Борода особо на курсе не распространялся о своем увлечении. Знать — все знали. Но Борода никогда и никого силком на свои спектакли не затаскивал. Но всегда был рад и счастлив, если друзья обращались с просьбой о контрамарке. Никогда не отказывал. Гамлет еще до отъезда на каникулы договорился с Бородой. Тот его обрадовал, указав на то, что аккурат в желанный для Гамлета день будут играться «Маленькие трагедии» Александра Сергеевича, нашего всё и солнца — Пушкина, в которых Борода занят в роли ни много ни мало Дон Гуана в «Каменном госте». Что называется, знаковое совпадение. Как раз на злобу дня для двух влюбленных на пороге потери девственности!

На метро доехали до «Проспекта Маркса», бодро зашагали к Герцена. Юля первая издалека заметила Бороду. Тот стоял в некотором отдалении от дверей, ежился от холода и внимательно всматривался в подходивших к театру людей.

— Гамлет! Слава Богу, ты пришел!

Гамлету показалась несколько чрезмерной радость Бороды, когда он заприметил его и Юлю.

«Может, специально для Юли разыгрывает, — гадал Гамлет. — Мне очки поднимает?»

— Конечно, пришли. — Гамлет недоумевал. — Договорились же! Привет!

— Привет, привет! — Борода неожиданно обнял Гамлета. — Привет, Юля.

— Привет, — Юля тоже чувствовала некую несуразность в поведении однокурсника.

Борода был вынужден на мгновение отвлечься, чтобы кивнуть Юле. Было видно, как что-то не дает ему покоя, держит в напряжении.

— Проблемы? — Гамлет испугался за свои контрамарки и возможную большую кляксу на странице, описывающей столь замечательный и значительный, можно сказать — исторический — день в их романе с Юлей.

— Да! — Гамлет похолодел. — Умоляю тебя — выручай!

Суть проблемы сводилась к следующему — труппа театра потеряла бойца в тот момент, когда без него никак. И не просто бойца, а протеже Бороды. Именно он уговорил режиссера взять на маленькую роль своего одноклассника, которому вынь да положь полицедействовать.

— А он, свинья, напился! День, видишь ли, перепутал, падла! А я с ним столько репетировал отдельно от режиссера! Да и это — хрен с ним! Ты представляешь, что будет, если его пьяного на постамент поставить⁈ Чтобы он простоял не шелохнувшись минут двадцать⁈

— Почему на постамент? — удивился Гамлет под хихиканье Юли.

— Так ему досталась роль статуи Командора в «Каменном госте».

— И ты хочешь… — запунцовел Гамлет.

— Он хочет, чтобы ты стал статуей! — веселилась девушка.

Борода послал ей воздушный поцелуй:

— В яблочко! Ты же помнишь, дружище, «Каменного гостя»?

Гамлет ни черта не помнил, но перед Юлей позориться не хотел и потому ответил: