Некоторые кланы использовали скелетов, зомби и даже гулей в качестве охранников и стражей в своих лабораториях или библиотеках, где те сидели на цепях, с артефактами подавления запахов. Кто-то загонял нежить в рвы, кто-то умудрялся даже наполнять рвы водой и закидывать туда тела свежеубитых водоплавающих монстров. В общем, после наступления некроапокалипсиса люди потеряли девять десятых городов, пожали плечами и принялись жить, используя новые возможности. Если бы кто-нибудь еще сумел натравить нежить на нежить — озолотился бы. Но некромантов, как я сказал, уже не осталось. Тот длиннозубый мужик тоже пока до этого звания не дотягивал — управлять мертвецами он мог лишь через артефакт, и то — теми, кого убил сам.
Но нам предлагали изучить навык и заменить архетип. Не знаю, как Глебос, а я точно к такому не готов.
— Ты хочешь менять архетип на некроманта?
— С дуба рухнул⁈ — возмутился пацан. — Да у меня лучший архетип в мире! Я думал, ты хочешь.
— Я не готов менять шанс создавать големов на архетип некроманта. К тому же, никто не даст гарантии, что использовав свиток, я действительно смогу поднимать мертвых. Напомню тебе, что некроманты уже были, и после знакомых тебе событий они утратили свои силы. Не факт, что этот свиток даст возможности, которых люди уже лишились. Возможно, как и у служителей Ксантии, у тебя появится лишь черная строчка в статусе, а напротив навыка будет написано «Заблокировано».
— Тогда не вижу смысла здесь находиться.
— Аналогично, — выдавил я.
Сердце обливалось кровью, когда я кинул прощальный взгляд на артефакт. На черном рынке такая штука могла уйти больше, чем за сотню золотых. Кажется, я даже слезу пустил.
Как только мы вышли, дверь захлопнулась, и трещины и выбоины начали зарастать на наших глазах. Это продолжалось две-три минуты, а после перед нами оказалась сплошная стена. И я уверен, что даже если мы сейчас раздолбим ее, комнаты за каменными блоками не обнаружим.
Глава 21
Проснулся я бодрым, наполненным энергией, и сразу вскочил с кровати — нечего разлеживаться. Оделся, спустился в зал трактира, умылся, и поспешил за столик.
Глебос уже сидел внизу — пил чай и макал блинчики в варенье. Я присел за соседний столик. Официантка, подскочив по щелчку пальцев, быстро перечислила, что она может принести мне на завтрак, и, выслушав мои пожелания, убежала на кухню.
Позавтракали, порознь вышли из поселка, и только тогда заговорили.
— Как, готов получить свои золотые? — спросил я напарника. Экспроприированная у гавриков пространственная сумка оказалась не привязанной к предыдущему хозяину, потому отошла Глебосу, пацан же взамен выдал мне половину ее стоимости в серебре. Прочие вещи продали и разделили монеты пополам. Но это — лишь приятное дополнение к сделке, которая должна пройти сегодня.