Она смеется, и отвечает все так же шепотом:

— Ты же уже все вроде просмотрел, не ужели не надоело? Нового там точно ничего нет—

— Что ты маленькая, как может надоесть красота— Говорю я в ответ с улыбкой и продолжаю, все тем же трагическим шепотом — А ведь нет ничего красивее обнаженного женского тела. Загадка природы, которую так хочется разгадать—

Обнимаю ее, сняв уже под шумок и рубашку, и то что под ней, и любуясь на прекрасные прелести, говорю:

— И я непременно разгадаю эту загадку природы—

И целую ее, постепенно вновь переходя все ниже и ниже. Прелестная шейка вздрагивает под губами, великолепные плечи манят к ним прикоснутся. И ниже, а там и вовсе прелести, которые хочется и затискать и зацеловать, что я и делаю.

А Оля откинулась, прикрыла глаза и сосредоточилась на своих ощущениях, как будто запоминая их. Так и хочется вскричать — Остановись мгновение, ты прекрасно.

Но какая нежная грудь, фантастика и не такая уж и маленькая, наверно между вторым и третьим размером. И тут, как всегда, мне в голову приходит гениальная мысль, а что я такой, гений, чтоб меня. И пока мы не завелись и еще способны внятно разговаривать, я задаю вопрос мучивший меня с первой встречи:

— Оленька, а у меня вопрос. Интимный почти, можно? —

Она удивлена, но не слишком, наверно уже привыкает к моим периодическим сумасбродствам и отвечает с улыбкой:

— Тебе можно все—

— А у тебя какой размер груди, а то я путаюсь, хочу специалистом стать по безошибочному определению размера груди — Выдаю я такой бред, что сам удивляюсь.

Но на мое удивление, Оля не возмущается, а просто отвечает:

— Два с половиной примерно, а что тебе меня уже мало? Других присматриваешь?—

— Нет, что-то? Мне тебя вполне достаточно. Просто интересно — Говорю я и слышу абсолютно неожиданную фразу от нее:

— Да ладно, Дан. Я чувствую это пока я у тебя одна, потом думаю еще появятся. Я понимаю, мужская натура, ты не обижай только меня, я приму и не буду ревновать—

Неожиданное заявление, от вроде такой скромной девочки, но видно умная и начинает хорошо понимать меня, и это радует, думаю я и отвечаю:

— Не бойся милая, я тебя не обижу. И вообще я хотел спросить другое — тебе такая шикарная грудь плавать не мешает—

От такой резкой перемены темы, на нее нападает дикий смех и она с трудом сквозь него почти стонет:

— Ты чокнутый, Дан. Но я тебя люблю. Нет не мешает—

И снова смех, я присоединяюсь к ней, смеемся на пару и под шумок, она лишается и джинсов и вообще всего. И вот шикарная девчонка лежит под моими руками и я уже целую ее везде, а она уже не смеется, дыхание сбивается и слышны легкие стоны. Руки и губы проходятся по животу, вызывая нервное подрагивание, потом спускаются ниже, и еще ниже. А она уже вся мокрая, и уже не может больше терпеть, и тянет меня к себе, жадно, как будто боясь, что я сейчас исчезну. И раскрывается на встречу. И все как в первый раз, безумный танец, безумство страсти, горение тел. И срыв в откровенное наслаждение. И все, пока все.