Горел лес. Дымом несло за несколько километров. Небо покрылось копотью и все вокруг было как в тумане. Еще десять минут назад ничего не было. И вот они въехали на задымленную территорию. На несколько минут продвижение полка приостановилось. Вдоль длинных рядов всадников помчались вестовые, проверяя состояние полка. Народ загомонил, тревожась.

— Что там такое? — спросил сам у себя Серега, напряженно вглядываясь в даль. Только из-за блеска кирас ничего не было видно.

— Лесной пожар. Думаю, что это наши постарались, — ответил Дорин.

— А зачем нашим леса жечь? — спросил Одинцов.

— Чтобы врагу не досталось, — довольно осклабился Лех Шустрик.

После вчерашней попойки ему изрядно полегчало, и он, похоже, вернулся к прежней форме.

— Наш Красноградский полк последний. Мы плетемся в хвосте. А с других сторон подошли полки Салимска, Мирополя и Пинига. Вероятно, они уже вступили в бой с врагом, — разъяснил Дорин.

— Честно говоря, я не очень понимаю, из-за чего началась эта война, — сказал Серега.

— Давняя вражда. Ромен Большерукий, князь Вестлавта, с Болеславом Боркичем помимо всего прочего еще и женщину не поделили. Ольга, жена Болеслава должна была выйти замуж за Ромена, только Боркич выкрал ее и тайно обвенчался. Вот Большерукий простить не может.

— Прямо шекспировские страсти, — недовольно пробормотал Одинцов.

— Какие какие страсти? — заинтересовался Дорин.

— Шекспировские, сказитель такой был. Сочинял разные пьесы для театров.

— Кхм, не знаю такого, — покачал головой Дорин.

— Да не важно, — отмахнулся Серега, боясь развивать скользкую тему. Вдруг Дорин заядлый театрал и знаток всех новомодных драматургов.

Неожиданно колонна пришла в движение. Одинцов подождал пока предыдущий десяток отъедет на небольшое расстояние и тронул поводья.

Волчий отряд ехал от остального полка чуть в стороне. С другими наемниками, из которых состоял полк, пока Одинцов общий язык не нашел. Да и некогда ему было.

Чадный туман вокруг становился все гуще и гуще. Уже и солнца не было видно.

Неожиданно лес закончился, и дорога выбежала на пригорок, откуда открывался вид на долину, перечеркнутую широкой рекой, прямой словно полет стрелы. На высоком холме на противоположном берегу реки стоял замок. Мощная крепостная стена шесть сторожевых башен и возвышающийся над всем замком донжон. Судя по суете вокруг замка, его властитель уже знал о подступающей армии и спешно готовился к долгой осаде. По опущенному мосту в замок стекались повозки из окрестных деревень, наполненные провиантом. Хуже всех пришлось деревням, находящимся по другую сторону реки. До них уже добрались войска вестлавтцев и запалили. Отсюда и нестерпимый дым. А реку усеяли сотни лодочек, на которых уцелевшие жители переправлялись на другую сторону, чтобы искать защиты у властителя замка.