыкнул Владимир. — Ты бы им гордилась, я уверен… А вот мне он наговорил кучу гадостей! Я даже и не думал, что он так паршиво ко мне относится. А ведь я всего лишь воспитывал его в том же ключе, что и мой отец воспитывал меня. Ну, может быть, чуть-чуть жестче, но это только потому, что потенциал Стаса выше моего!