— Шарлатанства? — переспросил Герман.

— Иначе назвать мир вирутальных иллюзий у меня язык не поворачивается. Впрочем, вы не подумайте, на самом деле я думаю немного иначе, просто дело в том… — попытался объяснить эксперт, но стушевался и замолчал.

— Ну у нас тут задачка не такая сложная, — перешел к делу подполковник. — Мы пока только предполагаем, что с этой игрушкой связано некое послание. Шифр.

— И от кого же ваш хитроумный шифровальщик пытался скрыть информацию? Подожди, позвольте угадать: судя по примитивности и наличие зеркальной несхожести букв… Неужели от самообучаемого виртуального разума? — с ходу предположил Генрих Яковлевич.

Оперативник растерялся:

— Хм, не знаю. Интересное предположение.

— Тогда давайте начнем. Как говорят в таких случаях: не расшифруем — не узнаем, — улыбнулся эксперт, радуясь придуманной им самим поговорке. — Итак, а где же у нас шифра?

Немного растерявшись, Герман посмотрел на следователя, а потом на пластиковый алфавит в руках эксперта.

— А это разве не…

— Нет, голубчик. Это у нас однозначно — ключ. С помощью него можно произвести расшифровку или как говорят распознать закодированное послание. Но для этого нам нужен сам текст. Уж простите, без него я, увы, бессилен.

Герман задумался. И в этот самый момент заговорила молодая сотрудница:

— Я, кажется, знаю о чем идет речь. Текст направленный в Illusion от лица Битого Кода. Что если это не предупреждение, а передача информации?

— Ну вот видите, Герман Алексеевич, какое толковое поколение вы воспитали. Уверен, она станет хорошим приемником, — обрадовался эксперт.

Девушка слегка зарделась от полученной похвалы. Быстро активировала клипсу, надиктовала запрос и вывела на проектор информацию из дела.

Генрих Яковлевич приподнял очки, наморщил лоб, глаза подслеповато сузились, превратившись в крохотные щелки. Его губы зашевелились, повторяя слова из обращения в службу поддержки.

Несколько минут он молчал, потом вытер вспотевший лоб. Опустил голову и уткнулся в алфавит. На чистом листе бумаги стали появляться буквы, которые складывались в причудливые, казалось бы, ничего не значащие слова.

— Ну что там? — не удержалась следователь.

— Не надо так напирать. Не мешайте мне работать. Тут дело не шуточное, — откликнулся эксперт. — С одной стороны — шифр простой. А с другой — есть заковыка. Только не пойму, в чем она. Я, конечно, могу ошибаться, но по всей видимости у ключа имеются некие защитные элементы.

— Может быть, дело в том, что разгадка предназначалась для человека, а не машины, — предположил Герман.