Мы снова остановились, на сей раз буквально в двух шагах от крыльца. Кира смотрела мне в глаза, сжала губы и…

Заплакала.

— Спасибо, Стас! — прошептала она и крепко обняла меня.

Надо было сделать это раньше. Все-таки Кира — девочка гордая. Она знает, что не только граймы приносят людям страдания. И готова сражаться за счастье обычных людей. К тому же, когда речь идет о «Золотых змеях». По-любому же винит себя в том, что у нас вообще завязался конфликт с их синдикатом. И раз она причина, то уж точно не может позволить себе отсиживаться в стороне.

Но босс может приказать. И против приказа не пойдешь.

* * *

В полдень с охраной пришел посредник — работник клана Изаксон. Принимали мы его расширенным составом — присутствовали все основатели, кроме Киры. После разговора со мной и завтрака она отправилась приводить себя в порядок. Хотела отдохнуть, а потом продолжить тренировки.

— Не переживай, я не буду сильно перенапрягаться, — пообещала она. — А то вдруг с граймами сражаться, а я разбита, — после чего лучезарно улыбнулась. Похоже, ей действительно стало чуть легче.

Посредник просидел у нас сорок минут, после чего с нашим письмом выдвинулся в сторону офиса «змей».

Мы же в очередной раз принялись обсуждать, как будем вести себя во время личной встречи с нашими нынешними врагами. Все-таки торговаться через записки и посредников — долго и нудно. Изаксоны нам нужны были для начального этапа. Красиво обставить начало переговоров, так сказать.

После обсуждений я сходил проверить пленника. Он сидел в одной из комнат на первом этаже. Окна комнаты были зарешечены, возле дверей дежурил боец с автоматом. Внутри из обстановки только унитаз, рукомойник и надувной матрас. Никакой бумаги, вообще ничего, что можно было бы легко порвать и использовать для создания одноразового амулета.

— Как он? — спросил я у охранника.

— Не буянит, — пожал плечами мужчина. Рядом с ним на гвозде висела одежда пленника. Сам же Николай находился в камере полностью обнаженным. Грубо. Может быть, даже жестко, но теоретически, если оторвать кусок ткани, то и на нем можно нарисовать амулет.

— Открой, пожалуйста, — попросил я охранника и вошел внутрь.

Николай, лежавший на матрасе, поднял на меня измученный взгляд.

— Как тебе у нас в гостях? — спросил я.

— Скучно. И жарко, — отозвался он, усевшись ко мне полубоком.

— Увы, придется терпеть, — вздохнул я. — Мы отправили послание твоему отцу. Теперь ждем ответа.

— Вряд ли вы договоритесь сегодня, — поморщился парень. — Уверен, аппетит у вас зверский. А значит, мой синдикат не сможет его удовлетворить.