— Интересно, из каких денег ты собираешься сделать столь щедрые выплаты? Опять отцу в кошелек залезешь? — ехидно осведомился Лех Шустрик. — Это, конечно, можно, только вот сам напортачил, самому и отвечать, я так считаю.

— Ты прав, дядя Лех, я где­нибудь найду деньги и расплачусь с трактирщиком, — сказал Марк.

Побыстрей бы уже закончился этот разговор. Итак, все понятно, дядя его не выдаст, а с трактирщиком они найдут общий язык. Что­нибудь придумают.

— Расплатится он. Ладно, ты об этом не думай. Вопрос с трактирщиком я беру на себя. Заплачу лично из своего кармана, но только учти — эти деньги все­таки придется отработать. Это раз. Два — тебе предстоит еще разговор с Крушилой. Ты что думаешь, ему, как директору Академии, не доложат, чем занимаются его подопечные, пока находятся в увольнении? Вот то­то и оно. Крушила мне уже звонил. Интересовался, как с тобой быть. Сразу отчислить, или сначала выпороть. Но это он не со зла, ты же знаешь дядьку Крушилу. Погневается, потом отойдет. Пока доедешь, уже полегче будет.

— Я все сделаю, дядя Лех, — покорно согласился Марк.

— Это как раз понятно, что сделаешь.

Лех Шустрик вернулся к себе за рабочий стол и уставился на Марка, словно очнувшаяся от спячки сова на добычу.

— Какие планы на будущее, сынок?

— Так. Закончить Академию, пройти практику и пойти служить на благо Родины.

— Это, конечно, ты правильно все сказал. Только я спрашивал про планы на ближайшие пару часов.

— Вернуться в Академию, поговорить с дядей Крушилой… — неуверенно начал Марк, чувствуя, что в вопросе явно скрывался подвох.

— Вот дурак­человек. Ты когда в последний раз мать с сестрой видел, а братика меньшого на руках держал? С отцом когда разговаривал? — напал на него Лех Шустрик. — В общем так, слушай мою команду. Берешь ноги в руки и в обход по родным. Чтобы никого не пропустил. Когда еще тебя лихим ветром занесет в наши края. Хотя, да, я даже догадываюсь, когда… Это тебе снова надо какой­нибудь трактир по бревнышку разнести. Только убедительная просьба. Запомни одну простую истину. Снаряд два раза в одно и то же место не падает.

Лех Шустрик явно наслаждался ситуацией.

— Можно только не сегодня, а то поздно уже, — сказал Марк, покосившись на большие настенные часы с маятником.

— Это ты прав. Это точно поздно. Совсем меня заболтал. Вот что у тебя за талант такой. Бу­бу­бу, прямо не остановить, прямо как из пулемета.

Лех склонился над столом и зашарил руками. Через минуту он вытащил бутылку, судя по этикетке — это был дорогой коньяк.

— Раз ты все понял, предлагаю закрепить понимание рюмкой­другой этого божественного напитка. Ты же не откажешь старому дядьке в удовольствии и составишь ему компанию. Ты же мне всегда как сын…