Прежде чем отправиться на поиски машины, я достал из кабины фуры папку с документами и нашел путевой лист. Ага, продукты ехали аж с Краснодарского края. Нет, туда я за едой не полечу…

Трасса на удивление свободная: можно без проблем проехать на машине до города. Да, хватало вылетевших с дороги или врезавшихся в ограждение машин, но складывалось впечатление, что дорогу специально освобождали: все перевернутые машины оттянули на крайнюю правую полосу, остальные были свободны. Нашлись же доброхоты!

Я пролетел вперед, отбраковывая вариант за вариантом: у этой мазды перед всмятку, у крузера колесо пробито, а розовый форд — просто пидорский…

Старенький, потрепанный грузовичок Киа Бонго стоял у ограждения. Передняя дверь машины открыта нараспашку. Я заглянул в кабину, но следов мертвячьей жижи на сидениях не нашел. С автомобилем всё в порядке: стекло целое — в основном водителей, которые превращались в зомби, после аварии либо выбрасывало через лобовое стекло, либо пыталось выбросить. Тут же на стекле ни царапины. Ключ в замке зажигания, бензин… А вот бензина нет.

Но не страшно, топливо можно нацедить с марка, которому повезло меньше: машина вылетела с трассы и намоталась на дерево. Удивительно, но бензобак уцелел.

На возню с грузовичком я потратил десять минут, зато завёл его сразу. Чтобы вернуться и перегрузить ящики в кузов, я потратил ещё пятнадцать минут. До города доберусь быстрее, чем на ковре, вдобавок с консервами. Глядишь, и по пути что-нибудь найду. Хотя вряд ли: чем ближе к городу, тем меньше шансов найти что-нибудь неразграбленное.

Я попытался отыскать какой-нибудь радиоканал, но обломался: радиостанции еще никто не запустил. Хотя сомневаюсь, что на первых каналах станут крутить новости или что-нибудь нормальное: скорее всего, забьют весь эфир пропагандой. Особенно если радиостанция окажется у военных.

Вообще, очень хуево все получается: в двадцатом году коронавирус нехило шатнул экономику, два года восстанавливались, да так до конца не восстановились. Теперь же вообще половина мира погибла, если не больше! И не постепенно, а разом! После такого мир и за десять лет не восстановится. Те же военные до сих пор не дают о себе знать. В армии рядовой состав — самый многочисленный, в большинстве своем всегда тусуется вместе, и когда бойцы обратились в зомби, они были рядом с товарищами. Сразу минус половина рядового состава, нахуй! Пока в каждой части сообразили, в чем дело, наверняка потеряли две трети людей, если не больше. Тех же танкистов я далеко не толпы наблюдал — горстку.