— А как эта связь закрепляется?

— Весьма традиционно, — сухо ответил Вальтерон.

Я молчала, ожидая продолжения. А он молчал, ожидая, когда я догадаюсь. Однако у меня никак не получалось. Сложно ясно мыслить, стоя полуобнаженной под буквально пожирающим взглядом зеленых глаз.

Молчание становилось все более красноречивым. Щеки зарделись от смущения и стыда. Ну а потом до меня, как говорится, начало доходить. Щеки уже не просто покраснели, они запылали. Я вся горела от стыда и странного томительного желания вот прямо сейчас, в этот момент упасть на огромную кровать и заняться закреплением метки.

— Вы вы за кого меня принимаете? — прохрипела я, отчаянно пытаясь прогнать из головы греховные образы, в которых зеленоглазый шатен играл главную и весьма пикантную роль. — Я порядочная девушка!

— Ты уже говорила, — заметил он.

— Повторяю, чтобы вы не забыли и перестали предлагать мне... вот такое...

— Какое?

— Неприличное! — рявкнула я. — Ничего закреплять с вами я не буду. И истинность мне ваша не нужна, как и подачки! Забирайте ваши наряды! Я сейчас же съезжаю из вашего логова разврата!

Не теряя времени даром, я схватила Мотти, прижала его к себе и...

— Стоять! — тихо, но таким тоном, ослушаться которого казалось невозможным, велел Вальтерон.

Я послушно застыла, хлопая ресницами и чувствуя себя при этом полной дурой.

— Никуда ты не поедешь. По крайней мере, пока я не пойму, что с тобой делать.

— Вы не имеете никакого права удерживать меня здесь! — тут же возмутилась я. — Я буду буду... кричать!

— Кричи, — равнодушно отмахнулся он. — Тут все амулетами скрыто. Никто тебя не услышит.

— И часто вы запираете непокорных девушек? — прищурилась я. — Может, вы извращенец? Заманиваете красивых юных девиц в свое логово, поете сказки об истинности, а потом пользуетесь их доверчивостью?

Фантазия разыгралась не на шутку. Сама от себя такого не ожидала.

— Поверь, — усмехнулся Вальтерон, — мне не надо делать все то, что ты перечислила. Девушки сами спят и видят, как бы оказаться здесь, в моих апартаментах, со мной.

Безусловно, он ничуть не кривил душой, и от этого было противнее всего. За таким мужчиной наверняка бегали толпы девиц, заглядывали ему в рот и таяли от одного только взгляда. И я их понимала. Такие мужчины на дороге не валялись. Мало того, что красивый, так еще богатый. Характер, правда, не очень, но что взять с дракона. Они все были со странностями.

— Мы остаемся здесь, — припечатал Вальтерон.

Он. Я. Кровать. Ясно чем все закончится.

— Не буду я с вами спать! — тут же возразила я. — Даже и не мечтайте.