— Значит они согласны на наши первоначальные требования, — задумчиво проговорил я.

— В текущей ситуации это для них лучший путь, — кивнул Хромин. — Они понесли потери в ходе войны с нами и во время битвы с граймами. Если они сохранят полную независимость, с большой долей вероятностью станут мишенью для конкурентов. А заключи с нами союз на правах младших членов, они… По факту объединятся с нами в единую организацию. При этом еще и сохранят подобие независимости.

— Станут нашим сателлитом, — блеснула школьными знаниями Кира.

— Договор готов? — повернулся я к Хромину.

— Да, Станислав Георгиевич. Я распечатал экземпляры для ознакомления.

— Выдайте, пожалуйста, всем.

Около получаса мы читали текст мирного договора, а затем вяло его обсуждали. По факту обсуждать было нечего — договор идеален (по крайней мере, в моем понимании).

Я задумчиво посмотрел на часы. Почти восемь. Встреча у меня в полночь…

— Петр Сергеевич, приглашайте Кобрина. Если в течение пары часов подпишемся, можем закончить нашу эпопею уже сегодня.

Мне не терпелось поставить точку в этом глупом конфликте. Получить по сути вассалов, а заодно и материальную выгоду. Кобрин же явно хотел скорее увидеть сына. После ночного боя с граймами, пока я был в отключке, Хромин взял на себя инициативу и переговорил с обоими Кобриными. Как итог, перевел младшего в более удобную комнату, выдал ему одежду и право двух видеозвонков отцу в сутки.

Делегация «Золотых змей» прибыла через час. Чтобы не создавать лютую толкучку, в зале на подписание собрались лишь шесть человек: боссы и вице-боссы синдиката, а также первый советник «Змей» и наш второй советник — Хромин. Официально пока что первого советника у нас нет.

— Станислав Георгиевич, — обратился ко мне Кобрин в самом начале нашей встречи. — Хотел бы лично высказать вам благодарность за помощь во время прихода разведывательного войска. И за то, что помогли мне и моему синдикату в момент предательства Банина.

Он встал и протянул мне руку.

— Не за что, Ефим Николаевич, — ответил я на рукопожатие. — Думаю, на моем месте вы поступили бы так же. А еще я искренне надеюсь на наше дальнейшее плотное сотрудничество.

С подписанием бумаг провозились минут двадцать. А затем мы с Кобриным поставили свои подписи в нужных местах и снова пожали друг другу руки. После впустили остальных основателей «Малахитовых Щитов» и приближенных Ефима Николаевича, включая и недавнего пленника. Встреча отца и сына получилась весьма чувствительной. Кира даже слезу смахнула, а ведь ей младший Кобрин больше всех докучал.