— Считаешь, что Вселенная заметила левиафана? — хмыкнул Алекс. — Меня вот не замечает.

Он действительно не ощущал никакого горения с начала боя, хотя выкладывался на полную. Впрочем, они находились практически на самой границе Радиусов. А здесь Вселенная уже не так пристально следила за суперхищниками с Телом Звезды. Хотя тянущую силу левиафана нельзя было объяснить банальным Телом Звезды — это все равно, что сравнивать притяжение планеты и черной дыры. Вроде одно и то же, но масштаб разный.

Так или иначе, навыки супермонстра превосходили возможности жителей Второго Радиуса и в их основе точно лежало не Тело Звезды. Скорее, левиафана надо было сравнивать с феноменальными адептами Дальних Рубежей с поправкой на габариты и запас энергии.

— Не сравнивай его с собой. Левиафан даже во сне привлекает больше внимания, — объяснила Мирам. — А сейчас он вообще не скрывается!

— А ты не забывай о Фесте, — парировал Алекс. — Раз он до нас дотянулся, то вполне может защитить своего питомца. Причем ему для этого даже ничего менять не надо — достаточно изменить реальность вокруг левиафана. Принцип тот же.

— Я об этом гаде никогда не забываю! Но возможности Феста не безграничны. Это мы уже точно выяснили… Ха! Полагаю, он в ярости, что ловушка не сработала. Столько вложил и ничего не получил взамен.

— Ну, я бы не сказал, что ничего, — хмыкнул Алекс. — Скоро мы окажемся снаружи, и нам придется возвращаться. Поэтому нам предстоит второй раунд.

— Один раз уже вернулись.

— Тогда я привел с собой кучу адептов. Фесту было это выгодно.

— Слетаешь за достойными и вернешься с ними, — отмахнулась Мирам. — Делов-то! К тому же мы можем пересечь Пузырь в нижней точке. Там точно никаких левиафанов нет и не будет.

— Зато Пузырь набит титанами под завязку. А им даже не надо скрываться. Вспомни ту засаду, из-за которой мы сейчас летим наружу.

— Просто не подставляйся, и Фест тебя не заметит. В общем, веди себя тихо. Хотя о чем это я? Вести себя тихо у тебя плохо получается. Все время на чем-нибудь прокалываешься. Как только с самим Бесформенным еще не сцепился?

Алекс не обращал внимания на болтовню Мирам — после серьезной нагрузки думающим машинам требовалось сбросить напряжение. А поскольку они были заперты в своих артефактах, то, кроме разговоров, других способов фактически и не имелось.

Если же их разум не выдерживал, то восстановить его было сложно. Один такой случай он уже видел — у бывшего старейшины школы Великая Пустота по имени Факир, который переместил свое сознание внутрь медузы и добровольно стал думающей машиной. Впрочем, Факир сильно отличался от Мирам.