Но трогать обычных переселенцев нельзя. Разумеется, за это их с братцем даже во внутреннюю тюрьму не бросят, но выволочку устроят знатную, а то и на шахту отправить могут. Боссы строго следили за порядком! Переселенцы — это деньги, а ничего так не радовало высшее руководство Школы, как звонкая монета. Жар их хорошо понимал: он знал, как дорого обходится продвижение к высшим уровням, особенно для гениев, которых выращивала Школа. Таким покупали специальные артефакты или отправляли в закрытые миры, где они под руководством наставников пытались развить связь с Силой. Жару, естественно, такое отношение не грозило, он давно привык довольствоваться малым. Хотя временами жалел, что ему так и не удалось коснуться Силы.

А вот его тупоголовый братец жил одним днем и ни о чем не жалел. Чуть не сорвал удачную сделку. Ну, прикончили бы они этого недоумка, а вдруг труп заметят⁈ Жар не боялся наказания — за нарушителя без жетона им даже выговор не сделают, но хранилище непременно отберут. И не скроешь такие вещи — внутренние допросы проходят в присутствии ментата.

Верзила достал браслет. Губы расплылись в улыбке — дорогая вещица. Явно не рядовое устройство, как у него. Тут видна рука мастера, значит, имеет смысл возиться с переделкой. Не для себя, конечно, а на продажу. Денег, правда, не хватит для перехода на следующий уровень, даже ему одному, но на вырученные средства можно подмазать старшего и купить место получше, чем охрана гостевой зоны, а там, глядишь, и о штурме девятого уровня можно думать.

Собственно, так они и попали в Школу. Случай свел с группой низкоуровневых адептов, а дальше… дальше были ночь крови, торговец краденным и побег в другой мир. А там братьям крупно подфартило, как никогда в жизни, — их приняли в Школу. Способности оказались близкими к требуемым, вот и приняли. Но без жирного подношения на них даже не посмотрели бы. В те времена Жар с Зорданом выглядели не лучше бродяг, от которых сейчас морщили носы.

С тех пор прошло много лет. Братья росли в уровнях, добрались до восьмого и уперлись в планку. Для прорыва нужны средства, и Жар, как наиболее умный из них двоих, постоянно искал способы заработка, но ничего путного не попадалось. Но он не отчаивался — когда живешь долго, то волей-неволей научишься планировать будущее. Если тебе надо десятилетиями вливать в себя энергию, а один-два года перерыва уничтожат результаты долгой работы, то тут даже самый импульсивный адепт станет думать наперед. Хотя… Жар покровительственно глянул на Зордана — этот вряд ли чему-то когда-нибудь научится. Постоянно нужно за ним следить. Однако Жар не мыслил себя без брата, он не то чтобы любил его — просто привык к присутствию родственника, которому мог доверять.