— Брадур! — на лице Игумена можно было одновременно разглядеть и радость, и недовольство. — Веди себя прилично! Не выражайся в присутствии дам!

— О! — дворф уставился на покрасневшую Лию. — Мои вам пардоны, мать вашу! Уж не обессудь, королевна! Надеюсь, мать вашу, ушки-то твои цветущие не завянут!

— БРАДУР! — повернув голову, рявкнул на него Спар-ши. — ДЕРЖИ ЯЗЫК ЗА ЗУБАМИ!

— Не, ну че сразу-то? Мать вашу… — пробухтел в сторону бородач.

Ареманец тихо рыкнул и, поднявшись на ноги, подошёл к Лие.

— БЛАГОДАРЮ ТЕБЯ, ЧЕЛОВЕЧКА! — не дожидаясь от неё ответа, он вразвалочку направился ко мне. — ТЕБЯ ИНТЕРЕСОВАЛО, ПОЧЕМУ ОНИ СО МНОЙ, — крокодил махнул чешуйчатой лапой в сторону дворфа и жреца. — Я ОБЕЩАЛ ТЕБЕ, ЧЕЛОВЕК. И Я РАССКАЖУ. БРАДУР И АВГУСТИН — БЫВШИЕ РАБЫ. Я ВЫКУПИЛ ИХ. И ОНИ БЛАГОДАРНЫ МНЕ.

Заявление рептилоида оказалось настолько неожиданным, что я даже сразу не нашёл, что ответить, потеряв на мгновенье дар речи.

— Зачем они тебе? — вместо меня выговорила Йоко. — Группа поддержки?

— Р-Р-Р!!! — резко повернувшись к ней, крокодил зарычал. Но тут же взял себя в лапы, фыркнул и прогремел: — РАБСТВО НЕ ДОЛЖНО СУЩЕСТВОВАТЬ!

— Как бы он отреагировал, — шепнул мне на ухо Рольф, — если бы узнал, что на Земле есть крокодильи фермы?

— Р-Р-Р!!! — Спар-ши всё же услышал его глупую шутку и заревел. — НИКТО НЕ ДОЛЖЕН БЫТЬ РАБОМ! НИ В ЭТОМ, НИ В КАКОМ ДРУГОМ МИРЕ!

— Ладно-ладно, — наш воин примирительно поднял руки, — не кипятись так, а то температура поднимется. Гляжу, тема для тебя и впрямь животрепещущая! Чего ж так?

— Р-Р-Р… — отвернувшись в сторону, выдохнул ареманец. Игумен и дворф медленно подошли к Герою. Брадур по-братски хлопнул крокодила по спине (хотя из-за разницы роста удар бронированной рукавицей пришёлся рептилоиду по почкам), а старик погладил плечо Спар-ши.

— Ты поклялся все рассказать, — бестактно заявила Йоко.

— Я ПОКЛЯЛСЯ ОТВЕТИТЬ НА ВОПРОС ГЕРОЯ ИВАНА, И Я НА НЕГО ОТВЕТИЛ! — вскинув голову, бросил ареманец. В тот миг мне показалось, что в его глазах блеснула влага.

— Хм… какой чувствительный крокодильчик… — тихо усмехнулась Йоко и, столкнувшись глазами с Джоном, добавила: — Как ты прям.

Наш паладин смущённо отвернулся, а Спар-ши и вовсе не обратил внимания на высказывания японки. Он замолчал, глядя на траву у себя под ногами. Его ноздри с жаром раздувались, выдавая бушующие под его чешуйчатой шкурой чувства. Похоже, его одолевали неприятные воспоминания о собственном прошлом.

— Не хочешь же ты сказать, — медленно начал я, — что приобрёл независимость, только чтобы бороться с рабством?