Он первым зашагал к выходу. Поняв, что на сегодня смотрины окончены, Олег облегченно выдохнул и, едва стоя на ногах, поплелся к Игнату. Пользуясь возможностью, фанат принялся донимать своего кумира просьбой указать на ошибки и дать совет. Мучить Олега разговорами, стоя на ногах, Игнат не стал, предложив расположиться на лавочке.

Ну а я не торопился вставать со своей лавки, расслабленно вытянув ноги.

— Не против? — улыбнувшись, спросила Вита, взглядом указав на свободное место рядом со мной.

— Конечно, нет. Это же твой дом, — отозвался я подвинувшись.

Она села и уставилась в потолок.

— Знаешь, я рада, что ты обратился к нам за помощью, — проговорила она спустя несколько секунд.

— Почему же?

— Потому что так ты сможешь своими глазами увидеть, что среди организаций вайлордов достаточно тех, кто действительно заботится о людях. Признаюсь, мне неприятно было слышать твои слова и видеть негативные реакции в свой адрес во время нашей первой встречи.

Теперь она смотрела на меня и мило улыбалась. Я отвел взгляд.

— У меня есть свои причины так себя вести, — холодно проговорил я. — И я не хотел бы, чтобы мы касались этой темы.

— Хорошо, — согласилась она. — Но ты меня удивил. Думала, ты порвешь листок с адресом, который я тебе написала.

— Правильно думала, — усмехнулся я. — Но альбом ведь был не мой. А Миша сохранил.

Она весело рассмеялась, поднимаясь с места.

— Пойдемте уже. Невежливо заставлять деда долго ждать. Да и вам еще домой потом ехать, вы же вряд ли согласитесь погостить у нас.

— Ты права, — ответил я. — Нас ждут дома.

Она открыла рот, чтобы еще что-то сказать, но передумала и улыбнулась.

* * *

У нас было право выбрать дату шидэ. Однако надолго отодвигать это событие, учитывая, что именно Олег запрашивал поединок, было бы грубо. И тень от этой грубости пала бы на секунданта моего друга.

Поэтому оптимальным решением, по мнению Льва Алексеевича, было назначить бой на вечер субботы.

Да, Добрин помог нам с поиском секунданта. Правда, перед этим он выдвинул условие: мы пять вечеров подряд с понедельника по пятницу должны тренироваться в его зале. Понятно, зачем это Олегу. Но мне? Хотя я примерно представлял, что творится в голове Льва Алексеевича, все же задал ему этот вопрос в лоб.

— Как зачем тебе? — изобразил он тогда удивление. — Ты же не оставишь своего друга в трудный момент? К тому же ты сам за него просил. Будешь привозить его, тренироваться, спарринговаться с Игнатом. Такой и должна быть дружба, разве нет?

Отказать я не мог, так что четыре вечера подряд после работы сначала проходил специальный разминочный комплекс, а затем дрался с Игнатом. А вот у Олега все четыре дня были разные противники. После спаррингов нам делали восстановительный массаж и поили витаминными коктейлями.