Форкхово дерьмо! Давненько мне не доводилось сражаться с сарнитским кораблём в одном лишь космодоспехе. Хотя чего уж там, и находясь внутри собственного космического корабля, я давненько не сталкивался с целым сарнитским кораблём.

Эх, сейчас бы мой любимый флагман «Львиный коготь» был бы очень к месту.

Да и любой бы другой корабль из эскадры подошёл ... Но увы, в своём последнем путешествии в качестве наследного принца Александрии я был без эскадры. А «Львиный коготь», к сожалению, неодушевлённое летательное средство, и переродится как сарнит-вместилище, очевидно, не смог бы.

Да, столкновение с вражеским кораблём породило внутри меня ностальгическую бурю, однако я таки смог быстро починить эмоции и полностью сконцентрироваться на сражении.

Двадцать космодесантников, поддерживающих вокруг себя облако альтеры, уклонялись от шаров рахны и атаковали гигантское тело сарнита-вместилища. Кто-то бил с небольшого расстояния дальнобойными техниками жи́вы, кто-то лупил кулаками, концентрируя энергию жизни в стихийных перчатках, а в секунды отдыха и восстановления потраченной энергии, стреляя в тварь из лазеров. Некоторые пошли дальше — в режиме автобоя стреляли из лазеров космодоспеха и в этот же момент поддерживали Леса Погибели. Синие деревья из воды, оранжевые из пламени, голубые изо льда и белоснежные из молний, проросшие на гигантской спине сарнитского корабля, постепенно распадались, обращаясь яростными дикими зверьми, вгрызающимися в плоть монстра. И пусть большую часть этих созданий разносило на крохотные энергетические частицы взрывами шаров рахны, тех, кто оставался цел, вполне хватало, чтобы выбивать фонтанирующие тёмно-зелёной густой кровью борозды на корпусе вражеского корабля.

Красиво, Форкх меня дери! Столько разноцветных зверей! Сделаем-ка ещё больше!

Я не успел уклониться от очередного заряда рахны, так что, сконцентрировав альтеру в обоих предплечьях, встретил его двойным блоком, надавил и уничтожил!

В этот момент я почувствовал, что внутри моего тела сконцентрировано достаточно жи́вы. Выдохнув, я выпустил её через поры кожи. Не найдя преграды в моём космодоспехе, жи́ва, принимая форму, вышла наружу. Через две секунды она обратилась в пятнадцать золотых львов.

Всего год назад мои золотые львы выглядели не очень привлекательно. Красивым мощным и сбалансированным я мог держать лишь одного льва — Алана. Остальные были его хилыми подобиями — Алохами.

Теперь же это были настоящие статные золотые хищники. Молнии расходились ото львов во все стороны. Яростно раскрывая пасти, будто рыча, львы Аланы порождали все новые и новые заряды.