— Ты же слышал звуки горнов. Они возвещали о перемирии. Мы не можем его нарушить, — разъяснил Лех Шустрик.

— Что за глупость? Какое перемирие?

— Это фургон магиков. Наше нападение совпало с тем, что они находились в замке. Магики никогда не участвуют в войнах. Они вне наших распрей. По неписанному закону, если магик оказался на поле боя, сражение прекращается, пока магик не окажется в безопасности.

— Большей глупости я не слышал, — оценил Одинцов.

— Ты просто не понимаешь, что будет если кто-то обидит магиков. Мало ему не покажется. Магики больше не приедут в этот город, поселок, деревню и настанут тяжелые годы.

— Запугали они вас тут, — буркнул Серега.

Подъемный мост встал вертикально, надежно закрывая ворота в замок. Момент был упущен.

— Чего застыли на месте⁈ — рявкнул Одинцов. — Пошли наводить красоту. Как никак в гости идем. Надо соответствовать.

* * *

Тайный ход в замок Дерри был спрятан в густом лесу в двух километрах от места высадки вестлавского войска. После того как фургон магиков скрылся из виду, возобновился артобстрел замка, а командиров сотен, полусотен и десятков вызвали на совет в спешно установленную палатку воеводы Глухаря, предводителя вестлавской армии. Одинцову пришлось идти, хотя душой и телом он рвался в леса на поиски тайного хода. Какое там совещание, когда у него верный козырь в рукаве. Только вот делиться козырем с начальством он не спешил. Лакомый кусочек для себя приберег. Вместе с Волком на совет отправился десятник Черноус. И хоть от его десятка остался жалкий огрызок, с должности его пока никто не снимал, так что и на совет обязан явиться.

Воевода Глухарь, возглавлявший отвлекающую операцию, был дородным мужчиной средних лет. Лысая голова с глубоким шрамом по всему черепу, густая борода и усы, продернутая сединой, и цепкий хищный взгляд угольных глаз. На его черном доспехе красовался снежный барс в прыжке — родовой герб рода Глухарей.

Он встретил командиров возле своей палатки. После чего десятникам и полусотникам приказали остаться снаружи, внутрь допущены были только сотники. Полчаса воевода Глухарь диктовал свою волю подчиненным. Одинцов уже замучался ждать. Его больше интересовало не поле боя, а диверсионная вылазка в стан врага. Черноус видел мучения Волка, но решил не вмешиваться.

Вскоре из палатки вышли сотники и разбрелись по своим подразделениям.

Сотник Джеро отвел в сторону семерых уцелевших при переправе десятников и неспешно разъяснил обстановку. Через час должен был начаться штурм замка Дерри. К этому времени основные силы воеводы Скороватовского должны подойти к крепости и занять стратегические позиции. Задача, возложенная на воеводу Глухаря, сводилась к оттягиванию основных сил противник на западные стены замка. Когда враг увязнет в бою, солдаты Скороватовского должны подняться на восточные стены крепости и ударить в тыл противника.