— А Гитлер ваш где? Утек, мать его? В Антарктиду?

Скорцени вскинул брови. Нахмурился.

— Откуда такая информация?

Надо было воздать ему честь: по-русски диверсант говорил безупречно. Лучше нас с Борькой. Можно было подумать при первом знакомстве, что этот незнакомец со шрамом имеет русские корни в пяти поколениях.

Я бросил быстрый взгляд на своего откровенного друга. Борька осекся, поняв, что сморозил глупость. Проговорился, черт побери! Тут же собрался, проглотил мясо, запил минералкой. Поправил себя:

— А куда ему еще бежать? Везде поймают. Только во льдах Антарктиды и прятаться.

Я краем глаза наблюдал за нацистом. Поверил? Навряд ли. Но принял за шутку.

— Я не о том, где он может быть. А о том, что тебе вообще каким-то образом известно, что фюрер покинул Берлин.

— Не покинул, а позорно бежал, бросив свой рейх. Чего тут удивительного?

Теперь Борька вынужден был врать напропалую:

— В подземке у нас был приемник. «Телефункен» — я даже название запомнил. Так вот, по нему, мы слушали радиоэфиры союзников. Там сплошь и рядом о твоем Гитлере.

— И что? Вся информация сводилась, что он в Антарктиде?

— Да кто как говорил, — отмахнулся Борька, умеющий врать с три короба. Теперь он сел на свой любимый конек. — Англичане, к примеру, полагают, что твой хозяин в Аргентине. Американцы, что где-то в Африке. Французы — те называют какой-то м-мм… Сенегал, что ли? — при этом он бросил взгляд на меня. Дескать, правильно ли все говорит? Я прикрыл глаза, отпивая глоток коньяка. Борька воодушевился. — А Антарктиду я сам придумал. Рассудил так: если твой фюрер с усиками и челкой появится где-то в известном всем месте, его тут же узнают. Сколько он евреев погубил в лагерях? Помяни мое слово, германец, за ним будут охотиться разведки всего мира.

Борька бросил взгляд на меня, как бы ожидая подтверждения. Я молчал. Ведь именно от меня он узнал, что будет происходить после Победы. Ему и майору Гранину, а также всему Конструкторскому Бюро в лице Ильи Федоровича, Королева, Яковлева, Ильюшина, я рассказывал, например, о том же Нюрнбергском процессе. Делился по вечерам после работы всем тем, что сам знал из интернета. Вот Борька и вспомнил, как я ему рассказывал, что за верхушкой нацистов после войны будут охотиться разведки МИ-5, Интерпол, Моссад, ЦРУ, КГБ…

От Скорцени не скрылось, как Борька бросил взгляд на меня. Он уже давно уяснил для себя, что я и есть тот секретный конструктор, что внедряет на русских фронтах разработки новейших технологий. Технологий из будущего.

Что делать? Я приготовился к худшему. Сейчас все вопросы будут обращены ко мне.